Диггер
Шрифт:
Глеб ужасно хотел спросить, что же это за озеро такое, но понимал, что сейчас товарища лучше не дергать, и промолчал. Они петляли по темным галереям, спускались в подземные колодцы и брели по затопленным коридорам. Парни шли по колено в холодной воде. Журналисту начало казаться, что они сумели оторваться от преследователей, как вдруг позади себя он услышал отчетливый всплеск. Потом еще и еще… Он оглянулся, но в темноте ничего не увидел.
— Жека, посвети в ту сторону! — сказал Глеб.
Однокурсник обернулся назад, и они замерли от
— Глебыч, это за нами, — тихо проговорил Снегирев. — Не думал, что это скажу, но давай выпускай своего огненного «братана», а то нам несдобровать!
— Попробую! — кивнул журналист.
Он закрыл глаза и стал мысленно просить языческого мыслеобраза, чтобы тот помог отбить атаку крыс. Через несколько секунд парень открыл глаза и спросил:
— Ну что?! Изменения во мне заметны? Оранжевое свечение появилось?
— Нет! Что же делать?!
Тем временем крысы подплывали все ближе. Уже слышен был скрип их мерзких зубов.
— Жека, «братан» спит! У меня так и раньше бывало, что он не сразу на выручку приходил. Нужен запасной план!
— Какой?! До озера еще два тоннеля. А здесь — ни колодцев, ни пещер, ни шахт нет! Только прямой коридор…
— Ладно, ладно… — пробормотал Глеб, сумбурно соображая, что же можно сделать.
Вдруг в его плечо вонзились острые кошачьи когти.
— Георгий Матвеевич! — прошипел, кривясь от боли, парень. — Как же я про тебя забыл, дорогой?! Приди к нам, неразумным, на помощь! Истреби этих мерзких тварей, пожалуйста! Тебе же ничего не стоит! Только облик свой настоящий прими!
Жорик заурчал и поджал уши.
— Скорее! — крикнул журналист своему другу. — Нам нужно найти хоть небольшой пятачок земли, свободный от воды.
— Туда! — указал вперед Женя.
Парни кинулись в темноту. Вскоре они уже выбирались на небольшую возвышенность. Земля здесь была влажная, но не мокрая. Глеб немедленно ссадил кота, сбросил рюкзак и, схватив какой-то острый камень, принялся прямо на земле рисовать по памяти пентаграмму, которую когда-то изображал дед Матвей.
— Рехнулся?! — воскликнул Снегирев. — Нас вот-вот сожрут, а он творчеством занялся!
— Обещай, Жека, что не испугаешься, что бы ни случилось! — крикнул журналист в ответ. — Только скинь рюкзак, с ним не поместимся!
Ничего не понимающий Женя сбросил с плеч рюкзак. Тем временем Глеб закончил рисовать пентаграмму, схватил однокурсника за руку и затащил его в самый ее центр.
— Стой так, не шевелись! — сказал он. — Выйдешь за границы — смерть! И подвинься немного, мне тоже жить охота.
С этими словами журналист кое-как устроился рядом с другом.
— Будем надеяться, что я ничего не перепутал… — прошептал он.
Тем временем первая крыса выбралась на возвышенность и отряхнулась. Жорик издал зловещий вопль, затем встал на один из лучей пентаграммы и замер.
— Мамочки! —
Дрожащим пальцем он указал на приближающихся грызунов. Тех на самом деле было очень много. Создавалось впечатление, что вода, окружающая земляную возвышенность, исчезла и превратилась в гигантских серых животных. И тут раздался дикий рык, и на глазах изумленного Жени кот вдруг стал увеличиваться в размерах и приобретать форму ужасного монстра. Шерсть на нем повисла клочьями, череп оголился, а из пасти высунулись огромные острые клыки. Когти удлинились, а пустые глазницы словно видели все, что творится вокруг. Распространилось жуткое зловоние.
— Господи, кто это? — слабым голосом проговорил Снегирев.
Глеб взглянул на друга и заметил, что тот находится на грани обморока. Глаза у него закатывались, а сам он шатался.
— Жека, не вздумай упасть! — испуганно произнес журналист, подхватывая товарища. — Это же просто Жорик! Мой Жорик!
— Ну да, — со слабой улыбкой кивнул Снегирев и повалился на землю.
— Георгий Матвеевич, делай уже что-нибудь! — закричал Глеб. — Долго я Женьку не удержу!
С трудом он поднял однокурсника и взвалил на себя.
Тем временем крысы не торопились нападать. С опаской втягивали они воздух, в котором появились новые запахи. Но монстр с пустыми глазницами ждать не стал. С громоподобным рычанием он кинулся к первому ряду грызунов и принялся разрывать их на части когтями и зубами. Только теперь животные поняли, какая опасность им угрожает. Они бросились назад к воде, но Жорик быстро пресек их попытки к бегству. Вскоре на возвышенности не осталось ни одной живой крысы. Те же, кто не успел выйти на землю, в спешном порядке уплывали в темноту. Монстр рявкнул и кинулся следом.
Уставший журналист вздохнул с облегчением и опустил друга на землю. Лишь спустя пять минут Женя начал приходить в себя.
— Где я? — слабым голосом спросил он.
— Всё там же, — ответил Глеб. — Что же ты, Жека, таким хлипким оказался? Сам же говорил, что нужно закрывать глаза на то, что иногда происходит в подземельях.
— Прости, я не знал, что в теле моего друга живет огненный змей, а под видом его домашнего питомца скрывается жуткий монстр. Плюс гигантские крысы… вот нервы и не выдержали.
Снегирев сел на землю и принялся вертеть головой.
— Не мельтеши! — попросил журналист. — А то от света твоего фонаря уже рябит в глазах. Кстати, ты обещал мне запасной. В моем батарейки сели.
Женя кивнул, подтащил к себе рюкзак и извлек из него фонарик.
— Держи! А где твой милашка бегает?
— С крысами развлекается.
— Что ж, пусть поиграет. Котам иногда тоже нужно лапы размять!
С этими словами Снегирев искоса взглянул на Глеба и рассмеялся. Журналист, не зная почему, тоже захохотал. Так они и сидели, два парня в окружении грязи и останков крыс, и смеялись. Наконец Женя успокоился и заметил: