Девочка Прасковья
Шрифт:
достигнув земли. Высота водопада была небольшая, от силы три метра. Зато вода в
нем была хрустально чистая и переливалась желто-голубыми бликами.
Над площадкой колыхалась
дивная радужная дымка. Рядом с водопадом мхи на камнях имели ярко-изумрудный
цвет, росли какие-то травы, мелькали цветочки. Кое-где были деревца, на камнях
покачивались шторки воздушных корней. Местечко оказалось просто живописнейшее.
И тогда я впервые пожалел о том, что не взял с собой
фотоаппарат.
— Какая прелесть! —
восхитилась Прасковья, взмахнув руками.
Вид водопада буквально
поразил ее. Она подошла к гремящей воде и дотронулась ладошкой до тугих струй.
— Совсем не холодная! —
удивилась она и рассмеялась от брызнувших на нее капель. — Жорка, ты знаешь, я
всю жизнь мечтала искупаться под настоящим водопадом! Ты посмотри, какой он
милый! Как здесь здорово! Давай искупаемся?
Я огляделся. Над лесом
что-то гудело, громыхало, из-за высоких крон к горам тянулись лохматые лапы
туч. Гроза была уже рядом.
— Нам надо спешить
наверх! — сказал я. — Кажется, там собирается буря. Боюсь, упустим вертолет, что тогда делать?
— Ну, Жор! Давай! Мы
быстро! — Девчонку нельзя было остановить, так как от нетерпения она уже стала
снимать свои кеды.
— Нет, я не буду! —
твердо отрезал я. — Ты купайся, а я заберусь на гору и посмотрю, что же там
творится вокруг, и оценю наше положение. Заодно, может, и вертолет замечу…
— Жаль! — вздохнула
девчонка. — Ты только недолго, ладно?
— Я быстро! Куейс! —
отозвался я, глядя на то, как Пашка спешно стягивает белые носочки, и
закашлялся.
Потом мухой запрыгнул на
гранитный выступ и, ухватившись за корни, влез на следующий постамент, ну а
дальше путь наверх оказался более доступным. Оказавшись на вершине горы, я
прежде всего глянул в сторону поселка. Зрелище открылось, я вам скажу, пренеприятнейшее.
Гигантская, зловеще-темная, с красными всполохами внутри туча важно и грозно
надвигалась на горы. Она закрыла собой уже полнеба, и добраться до нас ей
оставалось всего малость времени. Я отчетливо видел, как ветер, точно ее верный
слуга, с каким-то остервенением крутил и вертел кроны деревьев, как бы расчищая
дорогу своей госпоже и заставляя всех и вся кланяться ей до земли. У нас же тут
пока еще светило солнце и было относительно тихо и душно. Глухие раскаты грома, вспышки молний — все это походило на приближение фронта к нашим тылам. Птицы, тревожно крича, кружили над горами и лесом — видимо, искали себе укрытия.
Поселка видно не было. В той стороне уже царил мрак приближающейся бури, в
воздухе клубились пылевые облака. На левой стороне
обычном режиме. Там, похоже, еще никто и не догадывался о том, что за гостья к
ним подкрадывается! Весело распевали птахи, стрекотали в траве кузнечики, деревья мирно дремали в знойном мареве разгоревшегося утра. Где-то там, в
мутной дымке, было Берендеево царство, где-то одиноко стояла избушка, давшая
нам приют на одну из ночей. Я подумал, что хорошо бы нам, конечно, вернуться на
заимку и там спокойно переждать грозу. Там сухо, тихо и есть харчи… Но, увидев наш холм и прикинув расстояние до него и от него до избушки, я понял, что нам уже ни за что не успеть преодолеть этот нелегкий путь. А быть
застигнутыми бурей в лесу! Об этом даже и думать не хотелось… Я невольно
поежился.
Конечно, появись сейчас
вертолет, мы бы еще наверняка успели оторваться от грозы и добраться до
станции. И вдруг, точно мои мысли были кем-то прочитаны, я заметил большую
черную точку, появившуюся в небе с южного направления. Через пару минут я уже
смог определить, что прямо к нам вдоль гряды что-то движется! Порыв ветра донес
отчетливый гул мотора.
— Ура! Да! Да! —
воскликнул я и кинулся вниз к Пашке.
На одном дыхании я
скатился к водопаду и хотел уже было закричать (как это, конечно, только было
возможным при моем-то больном горле!): «Пашка! Вертолет!», но так и остался на
месте с раскрытым ртом. Мне открылась картина более поразительная, чем
появление спасателей! Девчонка все еще стояла под водопадом, наслаждаясь
ласками его тугих потоков. Вода от яркого солнца превратилась в жидкое золото, а
радуга брызг еще более усилилась и заискрилась, окутывая уже всю площадку
прекрасными
бриллиантами. Изумруды, рубины, сапфиры, топазы сверкали теперь и на камнях, и
на мхе, и на траве, бежали по ручейкам вниз. Усиливающийся ветер колыхал
марево, и от этого самоцветы росы переливались еще прелестнее, еще сказочнее.
Пашка была одета в одну «ночнушку», которая уже изрядно промокла и теперь
плотно облегала ее оказавшуюся такой изящной фигурку. Я невольно вспомнил сцену
на болоте, и сердце мое обдало жаром стыда и волнения. Прекрасная нимфа вновь
предстала перед моими глазами во всем своем волшебном великолепии. Не желая
смущать девчонку, я отпрянул в сторону и поспешил наверх, так ничего ей и не
сказав…
Вернувшись на вершину, я
уже вполне отчетливо увидел приближающееся к горе воздушное средство. Правда, им оказался не вертолет, а самолет-«кукурузник», покачивающий крыльями от