Демон
Шрифт:
7:47 вечера. Двое мужчин вошли в кабинет. Одного звали Рэй Туки, он работал у Ганиса шофером/телохранителем — человек лет под сорок, очень замкнутый, очень целеустремленный. Немного неуклюжий, светловолосый, с лысинкой, он носил свою кокарду из Специальных войск на поясе из змеиной кожи, пояс сделала для него вьетнамка, с которой он жил на Центральном плоскогорье Вьетнама. Его жена подала недавно на развод, потому что он во время секса шептал имя этой вьетнамки.
С ним был Васэда, маленький, в очках, круглолицый человечек лет сорока пяти, штат Уоррена
Влияния «Мудзин» хватило, чтобы он не попал в тюрьму, а канадские газеты ничего об этой истории не написали. Семья ребенка получила от компании крупную сумму, а Васэде было приказано покинуть Канаду в течение семидесяти двух часов. Потом он стал личным ассистентом Уоррена Ганиса — якобы ввиду его менеджерских качеств, но в действительности Ганис хотел немного досадить Рэйко Гэннаи.
В кабинете Туки последовал за Васэдой к Уоррену Ганису, который ждал их за черным дубовым столом. На полпути через комнату телохранитель замедлил шаг и покачал головой. Иисусе, что на этот раз? У старика был ужасно злой вид. Он сидел поджав губы в кожаном кресле с высокой спинкой, напряженный, будто ему кочергу в задницу засунули.
Рэй Туки отдыхал в своей комнате, смотрел футбол по телевизору. Ганис позвонил ему по интеркому, сказал спуститься в гараж и поставить машину у входа в дом. Потом привести Васэду в кабинет.
Похоже, мистер Ганис только что согласился дать на время кое-что из японской бронзы паре мужиков из галереи его жены в Вашингтоне. Они явились сюда вечером, хотя Туки их и не видел. Он и Васэда должны отнести бронзу к машине. Ничего не разбив. Потом Туки повезет этих художественных мужиков в аэропорт Ла-Гуардиа к ночному рейсу в Вашингтон. Конец футболу.
Вот уж чего ему не хотелось, так это ездить в такую жару. По какой-то причине кондиционер лимузина работал на переднем сиденье плохо. Когда пластиковая перегородка, отделяющая пассажиров от водителя, была на месте, впереди оставалось тепло. А сзади от холода дерьмо в кишках замерзало.
Но если мистер Г. хочет, чтобы Рэй Туки повез каких-то типов в аэропорт, считайте, что это уже сделано. Ганис регулярно зарплату выдает, а деньги нужны, потому что Туки по решению суда обязан высылать семьдесят пять долларов жене в Атланту — на его девятилетнюю падчерицу. Вот что бывает, когда удочеряешь чужое потомство. А кем вы были, пока не женились, мистер Туки? Счастливым человеком, вот кем. Даже не сомневайтесь.
В кабинете он наблюдал, как мистер Г. потирает руки, затем кладет их на стол вниз ладонями и начинает нервно постукивать большим пальцем. У старика нервный вид. Он чем-то взвинчен. Вот-вот в штаны намочит.
Васэда сказал что-то на японском, Туки не понял, он этого языка совсем не знал. Потом Васэда засмеялся, но тут как раз ничего странного, он за обедом выпил много сакэ. А мистер Г. смеяться не стал. И даже не ответил. Рэй Туки оглядел комнату, но мужиков
Тебе бы раньше понять.
Они вышли из-за деревянной складной ширмы, двигаясь быстро и не заслоняя друг друга. Двое — один высокий, другой маленький и круглый. Как эти комики, Матт и Джефф. На обоих костюмы, галстуки, темно-голубые лыжные маски. У каждого ствол с глушителем. Профессионалы.
Потрясенный Рэй Туки смог лишь вяло улыбнуться, думая: хорошо напоролся. «Смит-и-Вессон» вместе с пистолетиком 32 калибра, который он обычно носил в кобуре на щиколотке, находились далеко отсюда. Они лежали в его комнате, в запертом металлическом ящике под кроватью. Вместе с колумбийской травкой, его армейскими медалями и пучком лобковых волос его вьетнамки. Он собирался взять оружие только перед выездом в аэропорт.
Два срока во Вьетнаме, трижды ранен — и сейчас Рэй Туки подумал, что, может, вся его удача уже кончилась. Поганый финал, если тебя так провели. Попался в чьи-то сети, потому что этим мужикам в лыжных масках явно помогали изнутри. Иначе как они могли войти в квартиру и передвигаться, не вызывая подозрений? В этом участвовал кто-то третий, и Туки винил себя, что не знает, кто именно. От этого чувства ему стало более стыдно, чем страшно.
Матт и Джефф встали позади Рэя Туки и Васэды, говорил высокий. Он приказал Туки опуститься на колени, руки положив на затылок. Потом надел ему наручники и, толкнув, уложил боком на ковер. Маленький и круглый тем временем присматривал за Васэдой. Тот как начал плакать, так и не переставал.
Лежа и глядя на стену книг, Туки старался определить, насколько он близок к смерти: должен быть какой-то знак. И действительно, знак такой вскоре появился. Высокий начал его обыскивать, нет ли оружия. Расстегнул на Туки пиджак. Проверил ремень, поясницу, обе ноги, бока. Ничего не нашел.
Но, увидев на Туки бляху специальных войск, высокий замер. Их глаза встретились. И Туки сразу почувствовал огромное облегчение. Он подумал — слава Господу, еще один пожиратель змей. Туки чуть не сел и не закричал от радости, но заставил себя лежать неподвижно. Он только знал, что этот мужик в габардине его не замочит.
Как бы то ни было, пожиратель змей вытащил из кармана катушку клейкой ленты и залепил Рэй Туки рот. Потом стянул с него пиджак, сделал в руку инъекцию из шприц-тюбика и прошептал: «Чего ты не видел, о том не расскажешь. Укол просто усыпит». Туки хотел спросить: «из какой части, приятель?». Но рот был закрыт, да и голова начала уже опускаться. Последнее, что он запомнил — пожиратель змей расслабляет ему ремень и галстук, чтобы было удобнее.
Пенни убрал шприц-тюбик обратно в коробочку и сунул ее в карман. Потом снял маску. Ники Макс — тоже. Увидев Ники Макса, Васэда взвизгнул и попятился к столу Ганиса. Ники, державший руку с пистолетом вниз, просто смотрел на него, а когда бедро Васэды коснулось стола, Ники сказал:
— Очень рад тебя видеть, говнюк, — и выстрелил ему в голову и горло.
Васэда упал спиной на стол Ганиса, столкнув лампу на ковер — Ганис отшатнулся, пуча глаза — тогда Ники подошел ближе и выстрелил Васэде в подбородок и левый глаз.