Девятый ключ

Кэбот Мэг

– Она так сказала? – нетерпеливо спросил мистер Бомонт. – Мертвая женщина?

Я с тревогой следила за ним. На послания вроде того, что я только что передала, следовала обычно другая реакция – слезы, изумленные возгласы. Но не этот – давайте смотреть правде в глаза – какой-то нездоровый интерес.

– Да.

Я встала. Не потому что мистер Бомонт и его жутковатые взгляды меня напугали. И не потому что в ушах звенели папины предупреждения. Мои медиаторские инстинкты твердили мне немедленно убираться. А когда инстинкты

велят мне что-то делать, я обычно слушаюсь. И часто обнаруживаю, что это полезно для здоровья.

– Ладно, пока-пока, – сказала я, развернулась и пошла к лифту. Но когда потянула за дверную ручку, та не шелохнулась.

– Где ты видела эту женщину? – Голос мистера Бомонта позади меня был полон любопытства. – Эту мертвую особу?

– Она мне приснилась, понятно? – отозвалась я, продолжая вяло дергать дверь. – Эта леди пришла ко мне во сне. Для нее действительно было важно, чтобы вы знали: она вас ни в чем не винит. И теперь, когда я выполнила свое обещание, не возражаете, если я пойду? Я сказала маме, что буду дома к девяти.

Однако мистер Бомонт не разблокировал дверь лифта. Вместо этого он заинтересованно спросил:

– Ты видела про нее сон? Мертвые говорят с тобой во снах? Ты экстрасенс?

Проклятье. Я так и знала.

Парень был из этих чудиков, увлекающихся оккультизмом и спиритуализмом. Вероятно, у него в спальне стоит камера сенсорной депривации ^[17], в ванной зажжены ароматические свечи, а где-нибудь в доме есть маленькая потайная комната, посвященная изучению пришельцев.

– Да, – решилась я. Раз уж вырыла себе эту яму – почему бы в нее не прыгнуть? – Да, я экстрасенс.

«Разговори его, – велела я себе. – Пусть болтает, пока ты ищешь другой выход».

Я начала потихоньку перемещаться к окнам, скрытым за широкими бархатными шторами.

– Послушайте, мне больше нечего вам сказать, понимаете? – начала я. – Это был всего лишь один сон. Про какую-то леди. Она выглядела очень славной. Жаль, что она умерла, вот и все. Кстати, кем она была? Вашей… э-э… женой?

С этими словами я раздвинула шторы, ожидая увидеть окно, в которое можно аккуратно просунуть ногу и спрыгнуть наружу. Ничего сложного. Я делала так сотни раз.

Окно там и правда было. Трехметровое, разделенное на множество отдельных квадратиков, утопленное в стену по крайней мере на полметра, обрамленное симпатичными панелями.

Но ставни – ну, вы знаете, такие штуки снаружи дома, чаще всего декоративные – кто-то закрыл. Плотно закрыл. Через них не пробивался ни один лучик света.

– Должно быть, это ужасно захватывающе, – произнес мистер Бомонт за моей спиной, пока я таращилась на ставни, размышляя, откроются ли они,

если как следует их пнуть.

С другой стороны, кто скажет, сколько там до земли? Откуда мне знать – может, там все пятнадцать метров. Мне довелось совершить в жизни парочку серьезных прыжков, но обычно я предпочитаю знать, что меня ждет, до того, как прыгать.

– В смысле, быть экстрасенсом, – продолжал отец Тэда. – Ты не будешь против связаться с еще несколькими мертвецами, которых я знал? Я бы хотел кое с кем переговорить.

Я оставила шторы и пошла к следующему окну.

– Это так не работает.

То же самое. Окно закрыто наглухо. Ни единой щелочки, в которую пробивалось бы солнце. По правде говоря, ставни выглядели так, будто их заколотили гвоздями.

Но это же нелепо. Кому может понадобиться забить свои окна? Особенно с таким видом на море, который наверняка открывается из дома мистера Бомонта.

– Но я уверен, что если ты как следует сосредоточишься, то сможешь связаться и с другими. – Приятный голос мистера Бомонта последовал за мной, когда я перешла к следующему окну. – В смысле, однажды ведь тебе удалось. Что, если получится снова? Разумеется, я тебе заплачу.

Поверить не могу. Все окна закрыты ставнями.

Я добралась до последнего и обнаружила, что оно тоже закрыто.

– М-м-м, сильная агорафобия?

Мистер Бомонт, должно быть, наконец-то заметил мои действия и небрежно бросил:

– Ах, это. Да. Я чувствителен к солнечному свету. Очень вредно для кожи.

Ну ясно. У парня с головой не лады.

В комнате была еще одна дверь – прямо за спиной мистера Бомонта, у аквариума. Мысль о том, чтобы пройти рядом с ним, была мне не по душе, так что я вернулась к двери лифта.

– Послушайте, не могли бы вы ее разблокировать, чтобы я пошла домой? – Я потянула за ручку, стараясь не показывать страха. – У меня очень строгая мама, и если я нарушу комендантский час, она… она меня побьет.

Знаю, это было откровенное вранье, особенно если отец Тэда видел хоть один из репортажей моей мамы в местных новостях. Она совсем не выглядела жестокой. Но дело в том, что в хозяине дома было что-то жуткое, и мне просто хотелось уйти – неважно, как. Я бы что угодно сказала, лишь бы выбраться оттуда.

– Как думаешь, – поинтересовался мистер Бомонт, – если я буду сидеть очень тихо, ты сможешь снова связаться с духом этой женщины, чтобы я мог с ней поговорить?

– Нет, – отрезала я. – Пожалуйста, не могли бы вы открыть дверь?

– Разве тебе не интересно, что она имела в виду? – спросил мистер Бомонт. – Я имею в виду, она велела тебе передать мне, чтобы я не винил себя в ее смерти. Словно я каким-то образом несу ответственность за ее убийство. Разве это не наводит на определенные размышления? В смысле, могу ли я быть…