Демон
Шрифт:
Я отметил время — пора заканчивать внеплановую оперативку.
— Подхожу к главному. Неизвестно, владеет ли ваш Зо Ли секретом Демона, это мы узнаем, когда чистильщик будет у нас, но, по-видимому, мы выходим на контакт с внегалактическим разумом! Следы объекта «Зеро» — магий, а он в Галактике не обнаружен. Вот и считайте теперь, какова цена нашей работы. Локация со спутников и высотных ПКП поверхности Земли тоже ничего не дала, значит, вся надежда на светлые головы физиков. Не обнаружим Демона — сам дьявол не знает, что он выкинет
Я остановился, потому что работавший неподалеку Калашников вдруг сделал знак рукой.
Операторы ВСПС рядом с ним запорхали пальцами по клавиатуре пульта, перебрасываясь неслышными фразами.
Наконец Калашников выслушал сообщение, сказал:
— Будем, — и повернулся ко мне: — Авария под Новгородом! В реку обрушился мост с магнитопоездом. Есть жертвы. Патруль линейных уже пошел…
Я оглянулся на Лапарру и встретил его нестерпимо светлый взгляд. И вспомнил очень древнее стихотворение о потерянном времени:
Пляс Потерянного времени Дик, зловещ, и не угас Глаз Потерянного времени, Не взирающий на нас…Игнат Ромашин
В Новгороде мне бывать не приходилось, хотя я знал, что это старинный русский город-памятник и в нем есть что посмотреть. Однако на этот раз было не до его каменных и прочих красот, потому что мы мчались к городу с отчаянной скоростью опаздывающих. И все-таки опоздали.
Катастрофа произошла в тот момент, когда грузовой магнитопоезд пересекал мост через реку Мсту. Ширина реки у моста была метров сто пятьдесят, и он рухнул по всей длине! Ну ладно бы одна опора (мост был, конечно, старый, трехопорный, из напряженного стеклобетона), а то ведь все три!
Наш пинасс прилетел в тот момент, когда над бурлящей у развалин моста рекой повис модуль патруля стихийного бедствия. Спасатели действовали быстро и в нашей помощи не нуждались, да мы и не предлагали помощь, у нас были свои задачи.
Лапарра еще в центре дал в эфир «шторм» по отделу, и аппараты с эмблемой отдела безопасности прибыли после нас с опозданием всего в пять минут. Первым делом мы перекрыли радиобарьером весь район катастрофы площадью в двадцать пять квадратных километров, чтобы никто не ушел из этого района незамеченным. Затем всей имеющейся на бортах машин техникой прочесали воздушное пространство на предмет выявления Демона. И лишь не обнаружив ничего похожего на зону поглощения энергии, начали планомерный поиск и выявление «подозрительного» в оцепленной зоне, а также опрос случайных свидетелей.
С согласия Лапарры я присоединился к экспертной группе техсектора, которую возглавил Младен Лилов.
— Везет нам с вами, — угрюмо сказал он, отвечая на рукопожатие.
— Снова что-то
— Еще бы! Совершенно крепкий мост, не доживший до первого капитального ремонта! Как в сказке — дунул злой волшебник, и мост рассыпался на части.
— А может быть, так оно и было?
— Я привык верить фактам, а когда их нет, я не измышляю гипотез, а ищу новые факты.
— Кредо эксперта. Что ж, появятся другие странные факты — дайте знать. Кстати, Демон повторяется: в Эль-Пасо два месяца назад с его помощью произошла точно такая же история с мостом — рухнул по всей длине.
Я кивнул Лилову, и ко мне пришло вдруг знакомое характерное беспокойство, зародившееся на уровне «мысленного эха», — подсознание зафиксировало некую опасность, и тут же сработали сторожевые центры тела, не засыпающие даже во сне. Возникла потребность действовать, что-то делать. Я вызвал по микро Лапарру и поделился с ним своим ощущением. К моему удивлению, Ян не стал иронизировать; я подумал и спросил:
— Зону мы оцепили, но если он здесь, то как мы его обнаружим?
— Демона?
— Нет, Демон свое дело сделал, я имею в виду Зо Ли.
— Проще всего было бы провести перекличку и поднять всю нашу гвардию в воздух, одновременно наблюдая за землей. Если Зо Ли остался у моста, мы обнаружим его «мозговиком».
«Мозговиками» в среде спасателей назывались хомодетекторы, с помощью которых можно было найти погребенного при аварии в шахте человека даже на глубине в сто метров.
— Правильно, действуй. Я поднимусь повыше и возьму на себя контроль связи и проверку взлетающих машин.
Обнаружив стажера у машин «Скорой помощи», я приказал ему следовать за мной и принялся командовать, не уверенный до конца в том, что у нас что-нибудь получится.
— Внимание! Патрулям горизонта перейти на связь на волне «четыреста». Ответы по ранжиру. Как приняли?
На панели монитора связи перемигнулись зеленые цифры: все десять машин услышали приказ.
— Начинаю перекличку. После ответа каждый стартует на высоту триста метров. Начали. Первый.
— Я первый, Полесов, пошел.
Пинасс Полесова вырвался из-за деревьев и взвился вверх.
— Второй.
— Я второй, Бабаджанов, пошел.
— Есть третий, Томпсон, пошел…
Один за другим стартовали пинассы и триеры патруля отдела, потом дошла очередь до машин Новгородского линейного отделения УАСС.
Я дал в эфир «две тройки» — сигнал особого внимания всем спасательным группам и передал тот же приказ подняться в воздух.
— Не понял, повторите, — ответил мне чей-то отрывистый резкий голос. — Кто командует?
— Это я, Зигмас, — отозвался Лапарра. — Потом объясню. Поднимай своих, это ненадолго, только дай перекличку на волне «четыреста», чтобы я видел и слышал.
— Ян? Что вы там мудрите? Вы же видите, чем мы заняты.
— Надо, Зигмас. У меня «шторм» по отделу.
Короткое молчание.