Демон-император
Шрифт:
– Постойте! – Артур уперся что было сил. – У меня есть важное предложение! Это насчет падальщиков. Я знаю, как их победить…
– Зачем нам побеждать падальщиков?
– Они ведь убили вашего брата?
– Это тебя не касается. Мы тоже убили многих из семьи крысиной императрицы.
– Но их лес пожирает город, разве не так?
Хозяева Желтого Токио молчали. Из полумрака вынырнула стрела крана, толстая кишка заправщика присосалась к топливному баку младшего брата.
– Наверняка они прежде были слабыми, да? Они были не сильнее других банд. Вы с
– Говори дальше, – рыкнул динамик.
– Я вспомнил, таких людей у нас на Руси называют качальщиками, – воспрял Артур. – Кажется, в молодости они выкрали меня из города. Они научили меня смотреть и слушать мир, научили говорить с животными и растениями. Я не знаю, откуда взялись качальщики, до эпидемии о них ничего не слышали. Кажется, они стали рождаться там, где… где разлилась опасная химия. Качальщики… они хотели спасти природу, леса и реки. Но они ненавидели города. Они раскачивали города, вместе с грязными фабриками и домами, пока всюду не вырастал лес. Потом что-то случилось… я не помню. Но я видел, что творится здесь, у вас. Это то же самое, джунгли пожирают город. Наверняка этот лес тянется уже далеко за городской чертой…
– Наш сосед Юкихару, хозяин Красного Токио, ведет себя как слепец, – тихо произнес Мико. – Двадцать лет назад границы падальщиков не достигали Кошу-Кайдо авеню. Затем они подчинили банду косолапых, а банду Дудочника оттеснили к пожарищу. Только подземники сохранили свои позиции. Двенадцать лет назад лес сожрал все от Хигаши-парка на запад, а на юге добрался до Сакурада-Бори авеню. Тогда мы встречались с императрицей… мы подожгли лес с воздуха и убили многих. Тогда они отступили. Но Юкихару и другие… они беспечны.
– Наверняка падальщики умело защищают Токио от сельских сегунов? – с издевкой осведомился Кузнец. – Наверняка ни одна армия, посланная императором Киото, не смогла преодолеть границы города? Наверняка на западе джунгли обтекают город, словно масло, и дома тоже тают, как масло?
– Теперь я понял, почему колдуны готовы платить за тебя так много, – резюмировал старший брат. – Я не хотел бы вести войну против клана, где ты будешь советником. Теперь довольно болтовни, скажи, что ты предлагаешь. Но если ты обманул, клянусь, колдунам Асахи придется потрудиться, чтобы тебя снова собрать!
Топливозаправщик обслужил все воронки Мико и переключился на старшего брата. В воздухе удушливо понесло мазутом. Далеко наверху, над стальными балками крыши, проплыли строем три крошечных дирижабля.
– Я не могу рассказывать, я должен показать. Опустите меня на пол, не держите!
Тиски разжались. Мрачные фигуры с манипуляторами нависли над человеком, готовые снова его схватить. Артур ударился пятками о дюймовую стальную плиту. Потребовалось несколько секунд, чтобы успокоить дыхание.
Они были здесь. Они всегда живут рядом с человеком, только требовалось время их вызвать! Кузнец
Первое крысиное семейство показалось на палубе. Еще две, еще три… Они карабкались по тросам и канатам, ползли по воздуховодам и канализации, подталкивали друг друга, поднимали к небу мордочки на свалках, и даже далеко, на самом берегу, где они вполне уживались с чайками и крабами…
Далеко внизу раздались крики и звонкие удары. Многочисленные ручейки грызунов хлынули через ворота на стапель. Они перевалили через заграждения, использовали сотни подкопов, но многие шли не таясь, прямо по рельсам и асфальту. Попутно с крысами Артур подбирал и прочую мелкую живность, чьи мозговые волны тоже его устраивали. Он слишком быстро уставал. Он чувствовал, что тайная сила, которой его в юности одарили качальщики, слабеет именно под натиском грязи. Он находился в слишком грязном месте, в чреве судоремонтного завода, среди нефти, железа и электричества. Волей-неволей, все навыки свободной земли давались здесь втрое тяжелей!
– Достаточно, – заволновался Маро, когда вокруг фигурки Кузнеца собралось не меньше трех сотен грызунов.
Здесь преобладали простые серые, но встречались и черные, и пятнистые безглазые гиганты, и гладкокожие, с жабрами, и колючие усачи, сорок поколений прожившие в тепле прохудившегося реактора.
– Довольно, красивое колдовство! – повторил Маро, когда Кузнец заставил всех крыс встать на задние лапки, а новые серые полки все катились и катились через борта. – Мы видели много колдовства. Как ты это делаешь? Может быть, ты сам падальщик? Только они умеют управлять живым…
– Я не знаю, как я это делаю. Еще позавчера я не умел, а потом вспомнил. Это трудно передать словами. Надо освободить себя.
Стражники пятились, поджимали ноги, не зная, куда ступить. Вся вертолетная площадка превратилась в зубастый, хвостатый, писклявый ковер. Техники с масленками замерли среди шестеренок Маро. Рабочий с заправщика намертво заперся в будке.
– Ты родился в клане колдунов?
– Нет, я обычный человек, – Артур удерживал всю дикую, до смерти перепуганную массу зверьков половиной сознания. – Я был самый обычный. Просто я пришел к тому, чем должен владеть каждый человек.
– Каждый человек? Ты насмехаешься над нами? Колдуны Асахи делают для нас хрящи и сердца, никто не достиг такого искусства, как они. Они делают женщин, делают горбунов и великанов. Но даже их старший химик не может говорить с мышами!
– Я могу научить. Но не вас, а маленьких детей. Вас учить уже поздно… – Артур вынужденно дышал ртом.
Своим замечательным выпуклым глазом он наблюдал, как замер поток вагонеток по рельсам и на подвесных дорогах. Не стучали киянки, не звенели пилы. Даже охрана позабыла о своих обязанностях. Сотни прислужников машинного бога, затаив дыхание, наблюдали за скопищем зубастых тварей.