Дауншифтер
Шрифт:
Сбоку появилась фляга с водой, протянутая Сарсембаевым. Взяв её, агент жадно отхлебнул и уже более или менее спокойно объявил:
— Если вы действительно из Крестов, мужики, то уже завтра, если сбоя не будет, всё увидите сами.
— Ну, моли своего бога, — тяжело вздохнул Сомов, возвращаясь к пулемёту.
Неожиданно пол салона накренился, меня бросило к лавке.
Вертолёт резко завалился набок, затем подпрыгнул так, что находящиеся в салоне люди полетели влево.
— Что за… — очередной рывок корпуса прервал законный вопрос Новикова, нос машины задрался.
Паническая
Мишка орал в переговорное устройство и одновременно стрелял вниз. Пытаясь встать на ноги, я понял, что так он согласовывает действия с экипажем. Выровнявшаяся машина уже спокойно шла на вираже.
Чёрт! Подполз к окну и увидел, как с земли, прямо с берега небольшого озерца в нашу сторону поднимается серый столб, похожий на очень плотный заводской дым, под большим давлением выпущенный из толстой трубы. Столб качнулся, корректируя движение, затем ещё раз, и я оторопел!
— Змеюка, бляха! — крикнул Сарсембаев.
Опоздал Дябдар!
Не менее чем стометровой длины извивающаяся тварь промахнулась в первом броске, а вторым уже ничего не могла сделать. Скорей всего, и экипаж не сразу понял, что необычный объект впереди представляет смертельную опасность, а поняв это, отреагировал быстро и профессионально, вовремя уводя машину сторону. Бортач правой рукой прижал наушник, по приказу первого пилота ломанулся к кабине, однако, судя по жестам последнего, ничего не смог ему объяснить. А вот Мишка объяснял весьма успешно, требуя, чтобы вертолёт шёл кругом, не выпуская мишень из центра!
Я подлез ближе, чтобы глянуть вниз без стекла перед глазами. Ожидаемой башки с огромной пастью у Дябдара не было — он вообще был похож не столько на змею, сколько на невообразимо огромного червяка с относительно небольшим ротовым отверстием и характерным лохмотьями вокруг него.
Вот так они вертушки с небес и снимают.
А возле соседнего окна Сарсембаев беспрерывно щёлкал камерой, делая снимок за снимком. Крепкие нервы у Ильяса, никогда про хронику не забывает. Настанет время, пересмотрим коллекцию.
— Гранату кидай! — криком подсказал Новиков переставшему стрелять Гумозу.
— Не успеет долететь! — коротко ответил тот. — Бесполезно. Тут и пулемёт такого калибра бесполезен. Иглоукалывание.
С этими словами он начал неторопливо снимать «печенег» с турели, а бортач, увидев, что спецназ КГБ СССР наконец-то перестал крушить всё, что попадётся ему на глаза, с облегчением и радостью закрыл дверь. В салоне стало гораздо тише. Да что там, просто восхитительно тихо!
— Если эти барбосы в погонах думают, что получат «печенег» обратно, то они глубоко ошибаются, — подмигнул нам Сомов.
Рука второго пилота опять попросила подойти в кабину. Я поднялся и, касаясь рукой фюзеляжа, зашагал
— Это был Дябдар, мужики, Великий Змей во всей красе, знакомьтесь. Чуть позже расскажу… Впечатляет? Хар-рош, красавчик! А мы уже второй раз с ним сталкиваемся.
Командир вертолёта, которому не дали первому задать очевидный вопрос, закрыл рот, тщательно вытер белоснежным платком вспотевшую лысину и ладони, после чего через плечо неловко протянул мне левую руку для рукопожатия и неожиданно тонким голосом обратился к праваку:
— Фима, ты таки услышал служивого? Это был последний полёт в таком гадском статусе. Это не гражданский рейс, Фима, и даже не спасательный! Это задница. Пусть дают нам воинские звания со звёздами и платят боевые валютой Китая. А ещё не просроченные тепловые ловушки и кассеты с НУРСами.
Впереди по курсу сверкнула на солнце излучина реки.
— Таймура? — спросил я.
— Так точно, она. Сейчас повернём на запад и по руслу пойдём на Кресты, — ответил правак по имени Фима.
— Не надо сворачивать на Кресты, товарищи лётчики, высаживайте группу там же, где забирали, на Глухарях. Объект остаётся с нами, сами и доставим, на машине.
— Как я понимаю, с землей согласовывать не будете?
— Не буду, мне видней.
Первый пилот пожал плечами.
— Как скажешь, командир, так нам даже лучше, ближе до Туры.
— Вот и отлично, — я повернулся, собираясь уходить, но правак остановил.
— Мужики, вы сами-то со званиями воюете? Вроде без формы.
— А как же! Конечно со званиями. Рядовые чистильщики. Последние солдаты Империи.
Глава двадцать первая
Бегство последних
Примерно шесть часов до начала объявленного всему посёлку «Часа Х».
Чёрт знает что, кругом тревога, напряжённость и сплошная военная тайна. Все Каменные Кресты к чему-то усиленно готовятся, а мне надо хватать тревожный рюкзачок.
Получив сообщение от Николая Гинзберга, я думал недолго, а выдвигаться решил вдвоём с Сомовым. Мишка по соседству чинил металлическую дверь в «Котлетной», а промысловики отправились на подмену, и до обеда они будут стоять на блокпосту Северо-Енисейского направления. Справимся и вдвоём.
Задача следующая: надо встретить на трассе автомобиль, на котором Николай будет драпать в посёлок, подстраховать — монстров на дороге хватает. Вышло так, что Коля Гинзберг оказался последним, кто покинет оставленный безжалостному врагу прииск «Удачный». Какая ирония… Ещё никто не знает, что именно там произошло, до этого часа я вообще считал, что на «Удачном» пока всё нормально. Кто-то из оставшихся на прииске работников изредка наведывался в Кресты, от кого-то слышал, что днями приезжал чёрный «лендкрузер» безопасников, коллег Николая. Ничего не предвещало столь тревожного сообщения, и вот… Последний форпост накрылся.