Демон Пенрика
Шрифт:
Он улыбнулся ей своей самой полной надежд улыбкой, пытаясь вложить в неё как можно больше радости. И обнадёживающей, ему определённо надо было пытаться выглядеть обнадёживающе.
Попытка оказалась неудачной, она резко отступила на шаг, потянувшись одной рукой к горлу. И долго-долго хмуро на него смотрела.
— Если это шуточка, молодчик, я пущу твою шкуру на переплёты. Жди здесь.
Она положила принесённые книги на стол и спешно ушла.
Пен снова взглянул на шкаф, который теперь привлекал его куда больше, чем ранее и задумался,
Перо перестало скрипеть и обернувшись Пен обнаружил что дедикат-писец смотрит на него так, как будто Пенрик внезапно отрастил на лбу оленьи рога.
— Как ты заполучил демона? — ошеломлённо спросил он.
Уже напрактиковавшись, Пен рассказал короткую версию истории, обобщив катастрофу в нескольких относительно связных предложениях. Довольно связных.
Расширенные глаза писца сузились.
— Знаешь, никому, не достигшему ранга жреца не позволяют получать храмового демона и дар волшебства. Это считается высоким и редким достижением. Люди соревнуются просто за место в очереди, учась и готовясь и потом ждут годами.
Пен почесал затылок.
— Время от времени должны происходить случайности. Я имею в виду, нельзя управлять временем и местом смерти человека.
Ну… в голове Пена возник один надёжный способ, но до него не доходило никаких слухов о том, что Храм делает такое.
Писец только сжав губы покачал головой.
Библиотекарь вернулась и привела с собой Просвещённого Тигнея. Пен просветлел.
— О, сэр! Нельзя ли мне читать те книги? — он показал на запертый шкаф. — Вы, определённо, не можете сказать, что у меня нет в этом нужды.
Тигней вздохнул.
— Лорд Пенрик, я только начал распаковывать вещи Просвещённой Ручии. Я пока и понятия не имею, какие нужды мне предстоит найти в этой путанице.
Он посмотрел на Пена, который ответил своим лучшим взглядом голодного мальчика. Выражение лица жреца не столько смягчилось, сколько стало задумчивым.
— Но, пока вы ждёте, вы определённо имеете право читать книги с других полок, здесь, в этой комнате, когда она открыта. Надо думать, это займёт вас на некоторое время.
А также привяжет его к этому месту, что, как подумал Пен, было невысказанным продолжением. Но Тигней на самом деле не сказал Нет, никогда.
— Разумеется, сэр, — готовясь к возможному реваншу, Пен попытался изобразить послушное отступление. Он сообразил, что до сих пор держит в руках цедонийскую хронику и негромко сказал, демонстрируя её Тигнею:
— Когда я открыл эту книгу, я обнаружил, что могу её читать. Это… обычно?
Губы Тигнея скривились:
— Полагаю да, если ты цедониец.
В ответ на эту сомнительную шутку Пен изобразил слабую улыбку. Хотя, это конечно
— Но я-то нет. Я не знал ни слова пока… ну, до сих пор.
Его шутка оказалась вознаграждённой, Тигней успокаивающе кивнул Пену.
— Да, это обычно. Если демон служит носителю достаточно долго, он впитывает в себя его родной язык. И переносит его дальше. У Ручии под рукой было с полдюжины таких языков и на всех она говорила как на родных. Очень полезно для неё и для Храма.
— Она была великой учёной?
Тигней заколебался:
— Не совсем, — он ещё немного посмотрел на Пена. — Но ты воспринял его очень быстро. Обычно на то, чтоб просочилось такое знание как язык, нужны недели или месяцы. Но демон Ручии был необычно старым и могущественным.
Он вздохнул.
— У меня уйдёт некоторое время на то, чтоб разобраться в её пожитках. Может быть я захочу поговорить с её демоном непосредственно, как с самым близким, хотя и не самым надёжным свидетелем её дел. Я буду благодарен, если ты будешь к этом готов.
— Разумеется, сэр, — ответил Пен, решивший довольствоваться этой половиной победы, пока была такая возможность. — Но… Похоже я не могу управлять её речью.
— Можешь, ты просто этого пока не умеешь.
К Пену вернулась надежда познакомится со шкафом. Однако, он вряд ли сможет прочитать все эти книги за день.
Тигней продолжал:
— И наоборот, когда он управляет тобой, ты знаешь об этом совершенно точно, — он мрачно посмотрел в сторону, заставив Пена задуматься о его бывшем демоне, от которого как-то избавились.
Жрец повернулся к бесстыдно подслушивающему писцу, который уже перестал даже притворяться, что работает:
— Кли, когда закончишь страницу, спустись вниз. Мне надо скопировать перед отправкой несколько писем.
— Да, сэр, — ответил писец, покорно взмахнул пером и вернулся к прилежному переписыванию.
Тигней увлёк библиотекаря с собой, из коридора до Пена донёсся приглушённый разговор, сопровождаемый взглядами в его сторону, после чего Тигней ушёл, а библиотекарь вернулась. Она на ходу удостоила Пена своего рода профессиональными кивком, после чего занялась своими загадочными делами за столом в углу.
Ошеломлённый выбором, Пен сначала двинулся к полке со сказками, но потом сел ко второму столу и, движимый страхом, что его новоприобретённая способность исчезнет так же внезапно, как появилась и лучше воспользоваться возможностью, пока она есть, вновь открыл цедонийские хроники. Хроники вполне годились в качестве сказок, императорский двор неизбежно выглядел почти столь же фантастическим, как логово великана. И он хотел узнать больше об императоре, который был инженером и строил фонтаны для своего народа. Это казалось странным занятием для императора. Разве не предполагается, что императоры занимаются завоеваниями? Считается, что именно так и становятся императорами.