Демельза

Грэм Уинстон

Глава десятая

Демельза начала чувствовать себя как укротитель львов, который поладил с питомцами, а потом обнаружил, что они отбились от рук. Она не знала, следовало ли идти вперед или убежать в безопасное местечко. С львами поменьше она могла управляться очень хорошо: Уитвортом, Уильямом Хиком и Сент-Джоном Питером.

Но большие зверюги вроде Джона Тренеглоса и старые львы типа сэра Хью Бодругана - дело совсем другое. Новые

порции портвейна добавляли смелости и природного остроумия, но всему есть предел, и она была благодарна, что всё происходит в общем зале, где они не могли рычать на неё более открыто. Если бы она была склонна к потливости, то сейчас бы покрылась испариной.

Только что начал важничать перед ней мичман Каррутерс, которого представила Джоан Паско, а появившийся молодой человек по имени Роберт Бодруган был быстро отослан прочь своим волосатым дядей. Реплики летали туда-сюда, и она бросала ответы, особо не разбираясь.

Они смеялись почти надо всем, что она говорила, как будто Демельза блистала остроумием. В какой-то степени это было очень приятно, но она хотела бы начать с чего-то попроще. И всё время вытягивала шею, чтобы заглянуть через чье-то плечо в поисках Росса. Именно так она заметила, как Верити снова входит в бальный зал через парадную дверь. По её взгляду она сразу поняла - что-то произошло.

Спустя мгновение Верити замедлила шаг и затерялась среди пар, готовившихся к гавоту. Демельза тоже поднялась.

– Нет, нет и нет, - сказала она нескольким мужчинам и прошла мимо них. Они почтительно расступились, и Демельза оказалась свободна. Она огляделась по сторонам.

– Позвольте, мисс, - прогудел за её плечом сэр Хью, но она прошла, не удостоив его вниманием.

Верити повернулась, быстро удаляясь в сторону дамской комнаты. Демельза последовала за ней непривычно широкими шагами и с уверенностью, которую не испытывала час назад.

Неподалеку от её цели путь Демельзе преградила Пейшенс Тиг со своей сестрой Рут Тренеглос и двумя другими дамами.

– Госпожа Демельза, - произнесла Пейшенс, - позвольте мне представить вам двух моих подруг, которые горят желанием познакомиться с вами. Леди Уитворт и достопочтенная миссис Мария Агар. Это госпожа Полдарк.

– Добрый день, - произнесла Демельза, успев бросить на Рут настороженный взгляд, и присела в реверансе, как учила ее миссис Кемп. С первого же взгляда она невзлюбила долговязую леди Уитворт, а вот низенькая миссис Агар ей понравилась.

– Мое милое дитя, - сказала леди Уитворт, - мы восхищались вашим платьем с самого начала бала. Поистине изумительное. Мы думали, что вам сшили его в Лондоне, пока миссис Тренеглос не заверила нас в обратном.

– Дело не в платье, - заметила миссис Агар.
– А в том, как его носят.

– Благодарю вас, мэм, - тепло отозвалась Демельза.
– Благодарю, мэм. Весьма лестно удостоиться вашей похвалы. Вы все слишком добры. Необычайно добры. А теперь, надеюсь, вы простите меня, я тороплюсь найти свою кузину. Если...

– Кстати, дорогая, как поживает ваш отец?
– спросила Рут и прыснула.
– Мы не виделись с ним после крестин.

–

Мне жаль, но мой отец крайне щепетилен в том, с кем встречаться, - ответила Демельза.

С тем она поклонилась дамам и упорхнула, добравшись до дамской комнаты.

В крохотной душной комнате находились две служанки, три дамы и груда накидок и плащей. Верити стояла у зеркала, но смотрела не в него, а на столик перед собой, что-то теребя в руках.

Демельза подошла к ней. Верити рвала в клочья свой платок.

– Верити, в чем дело? Что произошло?

Верити покачала головой, но не смогла вымолвить ни слова. Демельза осмотрелась. Остальные дамы ничего не заметили. Демельза принялась говорить первое, что пришло ей на ум, наблюдая, как дрожащие губы Верити судорожно сжимаются и разжимаются. Одна дама вышла из комнаты. Вскоре за ней последовала вторая. Тогда Демельза поставила стул позади Верити и заставила ту сесть.

– Теперь расскажи мне, - прошептала она.
– В чем дело? Они встретились? Я этого опасалась.

Верити вновь покачала головой. Её волосы, которые почти можно было назвать густым хохолком, растрепались от волнения. Когда в комнату, болтая, вошли три дамы, Демельза поспешно встала рядом с Верити и произнесла:

– Позволь мне привести в порядок твою прическу. От танцев всегда сползают заколки. Сиди смирно, и я в мгновение ока все поправлю... Господи, как же здесь душно! У меня чуть руки не отвалились, пока обмахивалась веером.

Она продолжила щебетать, вытаскивая заколки и вновь их прикалывая, а пару раз, когда Верити вновь задрожала, приложила ей ко лбу пальцы, холодные и твердые, несмотря на выпитый портвейн, и держала их там, пока дрожь не прекратилась.

– Я не смогу вновь через всё пройти, - внезапно еле слышно вымолвила Верити.
– Только не снова. Я чувствовала, что всё так и будет, но не могу с этим смириться. Мне не перенести.

– Но с чем ты должна мириться?
– воскликнула Демельза.
– Расскажи, что произошло.

– Они, они встретились, когда Эндрю уже уходил. У самых дверей. Я так и чувствовала, что сегодня не миновать несчастья. Я ждала подходящего случая, но Фрэнсис несколько недель пребывал в отвратительном настроении. Они вновь жутко поссорились. Эндрю пытался примириться, но Фрэнсис не внял никаким доводам. Он ударил Эндрю. У меня промелькнула мысль, что Эндрю убьет Фрэнсиса. Но он лишь взглянул на него. Я почувствовала, что этот укор относится и ко мне...

– Ох, это же вздор.

– Да, - произнесла Верити.
– Я поняла. Потому что я желала сохранить оба своих мирка. Потому что я хотела сохранить как привязанность Фрэнсиса, так и Эндрю, я боялась признаться. Сделай я это прежде, всё было бы иначе, не как сегодня. Я страшилась откровенности. Я проявила робость. Мне кажется, это единственная слабость, с которой Эндрю никогда не смирится.

– Ты ошибаешься, Верити. При ваших чувствах ничто более не важно...

– ... и он ушел. Даже не обернулся и не попрощался со мной. В этот раз все намного хуже. Я чувствую, что никогда больше его не увижу.