Декамерон
Шрифт:
Ноги плавно опускались в лужи. Медленно поднимались. Любой цирковой трюкач бы позавидовал ему.
— Удаляется, — заметила чародейка задумчиво.
Тритон отпрянул от колонн, глухо загудел и направился по запаху туда, где ещё полминуты назад проходил Альдред Флэй.
Чудовище выпучило янтарные глаза. Вместе с хозяйкой они провожали ренегата взглядами. Тот взял в руки лупару и скрылся за поворотом. Удирал, сверкая пятками. Направлялся в сторону Портового Района.
Дивора издал пронзительный визг на стыке с рокотом. Язычница заключила:
—
Глава 8. Дивора
По туннелю Дивора не пополз. Наездница погнала его по стенам на крышу. Оттуда они бы легко сориентировались, куда бежит инквизитор.
Тритон легко взобрался наверх. Всадница крутила головой, выглядывая беглеца в стене дождя. Дезертир как раз бежал за поворот на спуск, что вёл в Порт.
— За ним! — призывала чародейка. Она ощутила небывалый азарт, будто кошка в погоне за несмышлёной мышкой.
Фантом издал громогласный рёв. Несколько молний в раз ударились об воды залива. Белизна покрыла Саргузы. Апостатка повела питомца по верхушкам здания.
Рык тритона давал ясно понять: отступница не отвяжется. Не успокоится, пока не настигнет свою жертву. О том, почему она прицепилась именно к нему, оставался открытым. Каково было бы удивление, если бы вскрылась личность преследователя…
Альдред ускорился, насколько позволял весь его обвес, и неустанно рвался вперёд. С картой Города, каким ренегат его помнил, он сверялся опосредованно.
Из-за спины доносился грохот. Куски домов и крыш осыпались под тушей тритона, разбивались о мощёные дороги. Тварь всё ближе. Ближе. И ближе.
В голову Флэя закралась поистине шальная мысль: идти в одиночку к Порту было ошибкой. Под таким углом — не иначе как. Нужно было лишь оставить Колонну на произвол судьбы, либо же просто убить. А остатки отряда повести за собой. И волки целы, и овцы сыты. Кроме Джакомо, естественно.
Хотя в глубине души ренегат понимал: он рисковал, но сделал всё предельно по совести. Ушёл из Инквизиции, обойдясь малой кровью. Грубо, жёстко, однако это всего-навсего было меньшее из двух зол.
Альдред ощутил небывалый страх. Да, он оставил за собой на Островах горы трупов. Убил Паучиху, тримогенского слона и Минотавра, сошедшего со скрижалей о дельмейских мифах. Пошёл против Церкви ради личных интересов. Остался жив после волны упырей. Не дался этническому меньшинству…
Но здесь и сейчас был готов сдаться.
Ведьма и её питомец представляли опасность куда большую, чем что-либо из списка его достижений.
И хотя сознание нагнетало обстановку, обещало, что Флэя перетрёт между зубов тритона, он бежал. Казалось, ноги сами несли его вперёд. Подсознание из последних сил цеплялось за призрачный шанс выжить.
В ботинках плескалась вода. Обувь натирала пальцы стоп — скорее всего, в кровь.
Однако дезертир всё также шлёпал по лужам. На себя не надеялся. Только на Свет и Тьму, если им вообще было дело до его судьбы. Можно
Ренегат впопыхах и не заметил, что ливень резко утих. Даже не сбавил напор до мороси, а просто сошёл на нет. Последние жирные капли упали на макушку — и буря утихла. Флэй мельком поглядел на небеса.
Казалось, всё пророчило ему скорую смерть. Ведь и чернильные облака потемнели до непроглядной, космической черноты. От рассвета дезертира отделяло всего ничего. Увидит ли он его? Хотя бы в последний раз?
Несметное полчище каннибалов проснулось. Отовсюду Альдред слышал звериные, нечленораздельные ликования. И если кто-то из разбойников снова высунул свой нос на улицу, ему следовало бежать. Ярость пронизывала голоса заражённых, говоря о нечеловеческом аппетите.
Беглец так до сих пор и не увидел ни одного людоеда. Словно все они разом поднялись из Порта, чтобы поживиться. Всё одно. Дезертир знал, непонятная сила вновь сгоняла их в стаи. А быть может, и вовсе в рой.
Жатва должна была вот-вот возобновиться и накрыть весь Город целиком.
Дорога от Торгового Квартала до Портового Района была широкой. Так просто не нырнёшь за угол. Особенно если помнить о недремлющих упырях.
С поимкой персекутора чародейка не спешила. Значит, к нему она относилась играючи. Будто бы пыталась попросту взять измором. Ибо в сухом остатке культистка была права: так или иначе, она поймает инквизитора.
Более того, отступница не стеснялась показать своё превосходство. Наездница погнала Дивору прямо по стенам зданий. С пёсьим задором тритон перескакивал с одного дома на другой, круша всё на своём пути.
Фантом прыгал справа-налево — и обратно. Нёсся по фасадам и крышам. Террористка на это реагировала… никак. Даже близко не вываливалась из седла и не упускала из виду свою цель. Её будто бы приклеили.
К рокоту гигантского тритона примешался ещё один звук — пронзительный и тонкий, не от мира сего. Плохое предчувствие заставило Флэя обернуться.
Апостатка выставила перед собой посох. Латунную голову охватило фиолетовое пламя. Ренегат понял: чародейка готовит заклятие. Судя по шуму и методичности исполнения, крайне мощное.
Страх подстёгивал думать.
«Куда? Куда? Куда?!.»
Альдред озирался по сторонам. Тут и там он видел каннибалов. Упыри выползали из логовищ: их привлекла суета снаружи. Впереди уже собралась целая свора людоедов.
Заражённые подъедали свежие останки горожан. Заслышав рёв Диворы, они начали вставать. Совсем как люди. Твари недоумённо глядели в сторону дезертира.
Никто не ждал, пока беглец сообразит, как ему быть. Заклинание было готово. Из латунных глазниц и рта античного красавца покатил неимоверно мощный, концентрированный заряд энергии. С гулом, напоминающим предсмертный вопль банши.