День греха
Шрифт:
– Бардо, ты арестован! – крикнул он.
– Заткнись, придурок! – в бешенстве крикнул Бардо и метнул свой нож.
– Стоять, ублюдок! – крикнул полицейский, возникший за спиной у Бейзила.
В тот же миг у Бардо прямо между глаз появилась черная дыра от пули. Уэйн беззвучно рухнул на пол. Брошенный им нож, подрагивая, торчал в двери, миновав Бейзила на какой-нибудь дюйм.
В комнату бросились полицейские, а Берк подошел к девушке, в ужасе смотревшей на истекавшего кровью Бардо.
Бейзил набросил ей на плечи свою куртку.
– Ты
Она непонимающе уставилась на него, пришлось повторить вопрос еще раз. Девушка неуверенно кивнула.
– Ладно, Бейзил, мы тут управимся без тебя, – сказал один из полицейских. Берк пожал ему руку.
– Спасибо. Вы, ребята, сработали на славу – и в смысле слежки, и при захвате. – Он кивнул на труп.
Полицейский отдал Бейзилу честь.
Тогда Берк взял девушку за руку и повел ее прочь из комнаты. На стоянке перед мотелем стояли полицейские машины, однако Бейзил усадил девушку в автомобиль без опознавательных знаков. Завизжали шины, машина выехала со стоянки. Навстречу ей неслась «Скорая помощь».
Какое-то время девушка молчала, потом яростно воскликнула:
– Чтоб ты провалился, Бейзил! Где тебя черти носили? Этот сукин сын меня до смерти напугал. И какая наглость – он сказал, что из меня может получиться классная шлюха!
Это была Исобель, самая талантливая из девушек Руби Бушеро. Она сдернула с головы черный парик и сердито швырнула его на сиденье.
Глава 41
Исобель выглядела младше своего возраста, обожала приключения и отличалась предприимчивостью. В заведении мадам Бушеро она работала с теми клиентами, кто предпочитал секс с фантазией. Вот почему именно эта девица была избрана на роль Фларры Ламбет в маленьком спектакле, поставленном Берком Бейзилом.
Разумеется, ей хорошо заплатили за роль. Перед тем, как расстаться с Исобель, Бейзил вручил ей чек на кругленькую сумму. После этого он вошел в кабинет к хозяйке заведения. Каждая минута была на счету, однако, когда Руби предложила ему выпить, Бейзил не отказался – это было бы невежливо. В конце концов, мадам очень помогла ему.
– Все прошло по плану? – спросила Руби, протягивая Берку бокал виски.
– Идеально. – Он залпом выпил. – Я находился в комнате, примыкающей к кабинету сестры Беатрисы. Исобель разыграла свою роль безупречно – даже я готов был поверить, что это невинная девочка.
– Такой она когда-то и была, – вздохнула Руби. – Я рада, что сценарий удался. Вы хорошо знаете психологию своих врагов, мистер Бейзил.
Он подставил бокал, чтобы она налила ему еще.
– Реми не сомневалась, что Пинки попытается сквитаться с ней, использовав для этого Фларру. И Реми была права. Но мы, конечно, приняли и другие меры предосторожности: Бардо постоянно находился под негласным наблюдением. Утром мы подслушали его разговор с боссом по телефону. Поэтому мы знали, когда и с какой целью он намерен забрать девочку.
– Этот ублюдок
– Целиком и полностью с вами согласен, – мрачно кивнул Берк. – Я и Исобель прибыли в монастырь за полчаса до его приезда, а когда машина Бардо покинула школу, за ней следовал наш автомобиль. Все прошло без сучка без задоринки. Правда, на обратном пути Исобель все время ныла, что я появился слишком поздно.
– А где сейчас Фларра?
– Под охраной полицейских. Честных полицейских.
– А Бардо точно мертв?
– Мертвее не бывает, – спокойно ответил Берк, допивая виски.
– Жаль, вы не привезли мне на память какой-нибудь трофей – отрезанное ухо или что-нибудь в этом роде.
Мадам чокнулась с Бейзилом и тоже выпила.
– Спасибо за Исобель, – поблагодарил он. – Я перед вами в долгу.
– Ерунда. Теперь мы квиты. Кроме того, вы сделали мне еще один подарок. Ваша Дикси, кажется, станет для меня полезным приобретением.
Берк улыбнулся:
– Я так и думал, что вы без труда найдете с ней общий язык. Жаль только, Бардо успел ее обработать.
– Ничего, она скоро поправится. – Мадам предложила ему еще виски, но Берк отрицательно покачал головой. – Я очень вам благодарна, мистер Бейзил. Учтите, что двери нашего дома для вас всегда открыты.
– Спасибо. Вряд ли я воспользуюсь вашим любезным приглашением.
Мадам вкрадчиво спросила:
– Миссис Дюваль?
– Реми, – поправил он.
Ах, как тяжело ему было с ней расставаться сегодня утром! Всю ночь они разговаривали, занимались любовью, пытались найти выход из ситуации, казавшейся безнадежной.
К утру стало окончательно ясно, что ей все-таки придется вернуться к Дювалю. Сама Реми отнеслась к этой идее легче, чем Берк, который клялся, что она больше не переступит порог дома Пинки Дюваля.
– Я не пущу тебя! – повторял он. – Ни на один день, ни на один час!
Но он и сам уже понимал, что другого выхода нет.
– Меня саму эта перспектива не радует, но ничего, я справлюсь, – твердо сказала Реми. – Может быть, еще неделю назад я побоялась бы, но сейчас я в себе уверена. А ты позаботься о Фларре. И, ради Бога, береги себя.
В конце концов сцену расставания прервал Дредд. Он сказал, что время дорого, нужно торопиться, иначе все полетит к черту. И Берк уехал, оставив Реми у Дредда – дожидаться приезда Дуга Пату.
Берк знал, что окружной прокурор Литрелл – человек честный. Просто работенка у него нелегкая – руководить правоохранительными органами Нью-Орлеана, где, как известно, процветают взяточничество и коррупция.
Литрелл принял отставного лейтенанта Бейзила нелюбезно. Прокурор составил себе не слишком выгодное представление о Берке, чему немало поспособствовали ругательные публикации в прессе. Когда Бейзил ворвался в кабинет высокого начальства без стука и доклада, Литрелл разгневался и хотел немедленно выставить наглеца за дверь.