Даргер и Довесок

Суэнвик Майкл

Так и вышло. Но проблемы множились.

Отряд Княжеской Гвардии сгонял бродяг, хихикающих и изрекающих невнятные шутки, на причал «Пушкинской». Последним шагал сержант Войтек. Он толкал каталку с привязанным к ней человеком, который был до уникальности непримечателен. Подземный владыка скомандовал лодочнику причалить, дабы оно/они могли выйти на берег, и протолкало/ли металлическое тело сквозь толпу, чтобы хорошенько рассмотреть пленника.

— Ты был в приграничье, — проскрипел оно/они.

— Мой дорогой друг, я везде путешествовал!

— Я

тебе не друг. И не дорогой. Волосы у тебя тогда были темные, а глаза — серые. Но внешность легко изменить. Ты был в группе людей и их предков, на которых во дворе брошенной церкви напал киберволк. Вы должны были умереть, но ты и твои спутники убили его.

— Это был твой приятель? Или родственник? Теперь, приглядевшись, я замечаю некоторое фамильное сходство.

— Он очень разговорчивый, — пробурчал сержант Войтек. — Если хотите, я его придушу.

Проигнорировав перебившего, подземный владыка продолжил:

— Ты англичанин Обри Даргер, который нанял Анну Александровну Пепсиколову не искать царя Ленина, как подозревалось, но для иных целей. Хортенко считает, что ты просто мошенник. Но это не имеет значения. Личные связи между вами также не удалось выявить.

— Точно! — рассмеялся Даргер. — Мы даже не были должным образом представлены.

— Однако ситуация сложилась крайне серьезная, — произнес владыка и обратился к сержанту Войтеку: — Возьмите пленника с собой, когда мы пойдем на Кремль. Держите его надежно связанным. Позаботьтесь, чтобы он не сбежал.

— Есть!

Даргеру оно/они сказали:

— Сегодня многие погибнут быстро и относительно безболезненно. Но не ты. Когда у меня появится свободное время и досуг, мне доставит огромное удовольствие наблюдать, как ты корчишься в страшной агонии. Когда твое сознание прояснится, я хочу, чтобы ты долго и обстоятельно подумал о моих словах.

Даргер взвыл от смеха.

Подземный владыка забрался обратно в лодку, и оно/они услышали бормотание Войтека:

— А знаешь, сегодня мы здорово повеселимся.

Щелк.

Подземный владыка шел по темным переходам, освещенным только лишайниками, которые в изобилии произрастали в Нижнем Городе. Под ногами хрустели мертвые тараканы. Порой и живые, к его/их маленькому, но весьма реальному удовлетворению.

Из трещины в стене вылезла крыса и, увидев подземного владыку, выгнула спину и угрожающе оскалила зубы. Она привыкла к людям с их ограниченной скоростью и медленными рефлексами, поэтому не стала удирать восвояси.

Подземный владыка сгреб крысу на ходу и продолжал путь.

Грызун отчаянно бился в стальной клетке пальцев-когтей кибердемона. Оно/они ощущали безумное биение крысиного сердца. Тельце было теплым мешком кишок. Он/они слышали, как внутри булькают внутренности. Когда пальцы-когти сомкнулись, различные жидкости потекли из крысы через несколько отверстий.

Он/они таращились на дохлого зверька.

Беда с

крысами, тараканами и людьми заключалась в том, что они самовоспроизводились. Сколько бы он/они их ни убили, появлялись новые индивиды, которые быстро восполняли количество умерших. Полное уничтожение оказалось хитрым делом. Когда численность людей начинает падать, среди них становится гораздо меньше тех, кого можно использовать в качестве оружия против их собственного вида. В то же время чем меньше их становилось, тем труднее их было отыскать. А чтобы всецело извести их, требовалось положить конец всей биологической активности на Земле. Жизнь упорна. Человеческие существа хитры. Их необходимо лишить пищи, воды и кислорода. Непростая задача.

Вот потому-то ему/им и требовалась помощь умов-предков из Интернета.

Даже впятером подземные владыки обладали мизерной долей вычислительной мощности, доступной ему/им дома в Байконуре и мельчайшим осколком тамошней базы данных. Столько информации он/они потеряли по дороге в Москву! Действуя в одиночку, ему/им в первую очередь нужно воссоздавать технологическую цивилизацию, сотворившую его/их, а затем — выработать план с мощной защитой. А это может занять столетия.

Но предки должны ответить. Надо заставить их ответить.

В подобных размышлениях подземный владыка доковылял до знакомой зеленой двери. Он/они швырнул крысиное тельце через металлическое плечо. Подняв руку, способную запросто разнести дверь в щепки, он/они постучали с силой достаточной, чтобы эхо прокатилось по всему залу.

Дверь распахнулась.

Щелк.

Тело царя Ленина выпотрошили сотни лет назад. Теперь от него осталась лишь оболочка. Этот толстый слой кожи искусно натянут и посажен на металлическую конструкцию подземного владыки.

Механизмы его уже тщательно перестроились, чтобы служить каркасом для тысячи специально выращенных мышц. Сухожилия и связки осторожно закрепляла вручную та же бригада мастеров, что ранее проложила все нервы и сосуды и заставила их работать. Здесь важно было добиться особого натурального эффекта: чтобы плоть выглядела естественно и двигалась правильно, требовался не ремесленник, но художник.

Работники, предоставленные Хортенко, постепенно заканчивали свой труд. Им щедро платили, а потом отводили на операцию и добавляли к армии Бледнолицых. Сейчас над кожей склонился последний и самый лучший.

— Готово, — произнес главный мастер. Голос его звучал плоско и бесстрастно, результат неведомых переживаний, сделавших его самого почти машиной. — Можете встать.

Царь/подземный владыка поднялся на ноги.

Слуги-сервили тотчас шагнули вперед, чтобы облачить хозяина в серый костюм. Такого нынче в Москве не носили, но изображения Ленина в его собственную победную эпоху содержались во всех книгах по истории. На этот образ сердце всякого истинного русского отзывалось радостным ударом.