Девы ночи
Шрифт:
– Что я должна сделать?
– Ничего. Только ответить на пару вопросов. В твоей комнате, часом, нету джинсов?
– Нет.
– Франь бывает здесь каждый день?
– Нет.
– А как же ты там живешь?
– Нормально. Тут есть кухня и ванная. В холодильнике продукты… Кое-как живу.
– Позавчера вечером Франь приходил?
– Он сидел тут весь вечер. Потом приехали какие-то двое.
– Ты не слышала разговора?
– Я не прислушивалась.
– Ага, значит, тебе нравится там сидеть?
– Ты
– Скажи, что ты слышала.
– Отдельные слова.
– Ну?
– Франь спросил про какого-то поляка… Они сказали, что все в порядке.
– А про джинсы был разговор?
– Да… Кто-то сказал, что они в машине.
– Они принесли их сюда?
– Не знаю… Правда, не знаю.
– Слушай меня внимательно… Франь хорошенько влетел. Твои показания очень важны. Хочешь отомстить Фране?
– Еще бы!
– Припомни что-нибудь из того разговора. Про Мыколу вспоминали?
– Мыколу… Не помню. Про поляка говорили, что он потерял сознание, когда его ударили по голове… Сюда выходит вентиляционное отверстие и можно слышать, что говорят внизу. Но потом они перешли в другую комнату или в кухню, и я уже ничего не слышала.
– У тебя есть прекрасная возможность отплатить Фране. Повторишь все это еще сегодня.
– Кому?
– Милиции.
– Ни за что на свете. Франь меня убьет.
– Франь твой загремит надолго.
– А если не загремит?
– Хищение трехсот пар джинсов и телесные повреждения милиционеру – это не шутки.
– Я бы дорого заплатила, чтобы его упекли за решетку.
Снизу донесся радостный вопль:
– Нашел! Я нашел! Ура-а!
Я сбежал вниз и увидел дикий танец Муни.
– Джинсы в подвале в мешках! – радовался он. – Это я нашел! Давай стольник!
– Сначала покажи мне свою находку.
Джинсы были зашиты в десять белых мешков, видимо, по тридцать в каждом. Мешки лежали на деревянном настиле.
– Они были привалены досками, – объяснил Муня. – А я догадался и раскидал.
– Моя школа! – с гордостью похвалил Ося.
Мы вернулись наверх и стали ждать Франя. Цыгане вытащили из бара коньяк и угощались. Я нервно ходил у окна, следя за улицей. Я не мог дождаться, когда же, в конце концов, явится этот курдупель, который так обвел меня вокруг пальца. И не только меня – Мыколу тоже. Интересно, какая во всем этом роль у лейтенанта и Эдика?
Прошел час, когда к калитке наконец подкатили «Жигули» и из них вышел Франь в сопровождении неизвестного. Ося мигом расставил ребят по местам. Не успел хозяин со своим компаньоном войти в комнату, как цыгане выскочили из засады и быстренько скрутили обоих. Все произошло так молниеносно, что ни один из них не успел даже матюкнуться. Зато когда они оказались связанными на полу, отвели душу.
– Хорошо же ты расправился со своим дружком, – сказал я.
Но Франь молчал, лишь смотрел на меня полным ненависти взглядом.
– Так, ну я пошел звонить, – сообщил я и направился к дверям.
И только тогда Франь подал голос:
– Ты что – собираешься повесить на меня эти джинсы?
– Ты сам их на себя повесил. Думаешь, выкрутишься?
– Ничего из вашей затеи не получится. Хотите сухими выйти из воды? Подбросили Фране собственную кражу!
– Ах ты ж сука! – вскипел Ося и уже хотел было съездить ему по морде, но я удержал:
– Упаси бог поставить ему какой-нибудь синяк! Он только этого и ждет. Видишь, как на понт берет? Ждет, что торговаться начнем.
– Давай-давай, беги, звони, – подначивал Франь. – Там на тебя уже дело заведено. Приличная папочка. Даже я такой не заслужил.
– Зато теперь ты заслужил не только папочку.
Я вышел на улицу к телефонному автомату и набрал номер. Трубку снял Эдик, но, к моему удивлению, особенного восторга в его голосе я не заметил. Однако приехали они через полчаса. И было их только двое – лейтенант и мой дорогой Эдик. Это меня несколько сбило с толку – почему их всего двое? Но кто его знает, может, так и нужно?
Эдик скептически обвел глазом связанных грабителей, потом перевел взгляд на нас и покачал головой:
– Хе! Во дают!
– Так, – сказал лейтенант. – Кто объяснит мне весь этот цирк?
– Никакого цирка здесь нет, – вежливо объяснил я. – Мы нашли джинсы в подвале. Потом устроили засаду, и вот результат.
– Ага, – погладил подбородок лейтенант, – так вы еще и незаконно проникли на чужую жилплощадь?
– Они эти джинсы с собой привезли, – сказал Франь. – Дождались нас, а потом вам позвонили. Знали, что делают.
– Белый день на дворе, – кивнул я в сторону улицы. – Если бы мы разгружали триста пар джинсов, нас бы обязательно кто-нибудь из соседей увидел. Пойдите, опросите их и убедитесь, что к джинсам мы не имеем никакого отношения.
– Правда? – засмеялся Эдик.
– Я сразу поставил диагноз: хитрый жук! – усмехнулся и лейтенант.
– Надо ж придумать такое!.. – качал головой Эдик. – Только тут маленькая неувязочка вышла – на Мыколу напали цыгане.
– Они же были переодетые! – напомнил я.
– Я давно говорил, – вздохнул лейтенант, – что эти зарубежные детективные фильмы приносят нам одни лишь неприятности… А у нас тут еще и своя беда – польское телевидение. Насмотрится человек разных гангстеров, и тоже талант пробует. А таланта-то нет. Вот какая штука. Нет таланта.
– Так вы ради своего дружка даже джинсы решили вернуть? – спросил Эдик цыган и, не дожидаясь ответа, расхохотался.
– Слушай, лейтенант, – произнес твердо Ося. – Мне ваши расклады до заднего кармана. Я хочу одного – чтобы к этому делу не пришивали цыган. Ясно? Я этих джинсов в глаза не видел.