Демиург
Шрифт:
Подождав реакции на свое проникновение в запретную зону, малыш, все еще озираясь, осторожно направился к дому. Остановившись на его пороге, он огляделся в последний раз, и смело шагнул в полумрак, пропахший дымом.
Через час он извозился, как трубочист, перебрав кучи всяческой рухляди, не обнаружив к своему огорчению, ни одного целого предмета, который бы его заинтересовал. В лаборатории стояли обгоревшие приборы, битое, оплавленное стекло скрипело под ногами, в центре под обрушившейся балкой поблескивала лужица какого-то металла. В других помещениях дома он вообще
Фабио подошел к стенду с инструментами и воровато потянул штангенциркуль, плашку и несколько метчиков для нарезания резьбы. Не то, что ему все это было нужно, но уходить из этого никому уже не нужного дома пустым тоже было обидно. Не найдя больше на стенде ничего интересного, малыш еще раз внимательно осмотрел помещение. Его острый взгляд зацепил обгоревший провод, тянущийся от розетки над слесарным столом в металлическую тумбочку. Фабио хмыкнул с интересом и последовал за проводом в металлический ящик. Тяжелый визг металла неприятно резанул по нервам, заставив малыша замереть на несколько секунд. Но тишина оставалась в пределах допустимого: где-то по-прежнему шумел водопад, но ничего необычного не было слышно. И тогда Фабио опустил глаза.
Сердце его екнуло и замерло от восхищения: в ящике лежала пирамидка из блестящего с матовым отливом металла.
"Вот это - да! Высший класс!
– мысленно воскликнул искатель, что же это за штуковина?" - восторг переполнял малыша. Он приподнял пирамидку, оказавшуюся легче, чем он предполагал и стал разглядывать ее со всех сторон. В результате этого осмотра провод развалился в нескольких местах, но это не смутило Фабио. Отец, пока был жив, многому научил сына, и уж подсоединить новый провод не составляло для него особых проблем, тем более, что в мастерской отца было полно всякой всячины для домашних неисправностей.
Не найдя в пирамиде ответов на свои вопросы, Фабио вытащил из карманов то, что утянул до сих пор, и, бросив все это на стол, направился вместе с пирамидой к пролому в стене.
Дойдя до угла, ему пришлось замереть на месте, а потом быстро прыгнуть обратно, прежде чем нос автомобиля, мотор которого урчал за воротами, показался в проеме распахнутых ворот. Пригнувшись к земле, малыш выглянул наружу. Это были полицейские. Лейтенант Ронни Логарт отдавал распоряжения двум сержантам, и до Фабио долетели лишь обрывки фраз:
– ... чего-то недостает.., кажется .., неизвестно что.
Еще раз обыщите весь дом... обстоятельства дела ... странно.
Обо всем необычном докладывайте немедленно.
Покраснев до кончиков ушей, Фабио думал о том, что не закрыл ящик в гараже, и, если здесь те же полицейские, что обыскивали дом в первый раз, то они могут заметить эту деталь.
"А! Все равно не узнают, кто здесь был и что взял!
– очень хладнокровно для своих лет подумал воришка, - надо уносить ноги."
Полицейские
Он решил ничего не говорить матери, пока не присоединит провод и не проверит действие прибора, тем более, что перед ним встала действительно серьезная проблема: что сказать матери, когда она узнает о приборе. Ведь он его украл, а у них в семье такие проступки наказывались строго.
Малыш знал, что мать сейчас убирает в доме Хенинксов, и потому спокойно прошел в мастерскую отца. Здесь, отыскав кусок провода с уже прикрученным штепселем и зачистив не обгоревшие концы шнура, выступавшего из пирамиды, он быстро скрутил их и заизолировал специальной лентой.
"Ну, с Богом!
– произнес он шепотом и вставил штепсель в розетку. Поверхность пирамиды покрылась рябью и тотчас над ней появилась полупризрачная сфера, буквально на глазах превратившаяся в подобие солнечного шара, а рядом с ней возникла противная серая клякса, и оба эти предмета двинулись к малышу.
Тот замер, как будто увидел змею, надеясь, что его не тронут, и действительно - объекты замерли на месте. Обрадованный, но все еще осторожный Фабио, от всей души пожелал, чтобы они совсем исчезли: "Чур меня, чур!" - и шар с кляксой послушно начали блекнуть, пока не растворились без следа.
Рука Фабио. до сих пор лежащая на штепселе, резко выдернула его из розетки.
"Фу! Ну и дрянь!
– ругнулся он мысленно, - чертовщина какая-то! У "шизика" шизовые приборы," - малыш с облегчением рассмеялся над своим каламбуром, однако понять, с чем же он столкнулся, его мозг был не в состоянии.
Он не мог квалифицировать появление странных предметов, но то, что они подчинились его желанию и исчезли наводило на некоторые пока еще не оформленные мысли. Он ломал себе голову с полчаса, но к исходу своих размышлений ему показалось, что все им увиденное бред и разыгравшееся воображение.
"Привидится же такое, - отбросив от себя сомнения, подумал он, и, как ни в чем не бывало, снова включил прибор. Сейчас малыш был совершенно спокоен, и, как бы подтверждая его выводы, ничего особенного не произошло.
"Ну! Что я говорил?!" - воскликнула одна часть мозга Фабио, но другая, ищущая приключений и проигравшая, испытала досаду. Столкновение этих чувств снова породило две несуразности, и малыш вновь замер всеми мыслями и чувствами, и опять взмолился об избавлении от незваных гостей, и поскольку он был совершенно искренен в своем желании, а его мозг не был еще обременен сомнениями и невериями, ему это опять удалось. Только прибор он на этот раз не стал выключать, и когда объекты исчезли, он гневно выплеснул в нее: