Демон. Дилогия
Шрифт:
— Он может выделить тебе обширное княжество в опустошенных землях.
— Может, — кивнул Максим, — но как это будет выглядеть? Мягко говоря — некрасиво.
— Согласна, — кивнула Василиса. — Впрочем, Батый ушел весьма разозленным. Даже обоз с награбленным добром бросил. Вряд ли он так это оставит.
— Верно. Тем более что в сороковом году он и так вернулся в моем мире. А тут — такой замечательный стимул. И опять, кстати, зимой.
— А это значит, что Северо-Восток Руси ждут в скором времени новые проблемы.
— Безусловно. С угрозой с севера и
— А если им не навешать, то ты подорвешь уважение и доверие к себе…
— Верно.
— Слушай. Зачем нам вообще Северо-Восточная Русь? Нам и тут неплохо живется. Продовольственную проблему ты в целом решил за счет картофеля и нормальной семенной базы. Роща мелорнов подрастает и уже сейчас чувствуется посвежевший магический фон даже на таком расстоянии от них. Пороги на Неве убрали, что решительно улучшило судоходство по ней. Корабли строим и до Святой Земли на них ходим да торгуем со всей Европой, как северной, так и южной. Промышленность какую-никакую, наладили. Ладога за эти годы преобразилась неописуемо. И это только начало. По мне, так мы и сами вполне продержимся до завершения строительства доменного камня.
— И что потом? — Повел бровью Максим. — Доменный камень позволит Хель являться в этот мир как в часть своего домена, то есть, не прерывая связь со своими базовыми владениями. Но тут фон ци очень низок. Фактически — пустыня. Почитай хуже, чем с маной из-за печатей Ордена, высасывающих из окружающего пространства то немногое, что там еще имеется. Сильно она поможет? Тем более что у доменного камня есть зона действия. Поэтому недалеко от камня она сможет нам помогать, а вдали? В той же Южной Африке? Вряд ли. Нам все равно нужно строить зиггурат и налаживать связь с моим миром для доставки промышленного оборудования. Ты ведь не забыла нашу цель? Найти могилу Элигора — это даже не десятая толика задачи. Нужно накопить достаточно сил, чтобы быстро смять развернутую там, безусловно, нешуточную оборону и достать его. Да не просто так, а продержаться столько, сколько понадобиться. Мы ровным счетом ничего не знаем о том, какое оружие он нашел и не факт, что оно станет доступным нам достаточно быстро.
— Но Орден ведь попытается нам помешать.
— Верно. Поэтому мы должны противопоставить ему единственную силу в этом мире, которую они смогут испугаться — технику. Поэтому нам нужна достаточно серьезная территория под производственную базу.
— Под которую ты хочешь забрать землю остальной Руси?
— Верно. Это целостные владения в этнокультурном плане. Их легче объединить и преобразовать, чем разные этнические общности. Хотя, по большому счету,
— Ты выбрал тот народ, который тебе ближе и с которым тебе проще работать. Так что, никакой иррациональности в этом нет, — улыбнулась Василиса. — Хорошо. Что ты теперь делать планируешь?
— Пока не знаю. Ситуацию немного облегчает то, что Феодора оказалась от природы на удивление одаренной девочкой. Мощные, чистые каналы. В любом мире с нормальным магическим фоном, она легко бы вошла в пятерку самых могущественных магов из числа простых смертных, разумеется. А тут…
— А тут она должна была умереть в детстве. Но ты спас ее и теперь она привязана к тебе всей душой.
— С чего ты взяла?
— Я все объяснила ей и она, несмотря на то, что еще малышка — поняла. Ты у нее устойчиво ассоциируешься с защитником, светом и добром. Сейчас она наверняка родителям мозги грызет на тему того, чтобы снова к нам погостить приехать.
— Думаешь?
— Уверена. Она подсела на общение с нами и рощу мелорнов очень крепко. Подумай сам. С таким талантом жить в мире, практически лишенном маны. Вечный голод и дискомфорт. Да и мы ей ближе, чем далекие от магии родичи.
— Будем надеяться, что они ей голову за такое непослушание не открутят.
— Кстати, — вдруг опомнилась Василиса. — Я же на днях разговаривала с архиепископом. Он передал мне слова киевского митрополита Иосифа, будто тот мнит тебя на роль правителя Новгорода.
— И как он себе это представляет? — Усмехнулся Максим.
— Несколько красивых побед над врагами народа и веры, и в качестве благодарности Вече призовет тебя на престол, а патриарх Константинопольский дарует титул. С ним де уже обговорено.
— Титул кого? Императора? — Снова усмехнулся Максим. — Да и кому на Руси есть дело до того, какой титул мне дарует патриарх?
— Архиепископ говорил о том, что митрополит ждет действительных военных успехов, дабы можно было поднять тебя на щит сплочения и единения Руси, раздираемой распрями. Ради этого церковь готова пойти и против Рюриковичей. Ведь с одного стороны наседают католики, с другой — тартары. А эти бараны никак не договорятся. Византийская корона слаба. И Герман не испытывает иллюзий, относительно ее будущего, особенно после твоих слов. Патриархату решительно нужен хоть какой-то крепкий оплот православной веры. Пусть даже и такой экзотический как ты.
— Рискованная затея. Очень рискованная. Русь — родовая вотчина Рюриковичей. Они не признают никого со стороны. Просто так.
— А что тебя смущает? Ты уже по факту правишь Новгородской землей. Да, наместник Ладоги, но скажи — сколько бояр еще не присягнуло на верность дому? А купцов крупных и прочего уважаемого люда? Вече тебя поддержит, даже если ты захочешь его распустить и утвердить единоличную власть в качестве кого угодно. Хоть князя, хоть Императора.
— И поругаться с соседями?