Декамерон

Коробов Андрей

Между смертью от переломанных костей и болью в попытке спастись беглец выбрал второе. Корчась от небывалых мук, ренегат намертво ухватился за цепь. Мало-помалу принялся её раскачивать. Причём так, чтобы цепь окатило из коллектора.

Получалось не слишком удачно. Тем не менее, Флэю удалось-таки задать достаточную инерцию. Звенья сразу потянуло к стоку. Альдред слышал нарастающий шум воды. Он припал к цепи. В следующий же миг его окатило потоком холодной, как лёд, вонючей, как деревенский нужник, воды.

Где-то под ним донеслись пронзительные вопли

упырей. Их не просто смыло в прожорливую бездну. Их окатило дождевой водой, что воздействовала на тварей, как серная кислота. Не успел ренегат опомниться, как цепь резко повело обратно.

Ему было плевать на всё. Плевать на оголённую плоть израненных ладоней. Плевать на смрад, будто бы пропитавший его. Седые волосы наполнились канализационной жижей, приобретя местами слегка рыжеватый оттенок. То же самое плащ — его всего перемазало в грязной воде, красной и черной крови, грязи. Всё ничего.

Лишь одно имеет значение. Альдред всё ещё жив. И пока бьётся его сердце, он будет неумолимо тянуться на свет палящего солнца Саргуз.

Настала пора немного передохнуть. Флэй отдышался. Боль постепенно стихала. Сам он глядел себе под ноги. В бездну. Свеча ещё горела в фонаре, хотя и ей оставалось недолго. Из-за бликов сложно было распознать, что там внизу. Оставалось гадать.

Раз уж вниз текла вода из коллектора, значит, внутри должен был быть резервуар. Хуже не придумаешь. Часами находиться в воде сулило, как минимум, переохлаждение. А чуть погодя — смерть. И лишь тогда механизм сработает, начиная смыв.

Образуется воронка. Тело закрутит. Потащит в отворившийся сток. Никто не обещает, что его диаметра окажется достаточно, чтоб взрослый человек проскользнул. Куда поведёт мертвеца труба — кто бы знал. Всё одно: попадание в резервуар сулит лишь мучительную смерть. Рано или поздно.

Альдред понимал, туда ему не надо. Ренегат собрался с силами. Принялся взбираться по цепи вверх. На лицо с ладоней капала горячая кровь. Дезертир стиснул зубы, стараясь абстрагироваться от шаткости своего положения.

Столпившиеся каннибалы наконец-то осознали, что здесь им ничего не светит. Упыри принялись разбегаться, прячась по углам гражданского убежища. В надежде, что добыча всё-таки явится к ним на огонёк.

У беглеца не имелось чёткого представления, зачем он взбирается наверх. Чем кончается злосчастная цепь, ему было не видать. Однако лучше движение вверх, чем вниз. В конце концов, он мог попытаться занырнуть в сток. Резко пробежать по коллектору, предупреждая волну, и выбраться в служебное помещение золотарей. Оттуда — наружу.

Для дезертира уже не представляло особой важности, куда именно выведет его Клоака. Лишь бы на поверхность. Вдохнуть сравнительно чистый воздух. Увидеть небо. Там что-нибудь придумает. И обязательно своего добьётся.

Хвать обеими руками цепь. Ноги подтянуть. И так раз за разом.

Флэй слепо взбирался по звеньям вверх, когда его внимание привлёк утробный рык. Совсем близко от него. Альдред обернулся на звук и обомлел.

Беглец чересчур глубоко ушёл в себя, надеясь усилить

свою тягу к выживанию. Он и не заметил, как в суматохе грендель подобрался к нему так близко. Пока ренегата по всему убежищу гоняли упыри, тролль зря время не терял. Он поднялся на самый верх его, выжидая, когда жертва сама попадёт в его лапы.

Приставучий огр вцепился в стену когтями на руках и ногах, принюхиваясь к миазмам, что наполняли Клоаку. Сомнений быть не может. Альдред пошумел достаточно. Тварь заметила его. Он застыл на месте. Перед глазами пронеслась вся жизнь.

В сознании произошёл своего рода взрыв. Тысячи вариантов развития событий. Тысячи способов упасти себя от участи Маттео Цанци. Ни одного дельного.

Рокот наполнил канализацию. Грендель отпрянул от стены, прыгая в сторону ренегата. Тот закричал, в ужасе дёрнувшись. При попытке настигнуть предателя монстр чуть соскользнул. Чудовище пролетело мимо Альдреда, но зацепило цепь. Огр впился когтями в противоположную стену. Цепь же стало шатать из сторону в сторону.

Обнажённую плоть вновь обожгло болью. Альдред взвыл. Его понесло вниз. Он приложил усилие, чтобы закрепиться. И снова перед его глазами предстал оскал огра, от которого кровь у него стыла в жилах.

Флэй стиснул зубы и заскулил, держась только ногами и одной рукой за цепь. Вторая потянулась за лупарой. К этому моменту в его голове уже созрела мысль, где может находиться слабое место гренделя.

Его наэлектризованная корона из чёрных минералов. Глаза тролля. Мозг.

Силы ренегата уже были на исходе. Вытворять безумства, которые предатель позволил себе, отмахиваясь от упырей, он оказался более не в состоянии. Казалось, ему, чтобы выжить, было нужно сделать только одно: совершить точный выстрел наповал.

Дрожащей рукой Альдред вытащил из кобуры обрез. Приложил усилие, чтобы поднять его на уровне плеча. Целился точно в голову тролля. Даже просто держать оружие теперь давалось ему нелегко. Благо, время оказалось на его стороне.

Гренделю не понравилось тратить силы на столь мелкую рыбёшку почём зря. Он пророкотал гортанно. Понимал даже своим примитивным, животным мозгом, что в дальнейших прыжках особого смысла нет. Тролль просто потянул к ренегату лапищу.

Палец нащупал оба спусковых крючка. Нажимая на них, Альдред понимал: за выстрелом последует самая настоящая точка невозврата. Могло произойти буквально что угодно. Ну и пусть. Будь, что будет.

Лупара плюнула огнём из обоих стволов. Коронованного упыря-великана обдало дробью. Свинцовые шарики превратили физиономию огра в месиво. Брызнула заражённая кровь. Друзы чёрного нектара тут же разбились на сотни мелких осколков. Но не все.

У Флэя имелась лишь доля секунды, чтобы это увидеть. Многое ренегат попросту упустил из виду. С отдачей ранеными руками он оказался не в состоянии совладать. Ружьё вырвало из кровоточащей ладони. Лупару отбросило вниз, в пропасть.

Ноги соскользнули с цепи. Он падал в жерло тьмы, крича. Со звеньев сорвались капли крови, опускаясь прямо за ним.