Девушка с зелеными глазами

Хайес Собиан

Люк выглядел удивленным.

— Ты что, не скажешь ему правду?

— Нет, это всего лишь маленькая ложь по такому важному поводу. Я ему потом позвоню. Когда все это наконец закончится, он поймет.

— Мы можем выехать с самого утра, — предложил Люк.

Я зажмурилась, предвкушая приключения.

— А нам надо будет скрываться?

— Ну, ты можешь присобачить себе фальшивую бороду и нацепить темные очки, а я… могу просто поехать в обычном виде.

Я схватила подушку с кровати и продолжала лупить его ею до тех пор, пока он не пообещал прекратить подтрунивать надо мной.

ГЛАВА

ДВЕНАДЦАТАЯ

Осознав,

что у меня наконец появится возможность отплатить Женевьеве, я испытывала волнение, которое немного смягчало ужасные воспоминания о плачущей Нэт, укоризненно смотревшей на меня. Ночью я не сомкнула глаз и утром вскочила с постели уже в седьмом часу, взвинченная и энергичная, будто выпила двойной эспрессо перед завтраком. Люк накануне так и не сказал мне, как лучше одеться, и я рывком распахнула двери гардероба и стала копаться в содержимом. На улице похолодало, поэтому нужно было подобрать что-то теплое, кроме того, мы направлялись в захолустье, и требовалась какая-нибудь надежная обувь на случай, если мы решим пешком ходить по полям, или загнать стадо коров, или чем там еще занимаются в деревне. Я остановила свой выбор на штанах в стиле милитари и непромокаемой ветровке, купленной мамой к моему первому походу вместе с парой практичных ботинок, которые в обычной ситуации я бы ни за что не надела. Было бы неплохо казаться старше своих лет, поэтому я накрасилась и собрала волосы в высокую прическу, пытаясь изобразить изысканность и искушенность, но в итоге стала еще больше походить на школьницу, поэтому пришлось отказаться от этой идеи. Я не смогла заставить себя позавтракать, поэтому захватила небольшую сумку и набила ее чипсами, печеньем и шоколадками, добавив бутылку воды.

Люк выглядел совершенно растрепанным в поношенных джинсах и свитере крупной вязки, словно щеголяя взъерошенными волосами и утренней щетиной. Я не могла скрыть радости по поводу того, что мы направляемся в какое-то новое неизвестное место: родной город стал для меня намного теснее с тех пор, как в нем появилась вездесущая Женевьева.

— А Лаура не обидится, узнав, что ты целый день потратил на эту поездку?

Он криво усмехнулся.

— По субботам Лаура любит совершать набеги на магазины. Так что на самом деле ты спасла меня от участи худшей, чем смерть.

Я волновалась, что наша поездка может стать причиной разлада между ними, но теперь успокоилась.

— А что с Мерлином?

— Я сказала ему, что мама себя нехорошо чувствует. Это безобидная маленькая ложь. Конечно, я хочу с ним встретиться, но это дело слишком важное, чтобы его откладывать.

— А ему самому не кажется странноватой вся эта ситуация с Женевьевой?

— По правде говоря, я никак не могу донести до него это, — призналась я. — Его мама вообще думает, что она чудесная и одаренная. А она просто пудрит всем мозги.

— Бедная Кэт. Похоже, она всех опутала своей паутиной, да?

— Что-то вроде того. — Я отвернулась к окну и стала смотреть на проносящийся мимо пейзаж, размышляя, когда моя жизнь успела стать настолько запутанной.

— Ты была когда-нибудь в Йоркшире? — спросил Люк.

Я отрицательно покачала головой.

— Мы несколько раз проводили там каникулы, когда я был маленьким, — начал рассказывать он. — Там потрясающая атмосфера:

вересковые поля, открытые всем ветрам, холмы и горы, карстовые пещеры, леса, водопады, долины, не говоря уже обо всяких жутковатых старинных постройках. На самом деле, говорят, будто в Йорке встречается больше всего привидений.

— Ты сейчас как будто рекламу для туристического бюро зачитал, — засмеялась я.

Он хитро подмигнул мне.

— А я еще даже не упоминал обо всех знаменитых ведьмах, которые там когда-либо жили.

— Я завязала с ведьмами, ты помнишь?

Люк заметно оживился, когда мы выехали на автостраду, и следующие пару часов рассказывал смешные истории о своей работе и своем боссе. Впервые за долгое время я наконец почувствовала себя в своей тарелке, как будто чары Женевьевы слабели по мере того, как мы удалялись от города.

— Фууу! Вот теперь мы точно в деревне! — Я поспешно закрыла окно, едва почувствовав запах навоза.

Люк проверил дорогу по навигатору.

— Мы почти добрались. Осталось проехать около пяти с небольшим миль.

Шоссе сменила узкая однополосная дорога, и нам пришлось съехать на обочину, чтобы пропустить трактор. Впереди, насколько хватало взгляда, лоскутным одеялом простирались поля, засеянные рядами капусты и светло-желтым рапсом. Ветер разгуливал вокруг, не встречая ни малейшей преграды, раскачивая голые деревья и вздымая опавшую листву. Я могла ощущать его, даже несмотря на то что мы сидели в машине.

— Вот мы и на месте, — объявил Люк и остановил машину у обочины.

Городок представлял собой скопление не более чем пятидесяти домов, разбросанных вокруг зеленых земельных участков. Большинство из них выглядели, как переделанные домики сельских рабочих с маленькими застекленными оконцами и низкими дверными косяками. Несколько новых построек резко контрастировали с их старым полинялым кирпичом и шиферными крышами. На холме горделиво возвышался фермерский дом, окруженный несколькими амбарами. Мне не понадобилось много времени, чтобы понять, что удивительного было в Нижнем Крокстоне — гнетущая тишина. Я воображала себе жизнерадостных фермеров на тракторах, загорелых детишек, бегающих по кукурузным полям и миловидных женщин в капорах, несущих в корзинках свежие яйца и молоко, но вокруг не было ни души.

— Похоже, все разошлись по домам, — заметил Люк.

— Нам не удастся не вызвать подозрений, — пожаловалась я, увидев, как в ближайшем окне покачнулась тюлевая занавеска. — В таком месте кого угодно надолго запомнят.

Люк вылез из машины и потянулся, оглядываясь по сторонам.

— Хорошо бы найти что-то вроде сельского клуба или паба, куда ходят все местные.

Я скривилась на слове «местные», и Люк натянул мне на лицо капюшон.

— Кэт, это не город проклятых!

Я насупилась.

— Мне не кажется, что где-то в округе может быть паб.

Люк указал вперед.

— А как насчет этого дома? Там какая-то вывеска снаружи.

— Раньше это была молочная лавка, — ляпнула я без раздумий, и он удивленно посмотрел на меня.

— Ты это точно знаешь?

— Нет, — я смущенно засмеялась, не желая объяснять ему свое ощущение дежавю. — Я хотела сказать, что этот дом похож на молочную лавку.

Мы подошли к вывеске, рекламирующей свежие фермерские продукты, и Люк по-старомодному взял меня под руку.