Демельза
Шрифт:
– Миссис Полдарк, - раздался за спиной голос.
Демельза вскочила.
Это был Эндрю Блейми.
– Надеюсь, вы примете мои извинения, мэм. Я не хотел вас напугать.
Он стоял рядом, решив, что перепугал ее почти до потери чувств. Но для этого Демельзе требовалось гораздо больше. Блейми поддержал ее за локоть, когда Демельза снова села на стену. Краешком глаза она подметила, что он не выглядит высокомерным. От неожиданности она громко выругалась, позабыв про манеры, и тут же разозлилась на саму себя.
– Плохое начало, - заметил он, - прийти сюда с извинениями и тут же быть вынужденным
– Я не ожидала увидеть вас в этих краях.
– Как и я сам себя, мэм. Никогда больше.
– Тогда что же привело вас сюда, капитан Блейми?
– Ваш визит ко мне. После него я лишился покоя, - он облизал губы и слегка нахмурился, словно от приступа боли.
– Как вы... вы пришли пешком из Фалмута?
– спросила Демельза.
– Я шел пешком от Грамблера, в надежде на то, что это будет не так подозрительно, если вы окажетесь не одна. Нынче в полдень я был в Труро и видел вашего мужа и Фрэнсиса Полдарка. Когда я понял, что они будут отсутствовать, я не смог устоять.
– Я ожидаю возвращения Росса с минуту на минуту.
– Тогда лучше мне сказать, что собирался, пока еще есть время. Не сомневаюсь, что у вас сложилось обо мне неважное мнение во время нашей последней встречи, миссис Полдарк.
Демельза потупила глаза.
– Не стоит принимать во внимание мое мнение.
– Ваш визит меня взбудоражил. Я пытался об этом забыть... Он словно заставил всплыть на поверхность всю горечь, - Блейми положил шляпу на стену.
– Признаюсь, характер у меня взрывной. Я всю жизнь пытаюсь держать себя в руках. Иногда еще бывают времена, когда снова приходится бороться с собой. Но, клянусь Богом, я не стану ссориться с теми, кто желает мне добра.
– Даже со своими моряками?
– зловредно спросила Демельза.
Он промолчал.
– Прошу вас, продолжайте, - попросила она.
– Нынче моряки со всеми капитанами на ножах. Годами помимо скудного жалования они пробавлялись контрабандой в каждом порту захода. Но теперь нам предписано за это наказывать. На Ямайке арестовали капитана Кларка с "Прекрасного лебедя", а других уволили. И потому мы пришли к соглашению о том, какие пожитки может иметь при себе каждый моряк. Неудивительно, что им это не понравилось, но это вовсе не личная перепалка между мной и командой, это обычные беспорядки на пакетботах.
– Примите мои извинения, - сказала Демельза.
– В тот день я встретил вас уже раздраженным. Когда вы заговорили, мне поначалу это показалось вмешательством. Лишь позже я осознал, что для вас это было непросто, и тогда мне захотелось, чтобы вы вернулись, и я мог бы поблагодарить вас за всё сказанное и сделанное.
– О, это просто пустяки. Я хотела не этого, как вы поняли...
– С тех пор, - сказал он, - мне не было покоя. Я плыл в Лиссабон и обратно с вашими словами о Верити. Возможно, вам не хватило времени сказать больше, но... Верити так от этого и не оправилась, так вы сказали, верно? И что она выглядит на десять лет старше своего возраста. Как часто я задумывался о том, что это значит. Ей плохо, хотя она и не больна, так вы сказали. И всё из-за меня. Ей плохо, но она не больна. На десять лет старше своего возраста. Знаете, я никогда и не знал, сколько лет Верити. Всё то время, когда мы любили друг друга.
Пока Блейми говорил, он не сводил глаз с Демельзы, а она не могла отвести взгляд. Наконец, она посмотрела в сторону Грамблера и встала.
– Он приближается, капитан Блейми. лучше, чтобы вас здесь не видели.
Блейми прищурился и посмотрел в долину.
– Теперь он настроен против меня? Раньше он таким не был.
– Не против вас. Он против того, чтобы я вмешивалась в дела, которые, по его мнению, нужно позабыть. Он рассердится на меня, если узнает.
Блейми взглянул на нее.
– Верити обрела в вас доброго друга, мэм. Вы рискуете во имя друзей.
– Я тоже обрела хорошего друга в Верити, - ответила Демельза.
– Но не стойте здесь, а не то он вас увидит. Давайте зайдем за стену.
– Как мне лучше вернуться обратно?
– Видите тот ельник? Подождите там, пока мы не спустимся.
– Когда я снова вас увижу? Что можно предпринять?
Она поразмыслила в поисках быстрого решения.
– Пока не могу сказать. Это зависит от Верити... Если...
– Вы ей скажете?
– пылко спросил Блейми.
– Не думаю. Не сразу. Я... не стала это обдумывать, потому что потеряла надежду на то, что можно вообще что-то предпринять, после той моей поездки в Фалмут. Теперь всё зависит от того, смогу ли я организовать...
– Напишите мне, - предложил Блейми.
– На адрес конторы. И я приеду.
Она прикусила губу, потому что подумала о том, как сложно будет выписывать буквы.
– Ладно, - пообещала она.
– Я дам вам знать. А что если вас не будет?
– Я отплываю в субботу, так что вряд ли. Выделите время на третьей неделе следующего месяца, если это возможно. Так будет безопасней. Если...
– Слушайте, - поспешила добавить Демельза.
– Встреча будет в Труро, так лучше всего. Я пошлю вам весточку, просто место и время. Больше я ничего не могу сделать. Тогда всё будет зависеть от вас.
– Да благословит вас Господь, мэм, - ответил он, наклонился и поцеловал ей руку.
– Я вас не подведу.
Демельза смотрела, как Блейми бегом удаляется от строений шахты в сторону деревьев. Во время их первой встречи в Фалмуте она не могла понять, что такого увидела в нем Верити, из-за чего так тяжело переживала расставание. Теперь ей стало понятней.
Солнце село до того, как с ней поравнялся Росс. Над полями стелился дым от Грамблера, задувая мимо коттеджей и дальше к Солу. Теперь здесь, на развалинах, из травы и камней вовсю трещали сверчки.
Росс спрыгнул с Брюнетки, как только увидел Демельзу, и его озабоченное лицо расплылось в улыбке.
– Что ж, любовь моя, какая честь. Надеюсь, ты не долго ждешь.
– Ты запоздал на четыре часа, - ответила она.
– Если бы я пришла сюда в пять, то уже вросла бы в камень.
– Но раз не вросла, значит, ты провела тут гораздо меньше времени, - засмеялся он, посмотрев на жену.
– Что-то не так?