Девять ворот
Шрифт:
— Я не могу дышать. Я все время ощущаю этот ужасный запа-а-ах. Я ве-е-сь в его слюне.
Судама посмотрел на мертвого двид-двида.
— Во всяком случае, у тебя еще есть чем нюхать. Он мог бы откусить тебе нос.
Нимаи коснулся своей козлиной морды.
— Мо-о-ожет, мне лу-у-учше было бы у-у-умереть!
Судама чувствовал, что ему нужно покинуть на время мертвого двид-двида и Нимаи.
— Оставайся здесь и смотри за Китти. Я скоро вернусь.
Судама скрылся из вида, Китти раскрыла свои горящие глаза. Красные лучи остановились на Нимаи, который очищал
— Подвинь меня поближе к двид-двиду, — позвала кртья.
У Нимаи не было выбора. Пока Судама осматривал траву впереди них, кртья пила кровь, становясь все сильнее. Нимаи, как верный слуга, вытер ей губы и спрятал тело двид-двида.
Гопалу наконец удалось полностью высвободить руки. Трнаварта бросился на Вьому. По полу покатился клубок шерсти, клыков, когтей и крови. Трнаварта без особого труда одолел Вьому и, прижав его к земле, вонзал свои клыки ему в загривок. Вьома безуспешно пытался высвободиться, а Трнаварта рвал на куски его плоть, пока тот не затих. Его голова почти отделилась от тела. Трнаварта поднял голову. Его длинная шерсть встала дыбом. Он опять погрузил клыки в голову Вьомы, прокусывая его череп. Двид-двид дернулся и затих. Гопал боялся, что он будет следующим.
Ватсасура, придя в себя от удара вожака, зашевелился, привлеченный запахом крови. Выпрыгнув из тени, он приземлился прямо на спину Трнаварты, вожак взбрыкнул как лошадь, и двид-двид перелетел через его голову. Встав на все четыре лапы, со вставшей дыбом шерстью, отчего он казался вдвое больше, он прыгнул на Ватсасуру.
Гопал тем временем выхватил диск из рук мертвого Вьомы и на четвереньках стал пробираться к выходу из пещеры.
Ватсасура отбросил Трнаварту в сторону. Его горящие глаза встретились с глазами Гопала. Открыв пасть и оголив свои собачьи клыки, он побежал к юноше. Гопал инстинктивно бросил единственное оружие, которое у него осталось — диск. Он постепенно увеличивался в размерах и, достигнув двадцати дюймов в диаметре, срезал голову Ватсасуры настолько чисто, что двид-двид продолжил свой бег уже без головы и, добежав до Гопала, упал. Из шеи существа хлынула кровь.
Трнаварта, руководствуясь больше инстинктом, чем разумом, понял только то, что Гопал теперь безоружен. Последний двид-двид, опустившись на четыре конечности, подбирался вдоль стены к ничего не подозревающему юноше. Выскочив из темноты, он сшиб его на землю. Оглушенный Гопал лежал без движения, Трнаварта стоял над ним, выпрямившись во все свои восемь футов. Он уже готов был напасть, но его отвлек какой-то свет, который становился все ярче и сильнее. Он исходил от того места, где приземлился диск, и наполнял всю пещеру теплом и невыносимо ярким мерцанием. Достигнув почти шести футов в высоту, он поплыл над землей по направлению к ним.
И опять звериный инстинкт взял верх. Трнаварта обернулся и угрожающе зарычал. Свет приближался. Двид-двид прыгнул в самую середину и мгновенно сгорел, как насекомое, попавшее в пламя свечи.
Запах сгоревшего двид-двида был еще хуже, чем запах живого. Будет ли он следующей жертвой? Потрескивание останков сгоревшей твари напомнило
Гопал попятился и вскоре уперся в стену пещеры. Зарево медленно приближалось. Он рукой закрыл глаза от слепящего света и готов был уже покориться судьбе.
— Йа Ом, — произнес он, ощущая уже близкий жар.
— Я не сделаю ничего плохого, Праб-ху, — произнесло сияние.
Гопал попытался открыть глаза, но свет был слишком ярок.
— Кто ты? — спросил он, открыв один глаз и глядя в пол. — Чего ты от меня хочешь?
Он машинально искал путь к спасению, но уже понимал, что выхода нет.
— Я — Чакра, — последовал ответ, — я служу тому, кто обладает мной.
Гопал посмотрел на то место, где упал Чакра. Диска не было. Судама говорил, что его мощь не знает границ. Возможно, это правда. Возможно, ману теперь на его стороне.
— Твой свет ослепляет меня.
Мерцание уменьшилось. Гопал убрал руку от глаз и обнаружил, что сияние приняло форму человека.
— Ты человек?
— Я — Сударсана Чакра, оружие Господа Параматмы, — защитник ману.
— Это иллюзия, магия, — запротестовал Гопал, ибо свет опять стал бесформенным.
— Бхутаната знает о моей способности переноситься с планеты на планету. Для тебя я служил оружием — по твоему желанию. Или я плохо исполнил свою службу, избавив тебя от двид-двидов?
— Да, но…
— Я — слуга того, кто обладает мною, — повторил Чакра, — и теперь ты — мой хозяин.
Гопал был слишком испуган, чтобы понять истинный смысл этих слов. Он хотел, чтобы эта штука оставила его, или, по крайней мере, вернулась в свое прежнее состояние.
— Тогда превратись обратно в диск, — поколебавшись, приказал он.
Сияние съежилось до шестидюймового дика. Страшась, как бы он опять не превратился в светящегося человека, Гопал быстро засунул его за пояс. В этот момент он мысленно приказал Чакре оставаться в этом виде и пошел к выходу из пещеры.
Когда Судама вернулся, Нимаи убедил его, что тело двид-двида так воняло, что он вынужден был закатить его в кусты, иначе его просто вырвало бы. Судама сам был рад избавиться от неприятного напоминания и не задавал больше вопросов. Подняв носилки, они двинулись дальше.
Пройдя еще немного, Нимаи закричал:
— Вон! Там пещ-е-е-ра.
Он указал на скалы.
Судама посмотрел в направлении, указанном Нимаи.
— Кто-то выходит из пещеры. Пригнись, — сказал брахмачарья, опуская носилки.
— Похоже, это Гопал, — прошептал Нимаи.
— Гоп-а-ал! Гопа-а-ал! Иди к нам! — завопил он, размахивая руками, к ужасу Судамы.
Гопал посмотрел вниз и махнул в ответ.
На корабле писаки яксы занялись своими повседневными обязанностями. На палубе стало тихо, и заговорщики почувствовали себя достаточно безопасно, чтобы, продолжить поиски. Они только начали опускаться на нижнюю палубу, как Вьяса прошептал: