Девять ворот
Шрифт:
Гопал прислушался, но ничего не сказал. Он немедленно вытащил кинжал из ножен, направляя его в сторону шума раздвигаемого тростника.
— Разве ракшасы будут так шуметь? — прошептал Гопал после паузы.
— Я не знаю, — сказал Нимаи, окоченевший от страха, стоя позади своего симхи.
Громкое урчание донеслось из зарослей медленно раздвигающегося бамбука. Вершины высоких стеблей изогнулись. Раздвигающийся тростник двигался в их направлении.
— Ты что-нибудь видишь? — прошептал Нимаи.
Гопал
— Кто здесь? — выкрикнул он с вызовом.
— Ты никогда не отличался терпеливостью, — сказал Нимаи.
Со звуком, похожим на гром, высокие кусты и бамбук раздвинулись, и на краю леса возникла черная, сопящая масса.
— Ану! — понял Гопал, облегченно вздыхая при виде своего быка, выходящего из просвета.
Нимаи, однако, не спешил расслабляться.
— Ты уверен, что это не какой-нибудь трюк ракшас?
— Я не думаю, что ракшасы могут превращаться в быков Ану.
Протягивая левую руку к своему любимцу, а правой затыкая кинжал обратно за пояс, он пошел навстречу к животному.
— Это ты! — Он радостно улыбался, почесывая своего четвероногого друга между двух огромных глаз.
— Хоть кто-то вырвался. — Нимаи присоединился к Гопалу, лаская животное. — Как он сюда добрался? Это подарок ману?
Гопал просто качал головой.
— По крайней мере, нам не нужно идти пешком, — сказал Нимаи. — Где это место, куда ты… мы должны идти?
— Радхакунда, — ответил Гопал, — там, куда мы должны идти. Он улыбнулся и взял друга за руку. — Радхакунда, — прошептал он, глядя на восток. Его голос таял вдали, пока он думал о дальних странах и приключениях, которых он так страстно желал… но какой ценой?
— А где Радхакунда?
— Я помню, что видел купцов из Радхакунды, — вспоминал Гопал, — с караваном. — «Кажется, что это было тысячу лет назад», — подумал он, но продолжал: — Я думаю, там был торговец медью из Радхакунды.
Он вспомнил накидку, которую мать купила на рынке для Китти. При мысли о матери и сестре у него защемило сердце.
— Ну? — спросил Нимаи.
Гопал озадаченно взъерошил волосы.
— Что ну?
— Где Радхакунда?
Гопал засмеялся, оторванный от своих мрачных мыслей настойчивостью его друга.
— На другой стороне гор, которые возвышаются на востоке, за долиной, — ответил он. — В полудне пути отсюда должна быть река. Если я прав, мы идем вниз по течению.
— Чего мы ждем? — спросил Нимаи, видя, что его друг опять надевает маску созерцательности.
— Правильно! — Гопал стряхнул с себя транс, в который он сам себя погрузил.
— Джинду, — приказал он быку, но не получил ответа.
— Джинду, — сказал он, на этот раз более строго. Повинуясь знакомой команде хозяина, бык согнул передние ноги, затем задние, ложась на землю.
— Вспрыгивай.
Гопал улыбался,
Огромное черное животное с чванливой походкой, казалось необъятным валуном, высвободившимся из склона гор. Они держали свой путь от тлеющих руин их опустошенной деревни через лес к пастбищам.
— Рудх! — скомандовал Гопал, который сидел дальше от огромной, увенчанной серповидными рогами головы. Бык резко остановился.
Нимаи от неожиданности нагнулся вперед, хватаясь за рога, чтобы не кувыркнуться через морду животного. Бык завертел огромной башкой, оглядываясь и фыркая.
— В следующий раз предупреждай, — завопил Нимаи в замешательстве.
Гопал хохотал. Нимаи восстановил равновесие и поправил точащий сбоку кинжал.
Гопал остановился, чтобы оглядеть раскинувшиеся перед ним пастбища, которые окружали Голоку. Законы Ману ранее не позволяли ему идти дальше. Золотистые травы колыхались подобно океану, гладкие и мягкие, как павлиньи перья.
Гопал смотрел вдаль со смешанным чувством. Он был возбужден предчувствием путешествия, которого всю жизнь ждал, но впереди лежала неизвестность.
Его родители были мертвы. Его деревня была уничтожена. Он только мог надеяться найти живой свою сестру.
Гопал шлепнул Ану по огузку.
— Вртпра! — скомандовал он, бык продолжил свою медленную, тяжелую поступь. Как корабль, он рассекал море травы, касавшейся четырех покачивающихся ног, а высокие лезвия скользили по их открытым сандалиям, пока они, наконец, не добрались до подножия холма.
Нимаи становилось скучно и неудобно. Хотя Ану и был самым быстрым быком в мальчишеских гонках, езда верхом на бредущем животном стала чересчур монотонной.
— Кто вперед до вершины, — закричал он, соскальзывая с быка и убегая прочь.
— Стой! — Гопал заколебался, не уверенный в том, что пробежка по холму была самым безопасным мероприятием. В конце концов, он был теперь симхой, а его друг был его подданным — пусть даже и единственным. Но молодость переборола осторожность, и Гопал уступил прихоти своего друга и его простодушию.
— Я выиграю! — закричал он и, перебросив ноги через спину быка, спрыгнул в высокую траву и присоединился к гонке. Сторонний наблюдатель увидел бы только два передвигающихся просвета в траве, поскольку оба мальчишки были скрыты высоким тростником. Ану стоял как черный необитаемый остров в океане золота.
Нимаи первым добрался до вершины холма. Ану плелся позади Гопала, он давно привык следовать за своим хозяином.
— Я был прав! — сказал Гопал, переводя дух и глядя на стремительно текущую вдали воду. — Река Тошана.