Диггер
Шрифт:
Приятели завернули за печь в ближайший тоннель и буквально наткнулись на тушу гигантской дохлой крысы. На ней с победоносным видом сидел Жорик.
— Георгий Матвеевич! — радостно воскликнул Глеб. — Как же ты меня напугал, бродяга!
Он схватил кота и в порыве чувств принялся его тискать. Тем временем Женя осматривал крысу.
— Подойди-ка сюда! — внезапно позвал он друга.
Журналист приблизился.
— Взгляни ей на холку, — произнес Снегирев и осветил шкуру животного фонарем. — Видишь, у нее на загривке что-то вроде тавро проставлено. Пожалуй, у этой крысы хозяин имеется. Теперь
— Да… — протянул Глеб. — И мой кот ее убил… скандала не избежать! Кстати, что тебе становится ясным?
В этот момент из тоннеля, откуда парни только что пришли, послышались отдаленные голоса.
— Валим отсюда! Потом все объясню, — тихо сказал Женя. — Разборки нам не нужны!
Друзья быстро направились в коридор, стараясь создавать как можно меньше шума. Вскоре голоса за их спинами стихли.
— Пока они найдут крысу, пока сообразят, отчего она сдохла, мы будем уже далеко, — рассуждал по пути Снегирев. — Главное, впереди никого не встретить, а то — беда!
Они вышли в новую карстовую пещеру. Она была несколько меньше той, в которой приятели увидели печь. Зато из нее вели сразу шесть тоннелей.
— Ура! — выдохнул Женя. — Это как раз та шахта, к которой я вел тебя изначально! Отсюда нас выведет крайний левый коридор. Да здравствует свобода!
Он хлопнул Глеба по плечу, на котором сидел кот, отчего Жорик фыркнул и поджал уши. Диггеры зашли в тоннель и направились под уклоном вниз. Проход был узким, поэтому все время приходилось идти в полусогнутом состоянии.
— Жека, а на кой черт здесь нарыли столько подземных ходов? — внезапно поинтересовался журналист. — Как в муравейнике!
— Сам толком не знаю. Некоторые ходы сделаны недавно. Но вот этот, по которому мы пробираемся, существовал еще во времена Ивана Грозного.
— Может, это специальная трасса для крыс? Чтобы они на водопой к Московскому морю бегали? — пошутил Глеб.
— Не знаю, как во времена Ивана Грозного, а сейчас… похоже, ты прав! — совершенно серьезно заметил Снегирев. — Смотри сюда!
Он показал на влажную землю под ногами, в которой совершенно четко отпечатались следы огромных крысиных лап.
— Вот зараза! — выругался журналист. — Не хватало еще стать обедом для этих тварей! С детства ненавижу крыс!
Кот, словно почувствовав его эмоции, начал фыркать и шипеть.
— Ты снова весь светишься! — заметил Женя. — Тебе точно нельзя нервничать.
— Постараюсь взять себя в руки. Жаль, что нет с собой ружья, было бы спокойнее.
Глеб немного помолчал, затем вдруг произнес:
— Кстати, ты обещал объяснить, что тебе стало ясным… помнишь, когда мы у туши крысы стояли и тавро разглядывали?!
— Да, помню, — кивнул Снегирев. — Ну, слушай! Несколько лет назад мы с парнями совершали ходку под «Склифом». В тоннелях случайно наткнулись на больших крыс — не таких огромных, как видели мы с тобой, но тоже приличных размеров. Если сегодняшнюю крысу сравнивать с догом, то те тянули на пуделей. Однако на нас они произвели неизгладимое впечатление. Еще бы! Под одной из самых известных московских клиник обитают такие монстры! Мы тотчас вызвали ОМОН, МЧС и еще какие-то службы, уже не помню какие… Пока все они до нас добирались, крысы куда-то разбежались.
Женя взглянул на Глеба, ожидая увидеть на его лице изумление, однако тот был совершенно спокоен.
— Я вижу, тебя это не удивляет? — разочарованно протянул он.
— Прости, Жека, но видал я кое-что и покруче гигантских крыс, — заметил парень. — Лучше пойдем дальше, а то не ровен час столкнемся с ними в этом тоннеле… Тогда точно придется выяснять, сколько физической силы добавили им ученые.
Снегирев кивнул и двинулся вперед. Он немного обиделся на друга, поскольку тот не отреагировал соответствующим образом на его рассказ. Тем временем журналист взглянул на часы и сказал:
— Представляешь, уже почти шесть вечера. Мы с тобой топаем весь день без отдыха, без обеда! Честно говоря, я двигаюсь на автопилоте. Спину и плечи я уже давно не чувствую, а вот ноги еще ощущаются. Может, сядем где-нибудь, передохнем?!
— Ты потом не встанешь! — буркнул Женя. — Лучше давай еще пару тоннелей пройдем и остановимся уже на ночлег. Я одну пещеру знаю несквозную. Там сухо и ручей неподалеку есть. От крыс камнями забаррикадируемся. Сразу и отдохнем, и поедим, и выспимся! А здесь останавливаться опасно. Не крысы, так их хозяева нас поймать могут. Или, того хуже, военные! Да и оружия против гигантских грызунов у нас нет. Наши с тобой перочинные ножики для них — тьфу, зубочистки!
— Ты забываешь Жорика! — усмехнулся Глеб. — Как-то же он укокошил ту зверюгу?!
— Просто она никогда не видела котов, вот и умерла от разрыва сердца, — сострил Снегирев.
— Я все понял, — произнес журналист. — Идем дальше. Надеюсь, мои ноги не откажут еще до того, как мы доберемся до твоей несквозной пещеры.
— Надежда умирает последней! — рассмеялся однокурсник. — Двинули!
И парни направились в темноту тоннеля.
5
Последнюю часть пути Глеб не запомнил. На него внезапно навалилась такая слабость, что он только и думал, как бы не упасть. Снегирев периодически оборачивался и с беспокойством поглядывал на друга. Журналист решил не жаловаться, но, в конце концов, не выдержал и спросил:
— Жек, скоро там твоя пещера появится?
— Да вот она! — указал куда-то вбок однокурсник. — Пришли уже. Только, Глебыч, не хотел тебе говорить… но от тебя периодически яркий оранжевый свет волнами отходит и словно искры вокруг разлетаются.