Демон
Шрифт:
– Вот видишь, дорогой братец, – усмехнулась Хель, – тебе с твоей вечной тягой к разрушению совершенно некогда подумать. Отвык. Или, может быть, тебя часто били тяжелыми предметами по голове, и она нуждается в покое и лечении?
– Спокойно! – прикрикнула Даяна, видя, что Бог Разрушения начинает закипать. – Я согласна с Хель. Это действительно хорошее решение. Если этот демон найдет в нашем мире свой дом и привяжется к нему, то будет очень неплохой шанс на то, что он сможет пожертвовать собой, переступив через натуру.
– И
– Вы полагаете, что демон может пожертвовать собой ради какого-то случайного мира? – усмехнулся Донар. – Серьезно? А мне показалось, что в разговоре с Хель он вполне точно изложил свои интересы.
– Зай, не спеши, – улыбнулась Богиня Страсти Миранда. – Он ведь совсем юный демон. И суток от роду нет. Сильны воспоминания о старой жизни. Кроме того, со слов сестры у него обида на свою мать, которая бросила его помирать в далеком мире. У нас есть шанс его зацепить.
– Вот именно, – кивнула Хель. – Я вижу несколько линий долга…
– Оптимистка, – усмехнулся Донар. – Нам это демоническое дите придется чуть ли не за ручку вести через проблемы, чтобы он получил хотя бы одну из таких линий. Даже несмотря на то, что он совсем недавно еще был низшим смертным, его характер изменился так же, как и дух. Ты ведь сама сказала, что он хочет отомстить своей матери. Мало того, вспомни, сколько смертных в этом мире рисковали тебе перечить и торговаться? Пальцев на одной руке хватит, чтобы пересчитать?
– Мы просто отвыкли от демонов, – ласково улыбнулась Хель. – Эти взбалмошные, наглые и умные существа всегда себя так вели. Уважая нашу силу, они плевали на все остальное. Так поступает и Бэр. Он ведь на самом деле меня не испугался. Мне даже казалось, что этот ребенок пытается со мной разговаривать как с кем-то, кто равен ему.
– И что, раньше демоны так же вели себя?
– Сильные – безусловно. А он хоть и бастард, но аристократ по рождению со всеми вытекающими особенностями.
– С чего ты это взяла? Ты же сама сказала, что не знакома ни с его родом, ни с кланом.
– Я соврала, – улыбнулась Хель. – Знакома. После Великой войны мне довелось познакомиться с одним из его сородичей. Он тут, видите ли, занимался духовным самосовершенствованием. Лет десять проболтался и отбыл. Но собеседник был интересный. Так вот – этот Бэр хоть и совсем юн, но умудрился пробудить во мне старые воспоминания.
– Почему он ушел? – спросила Миранда.
– Разочаровался. Пришел к выводу, что духовное развитие без непрерывного процесса познания – пустое. Поэтому ему нечего делать в отсталых периферийных мирах.
– Ладно. Неважно. Аристократ так аристократ. Непринципиально, – махнул рукой Донар. – Мы-то что делать будем?
– Как «что»? Помогать, конечно, нашему демону чувствовать себя как дома, – чуть подумав, ответил Бог удачи. – В конце концов, ничего иного нам не остается.
– Еще его можно убить, – задумчиво произнес
– Хочешь развоплотиться? – улыбнулась Хель.
– Но ведь он убил тех бедолаг? А ведь именно тот парень, что его призвал, и был выбран пророчеством. Так что если мы убьем Бэра, то вполне сможем получить ситуацию, при которой будет выбран новый избранный. И уж с низшим смертным нашего мира нам будет проще управиться, чем со строптивым демоном.
– Все не так просто, – хмыкнула Хель. – Я думаю, что тот псих, который вызвал Бэра, вряд ли был по-настоящему Избранным. Он ведь просто имел на себе отметку пророчества и не более того. То есть был ему нужен зачем-то. У него не было никаких шансов для того, чтобы разрушить или сохранить наш мир – слишком мелкая пташка. А вот с демоном ситуация совсем иная. У этого парня намного больше возможностей. Так что, дружок, не лезь лучше в такие дела со своей страстью к разрушению и лобовыми решениями. И сам сгинешь, и нас за собой утащишь.
Глава 3
– Господин барон! Господин барон! – раздались какие-то причитающие всхлипы практически над ухом.
«Проклятье! Зачем же так орать?» – пронеслось в голове у Бэра.
– Господин барон! Вы живы?! Ох! Что же здесь произошло?
– Не ори… Башка трещит, – медленно выдавил Бэр, пытаясь сфокусировать зрение. «Интересно, кого он зовет».
– Ох! Господин барон! Вы живы! Живы! Это же прекрасно! Ваша милость! Он жив! Скорее сюда!
– Что тут произошло? – прогремел тяжелый, раскатистый бас рядом. «Лучше бы он еще где-нибудь побегал… Может, трупом притвориться? Оттащат в уголок и не будут дергать. А то уже достали тормошить». – Я спрашиваю, что здесь происходит?
– Не орите… мать..! – изящно выразился Бэр. – Вы что, специально издеваетесь? – С этими словами Бэр прикоснулся руками к голове и попытался зажать уши.
– Лекаря! Срочно лекаря! Где носит этого болвана? – снова загудел тяжелый бас, да так, что аж стены затряслись. Этого Бэр выдержать уже не смог и потерял сознание.
Спустя три часа
Барон Годриг эль Дерон заглянул в мастерскую придворного мага, являющегося по совместительству наставником его детей.
– Что с ним? – спросил с озабоченным видом Годриг.
– По симптомам похоже на магическое истощение, – пожал плечами Хайме.
– Думаешь?
– Держал щит до последнего, пока не потерял сознание. Иначе объяснить, почему ваш сын выжил, я не могу.
– Кого же они там вызвали, эти болваны, что столько людей легло? Есть мысли?
– Даже предполагать не берусь, – покачал головой чуть заплывший жиром наставник. – Я полистал ту книгу, что изучал ваш сын, взглянул на его записи и ничего не понял. Судя по подготовке, они планировали вызвать какого-нибудь слабого демона, но…