Дар
Шрифт:
Говорю себе — Димка, стой. Не ходи к нему. А сам такой — шаг, ещё шаг… Ой, блин. Сейчас ещё, того гляди, улыбаться начну, как те девки — гоблинка, орка. Мы добровольно, господин!
Я подошёл ближе, свет от фонаря упал мне на лицо. Лорд Гамильтон вдруг прищурился, вытащил монокль. Посмотрел на меня, говорит:
— Постойте, мон шер. Это же бастард его величества Дмитрия Александровича. Я его узнал. Мы виделись на фуршете у князя Голицына. Да, это он!
— И что же? — отвечает эльв. — Тем лучше. Получится отличный
— Мне не хотелось бы осложнений, — пробормотал лорд Гамильтон. — Будет скандал. Я знаю, у его величества много бастардов. Но этого он представил обществу…
— Сей бастард сослан отцом работать, — скривил губы эльв. — Я встретил его в холодном подвале, на низкой должности. Отец не любит его.
— И всё же… — лорд почесал подбородок. — Мне не хочется скандала. Особенно сейчас, во время переговоров о строительстве тоннеля через Дарданеллы. Государь жаден, но свою любовницу любит больше денег. А эта чёртова кукла, как её, Ирина Потаповна, не желает тоннель. Она желает строить дорогу в свою жалкую провинцию, откуда она родом.
Гордый эльв усмехнулся:
— Зато из бастарда получится отличная взятка. Ваши друзья при особе государя забудут обо всём на свете, лишь бы получить амулет из этого камня. Считайте, что тоннель уже в вашем кармане.
Лорд поджал губы — он ещё сомневался. Эльв сказал:
— Всё равно теперь его нельзя отпустить. Он слишком много знает.
— На нём амулет, — отрывисто сказал лорд Гамильтон. — Перстень, подарок государя. Это опасно.
Я понял, что лорд уже согласился. Просто хочет обставиться, чтобы чего не вышло. Вот гад.
Эльв улыбнулся:
— Перстень — сильный амулет, но я сильнее. Мы заглушим его, а потом отвезём подальше. Все будут думать, что бастард сбежал с какой-нибудь девицей.
Лорд нехотя кивнул. Пожал плечами:
— Что же, если вы гарантируете… Ради блага моей родины я готов на всё.
— Ради блага концессии, — ответил эльв. Прошептал совсем тихо: — Ради нас всех.
Глаза у него сверкнули синим огнём. Гляди-ка, да у него личный интерес! Не ради лорда он так старается. Ему что-то нужно — для себя.
Эльв снова повернулся ко мне. Поманил пальцем.
Я подошёл. Вот гадство. Ноги сами идут.
Вот я уже возле стола. Ассистент Чарлей вложил мне в руку длинную белую свечу. Чиркнул спичкой, запалил фитилёк. Свет заблестел в остатках пыли на щербатом камне. Золотистая такая пыль, красивая. Как порошок…
Ёлки зелёные! Вот оно что. «Золотой цветок» — порошок красивый, дорогой. Делают с кровью, с жертвами. Точно так, как сказал полукровка Афедиэль.
Какое тут у них выгодное дело! Два в одном — и талисманов напекли, и порошка набодяжили. Не знаю, в курсе лорд Гамильтон насчёт порошка, может, и нет. Зато амулетов для взяток у него вагон. Сразу видно, дело привычное.
— Кладите тело на стол! — скомандовал гордый эльв. — Чарлей!
Ассистент завертел головой. Слуги в это время сковырнули крышку с ящика, где лежал Ворсовский.
— Быстрее! — рявкнул эльв.
Ассистент, молодой эльв, разинул рот. Промычал что-то. Показал своему господину пустую руку.
— Н-н-не… могу… — проблеял он. — Н-нет.
— Тупой ублюдок, — бросил гордый эльв. — Такой же, как твоя мать. Никуда не годен! Всё приходится делать самому.
Он подобрал с тумбы бритву. На лезвии подсыхала кровь гоблинки и орки.
Огонёк свечи в моей руке тихо потрескивал. Быстро сгорал фитиль.
Понятно, почему молодой эльв не хочет резать мне горло. Я же его подчинил себе. Когда ткнул пальцем в лоб. Не знаю, как это вышло, но сработало.
— Тело — на стол! — рыкнул гордый эльв. — Отойди!
Ассистент Чарли застонал. Схватился обеими руками за голову.
Эльв брезгливо сжал губы, ухватил меня за воротничок, подтянул к себе, взмахнул бритвой. Медальон у меня на шее стал ледяным. Жуткий холод — с головы до пяток. Я поднял руку и ткнул гордого эльва пальцем в глаз.
Эльв отшатнулся, схватился за лицо.
Жена лорда Гамильтона оттолкнула мужа, обернулась к Чарлею и выхватила из чаши зачарованный топаз. Сжала в руке. Пых-х! В ладони у неё вспыхнуло, будто синяя лампочка зажглась.
Лорд пошатнулся и свалился грудью на стол. Грохнулись на пол, покатились во все стороны чаши, драгоценные камни, цветные свечи.
Всё застыло. Лорд Гамильтон лежит поперёк стола, как мешок. Слуги в чёрном стоятс разинутыми ртами. Застыл ассистент Чарлей с чашей в руке. Гордый эльв, весь скрюченный, руками схватился за лицо. Все замерли, как в кино. Кажется, даже огонь в фонарях не движется.
Леди подняла вуаль. Я увидел её лицо. Альвиния? То есть — Иллариэль? Мама?
Иллариэль оглянулась на гордого эльва. Тот не двигался.
— Беги, сын. Быстрее. Он скоро очнётся.
— Кому толкаете порошок? — спрашиваю. — Для кого амулеты? Кто такие друзья государя? Это ваши агенты?
— Слишком много вопросов! — Иллариэль сыпанула мне в карман горсть зачарованных камней. — Бери и беги. Нет времени. Брат Фобикус скоро очнётся. Я не смогу долго держать его.Это его земля, здесь он сильнее. Беги!
— Ты любовница лорда? Он не простит, бежим вместе…
— Беги! — рявкнула она. — Живо! Расшевели слуг и беги!
Мне показалось, что гордый эльв шевельнулся. Блин!
Расшевелить слуг? Это как?
Я подскочил к ассистенту Чарлею, хлопнул его ладонью по лбу.
— Отомри! — сам не знаю, зачем это брякнул.
Гляди-ка, получилось.
Молодой эльв заморгал, посмотрел на меня дикими глазами.
— Господин?
Я метнулся к слугам, шмякнул по лбу двоих. Те тоже разморозились, или как это здесь называется.