Демон
Шрифт:
И все же вода камень точит, а количество переходит в качество. Куколка таки натыкала кадавра критическим количеством своих зачарованных стрелок. Гадина оступилась, и ее явственно повело. Я решаю воспользоваться моментом и усиливаю натиск. Кажется, еще немного и кадавр завалится, но мерзкий монстр умудрился устоять на ногах и частично на руках, выровнялся тварина.
— Все, нах, — кричу я Куколке и драпаю со сцены, — Отступаем.
— Стой, Витька, погоди, — Куколка начинает упираться, когда я пытаюсь тащить ее за руку.
— Да что там? — я злюсь, неужели не
И все же бросаю на сцену взгляд. Оказывается, кадавр выровнялся, да не совсем, его снова повело. Он вроде бы опять начинает выравниваться, но… запинается о суфлерскую будку и сверзается в оркестровую яму, выдавая оглушительный аккорд, каких не выдавал еще ни один известный человечеству музыкальный инструмент. Куколка издает боевой клич и выбегает на сцену, пуская в поверженного кадавра очередную стрелу.
— Назад дурешка! — пугаюсь за Куколку, — Не подставься.
Оттаскиваю ее от края сцены и сам заглядываю в оркестровую яму. Кадавр ворочается как алкаш в грязной скользкой канаве, он по-прежнему дезориентирован. Сигаю к нему и начинаю шинковать, как кухонный комбайн. Такой шанс упускать нельзя. Сукиного сына надо добивать, пока он беспомощен.
Кадавр еще пытается отмахиваться и плеваться, но наобум, противника в моем лице он не отражает. Это агония. Хлещу плетью… еще раз… еще… да когда же он сольется… плеть пробивает в туше глубокие раны, разрывая плоть, а он все еще шевелится. Вдруг одна из голов кадавра уставилась прямо на меня. Черт, он снова меня видит, недолго Куколкина чара на него действовала. Отсекаю эту голову… отсекаю еще одну… есть, спекся.
На меня обрушивается ворох системных сообщений: «Босс локации уничтожен… зачищена крупная локация… вы получаете награду… вы получаете новый уровень…» Пинаю огромное тело и испытываю какое-то прямо телесное облечение, когда оно рассыпается на пиксели.
Ко мне подходит Куколка, личико у нее как у чумазого беспризорника, прическа типа «я упала с сеновала», модное шмотье превратилось в рваное тряпье. Зато сама лучится радостью, улыбается во все свои тридцать два белоснежных зуба.
— Ну как? — спрашивает.
— Мы, — «мы» я выделяю интонацией и обнимаю ее за плечи, — Это сделали.
— И что дальше?
— Дальше моя любимая часть: добыча, новые уровни, распределение характеристик, — подмигиваю Куколке, — Ты, я смотрю, взяла двенадцатый?
— Да? — удивляется Куколка, — И когда я успела?
— Ну, противников было не казать, что очень много, но уровни, сука, были высокие. Я сам пятнадцатый взял.
— И как распределишь? — любопытствует Куколка.
— У меня все тривиально, — говорю, — Очки способностей пока придержу. Так-то мог бы усилить каменную кожу или костную ткань, но особой необходимости не вижу. Лучше еще потерплю пару уровней и подниму силовой доспех. Он универсален, урон от ядов тоже снижает.
— Поня-ятно, — тянет Куколка и, задумавшись, прикусывает нижнюю губу, видать для себя тоже что-то прикидывает, — А с очками характеристик что делать будешь?
—
— И что тогда будет?
— Система обещает печатный тульский пряник размером с тазик… подробностей не знаю.
— Догонишь до двадцатки все четыре характеристики? — поражается Куколка, — Это ж сколько у тебя всего?
— Ну тебе до меня еще качаться и качаться. Я в привлекательность очки не вкладывал.
— Тебе бы пару очков в нее вложить не мешало.
— У меня даже характеристики такой нету… не беси меня, Куколка… мужикам смазливость не нужна.
— Тю… а кто говорил про смазливость? Пара очков просто сделает тебя чуть красивей обезьяны… молчу-молчу… ты и так неотразим.
— Вот то-то.
— Мне помоги распределиться, Дон Жуан.
Я предложил Куколке добавить одно очко в напряжение, все-таки лук она натягивает на пределе сил, и два очка в резкую силу, чтоб повысить стрелковый урон и скорострельность. Все три очка способности — на усиление «стрелы амура», как показавшей свою высокую эффективность в качестве средства противовоздушной обороны. Куколка подвергать сомнениям мои рекомендации не стала, восприняла как руководство к действию.
— А что у нас с добычей? — спросила, закончив с распределением очков.
— А, да, добыча, — вызываю справку, — Всего на счету четыре тысячи двести монет!
— Круть, мы богаты, — Куколка предвкушающе потирает ладошки, — Мне как раз пора прикупить новую одежку.
Куколкин шопинг-порыв меня не пугает от слова «совсем», даже приходится прятать снисходительную ухмылку. Несистемное шмотье стоит сущее копье, кстати неплохой рифмованный рекламный слоган… так что порадую девушку, выделю ей с десяток монет. Этого хватит, чтоб завалить ее горой бутиковых шмоток от Версалля и Хьюго-босса-Баскервилля.
— Та-ак, а вот это кажись система предназначила для тебя, — извлекаю взятую с кадавра добычу.
— И чего там? — Куколка смотрит на меня с сомнением… ну да, конечно, где высокая мода и где кадавр… она ж еще не знает, что система подбирает призы четко под личность получателя.
— Гляди, «кулон боевой суккубы», — протягиваю Куколке украшение…
Куколка выхватывает кулон, сверкающий драгоценными ювелирными гранями и начинает цеплять себе на шею.
— Ты бы хоть статы глянула, — ворчу, — Вдруг он тебе не подходит.
— Ну так я и меряю его… чтоб выяснить… — Куколка уже вызвала в интерфейсе «внешний вид персонажа» и любуется тем, как сидит обновка на ее нежной шее, — … подходит он мне или нет.
— Я про статы толкую… ладно, блин, слушай, — зачитываю характеристики сам, — «Кулон боевой суккубы, чрезвычайно редкий, ограничение — только для боевых суккуб, усиливает на четверть все заклинания».
— Он еще и заклинания усиливает? — поражается Куколка.
Я только кривлюсь и отмахиваюсь, мол, о чем тут еще толковать… Куколка виновато улыбается.