Девятый принцип
Шрифт:
— Замолчите! — Эхерим вцепился в него мертвой хваткой.
— Вы предатель! — Вандералт вплотную приблизил свое лицо к нему. — Вы загримированы!
Фредрик дернулся, вырвался и опрокинул стол. Раздался звон разбитых стаканов.
— Накладная борода! — взвыл в наступившей тишине Вандералт.
Фредрик выбежал на улицу, чуть не сбив с ног продавца папирусов. Спрятался в щели между автобусами, оглянулся, но погони не было. «Идиот, идиот, идиот!» — стучало в голове, когда он, не обращая внимания на гудки машин, переходил улицу Тахрира.
Он успокоился лишь возле офиса компании «PAN-AM».
Он чуть не потерял самообладание. Ужасное напряжение последних дней дало себя знать. Он мог сорваться в любую секунду. Ощерившиеся псы и наркоман стали последними каплями. Он вел себя, как последний дурак. Он должен был хитрить, изворачиваться и задавать профессорам только невинные вопросы! Подлизаться к ним, умаслить. А не бесить их! Он ничего не выиграл, наоборот, проиграл.
По мосту Тахрира Фредрик перешел через Нил на улицу Эль-Нил. Было уже почти девять. Давно стемнело. Жаркий душный вечер. В липком воздухе дышалось с трудом. Он брел по набережной. Сколько еще предстоит ему шататься по этому чертовому городу, где опасность подстерегает на каждом шагу? Дни, недели, месяцы?
«Поцелуй Каир в верблюжью задницу!» — Эти совершенно недрюмовские слова вырвались сами собой. Он остановился и ошарашено взглянул на затянутое желтой дымкой выхлопных газов звездное небо.
Фредрик машинально направился к своему отелю. И вдруг резко остановился. Сжал кулаки. Неужели он струсил? Неужели мистерия, загадка, Великая тайна наконец поставили Фредрика Дрюма в тупик? Неужели его ждала полная капитуляция? Неужели он вернется к Тобу и судкам «Кастрюльки» в таком состоянии?
Никогда.
Он выпрямился. Посмотрел на Нил. На другой стороне реки переливалась сине-красная реклама. CAIRO CHRONICLE. Чудесно. День еще не закончился. Ему есть, чем заняться.
Он повернулся и направился обратно. Еще раз перешел по мосту. Попетлял по улицам, пока наконец не спросил дорогу в газетном киоске и не вышел к зданию редакции. Если он не ошибался, то даже ночью в газете должны работать.
Он постепенно успокаивался. К белому зданию редакции Фредрик приблизился уверенным шагом. Перед входом остановился у газетных щитов, где толпился народ.
Из простого любопытства он посмотрел поверх плеча маленького господина в роговых очках и от удивления широко раскрыл глаза. Большими буквами в половину первой страницы шел заголовок: «ПОЛНАЯ КАПИТУЛЯЦИЯ ВОЕННЫХ». «ЗАГОВОРЩИКИ ВЫНУЖДЕНЫ УСТУПИТЬ». Ниже поместили несколько фотографий, на одной из которых Фредрик узнал полковника Таваллана.
Фредрик пробился к щиту. Прочитав статью, он чуть не расхохотался во весь голос. Все случилось, как он и предполагал: военных высмеяли, разгорелся скандал, когда по телевидению в защиту заговорщиков выступил некий человек, выдававший себя за Фредрика Дрюма. Прежде всего, этот человек был совершенно не похож на известного ученого, а во-вторых, как было объявлено ранее, норвежский
Ниже красовались две фотографии Дрюма: каким он был в жизни и каким предстал на пленке офицеров. Сходства не было и в помине.
Фредрик выбрался из толпы. Он парил над мраморным полом вестибюля редакции. Господи, подумать только, что мертвец смог помешать заговору военных и полностью расстроить их планы! Такая мысль льстила Фредрику. Он почувствовал себя очень важной персоной.
Стоит ему шевельнуть пальцем, и Нил тут же пересохнет.
Вот так. С погибшим невидимым Фредриком Дрюмом шутки плохи. Он представлял собой черную дыру и со страшной силой поглощал живую материю, которая находилась вокруг него.
Он выдохнул. Замер посреди вестибюля. Мимо, не обращая на него внимания, сновали люди. Хотелось пить. И есть. Хотелось хорошего вина. Он должен сделать то, что должен. Сейчас.
Он подошел к женщине за стойкой. Спросил, можно ли купить месячную подшивку «Cairo Chronicle». Дежурная мило улыбнулась. Можно. Она исчезла между стеллажами и отсутствовала довольно долго, но вернулась обратно с толстенной пачкой газет. Он заплатил три фунта, вежливо поблагодарил и уложил газеты в пакеты.
Без надлежащего грима он не рискнул появиться в дорогих ресторанах и отелях, где его могли узнать. Пришлось довольствоваться маленькими кафе на улице эль-Мансура рядом с американским университетом.
Он заказал baba gaoug, запеченное мясо с фруктами, лимоном, чесноком и луком пореем, бутылку красного вина «Омар Хайям» и кувшин воды со льдом.
Он ел и пролистывал газеты.
Убийства. Он должен прочесть от корки до корки все написанное об убийствах. Могут бытьдетали, сведения, слова, которые наведут на след.
Полбутылки вина было выпито и все газеты прочитаны. В голове гудело. Все убийства совершались по определенной схеме: все происходило днем, когда в пирамиде полно туристов, жертвы лежали в гробнице, мирно скрестив на груди руки. Но лицо без кости было разъедено кислотой. Жертвы умерли без единого звука. Смерть наступала мгновенно. Эксперты назвали причиной смерти остановку сердца без всякой видимой причины. Никто из убитых не принадлежал к какой-либо туристической группе или определенному бюро путешествий. Все жертвы были мужчинами в возрасте от 28 до 35 лет.
Никаких сведений. Никаких следов.
Он посмотрел на лист бумаги на столе с выписанными датами убийств, именами, возрастом и национальностью жертв:
18 августа Фердинанд Бессмер, 31, Мэн, США.
27 августа Бен Кирк, 33, Вермонт, США.
8 сентября Дитер Дунсдорфф, 28, Вупперталь, Германия.
12 сентября Фредрик Дрюм, 35, Осло, Норвегия.
На полу высилась гора газет. Он сделал официанту знак унести их. Прищурился и стал рассматривать капли на стенках стакана.