Дикарь
Шрифт:
Распаляя себя таким образом, Серёга вышел из машины, твёрдо намеренный проучить незнакомца. Только так справедливость будет восстановлена. Только так Катька поймёт, какой он серьёзный и крутой мужик!
– Эй, придурок! Какого хрена ты вышел на дорогу? — закрыв за собой дверь, выкрикнул Серёга. Подогревая собственную злость, он, размахивая при походке плечами, приближался к жертве. Сейчас он ему задаст. Краем глаза он видел, как Вано тоже вышел из машины. Поддержка друга приободрила его.
– Ты не видел, что едет машина, а?
– Видел, конечно. Поэтому и стоял
Серёга осмотрелся. Действительно, они стояли на встречной полосе, причём у самого поворота. Отвлекшись на Катьку, он незаметно для себя пересёк сплошную и чуть не сбросил машину с дороги.
Осознав, что могло произойти, Серёга разозлился ещё больше. На себя, на Катьку, на этого грязного парня, неведомо как оказавшегося ночью на трассе… Наверняка спьяну, не иначе! Эмоции требовали выхода, и Серёга нашёл его. Бешено посмотрев на незнакомца, Серёга сделал шаг навстречу, и, широко замахнувшись, чтобы как следует вложиться, нанёс удар, метя в голову парня.
И удивился, когда кулак, не встретив никакого сопротивления, пролетел по воздуху, проваливая Серёгу за собой.
А в следующую секунду его тело парализовало.
Воздух разом покинул лёгкие, в глазах потемнело, несмотря на яркий свет собственноручно установленных фар. Сильная боль, распространяющаяся от правого бока, заставила Серёгу припасть на одно колено и упереться рукой в асфальт. Стало чуть легче, но дышать все равно удавалось с большим трудом. Голова опустилась вниз сама собой, и Серёга с ужасом увидел на своей куртке кровь. Неверяще подняв глаза того, кто его только что чем-то пырнул в живот, Серёга выдавил единственное, что заняло все его мысли:
– Я что… Умираю?
Незнакомец замер.
– Что? — не сразу нашёлся, что ответить. Потом, видимо, что-то поняв, хохотнул. — Нет, конечно! Я просто ударил тебя в печень. Понимаю, ощущения не самые приятные, но ничего смертельного.
– Но… У меня же кровь! — недоумённо сказал Серёга.
– А, не беспокойся. Это моя, — почесав грязную голову, парень вдруг невпопад закончил: - Куда вы едете?
– В Верхние Норки, - ответил вместо Серёги Вано. Он всё так же стоял возле машины и, судя по всему, не собирался вмешиваться в разборки.
Незнакомец обрадовался:
– Какое совпадение! Мне как раз в Верхние Горки и надо. Не подбросите? — Он опустился на корточки возле Серёги, проникновенно глядя ему в глаза. — Пожалуйста.
Серёга, всё ещё не способный говорить, лишь кивнул. Разве можно было отказать, когда так вежливо просят?
Катя никогда не была одна.
Родители, с самого раннего детства привыкшие работать в городе, почти постоянно находились в Санкт-Петербурге. Свою единственную дочь они оставляли на попечение бабушки с дедушкой, занимающихся своим большим хозяйством в Верхних Норках, а потому не уделяющих единственной внучке достаточно внимания. Поэтому Катя привыкла глушить гнетущее её чувство одиночества компанией.
Ей нравилось находить новых знакомых. Нравилось то внимание, которое она всегда получала. В Верхних Норках ей не было
Среди всех прочих немного выделялся Серёга. Нет, он не был ей симпатичен: как вообще может быть симпатичен мужчина, который даже ночью ходит со спортивными черными очками? Однако он был готов делать для Кати всё, что угодно, не требуя ничего взамен. Или ему просто не хватало на это духа. Катю это полностью устраивало: ухажёр, бегающий перед ней на задних лапках, чтобы хоть как-то её развлечь, и при этом не пытающийся тянуть к ней свои руки — что может быть лучше для женщины?
Этим вечером, в нём явно что-то поменялось. Он заехал за Катей, чтобы, как обычно, покатать её по дороге на своем драндулете под дебильную музыку (и где он только её находит?). Не то чтобы ей нравилось такое времяпровождение — у Кати просто не было альтернатив. Жизнь в Верних Норках была слишком скучна и однообразна, чтобы отказываться хоть от какого-то, но развлечения. Поэтому Катя, как обычно, заняв место рядом с Таней, этой потаскухой, которая начала встречаться с пивным дебилом, отзывающимся на прозвище «Вано», присоединилась к этой непритязательной компании и поехала с ними тусить.
Весь вечер её что-то напрягало.
Дело было не в громкой, долбящей в барабанные перепонки музыке — к этому Катя успела привыкнуть. Не в лобызающихся Тане и Вано, который изгибался так, что казалось, будто у него вовсе нет позвоночника. Сегодня что-то случилось с Серёгой. Катя не знала, как она это поняла: но взгляды Серёги, которые он постоянно кидал на неё через зеркало заднего вида, сегодня изменились. В них как будто появилась какая-то… Решимость, наверное. Словно он собрался прыгнуть в холодную воду и делает последний вдох перед погружением!
Это напрягало и даже пугало Катю. Она смотрела прямо перед собой, усиленно делая вид, что не замечает заигрываний Серёги, когда он, видимо, решив последовать примеру своего гибкого друга, начал поворачиваться к ней с водительского сидения. Нужно было его остановить. Она не такая легкодоступная, как Таня.
– Стоп, стоп! — сказала Катя, стремясь прекратить поползновения в свою сторону. При этом она продолжала смотреть вперёд, на дорогу, словно не замечая действий Серёги. Именно поэтому она заметила, как машина выехала на встречную полосу, и в зону освещения фар попала фигура человека.
– Тормози!
От резкого нажатия на педаль Катю бросило вперед и она больно ударилась лбом о спинку сидения. Недовольно почесывая голову, она увидела, как Серёга резко вышел из машины и направился к мужчине на дороге. Увидела, как он попытался ударить незнакомца, но вдруг сам рухнул на землю. Вано, друг Серёги, тоже вышел на улицу и теперь с открытым ртом наблюдал за происходящим, и не подумав помочь.
«Похоже, друзей Серёга выбирает не лучше, чем музыку», - подумала Катя.
Незнакомец присел возле Серёги и что-то сказал. Серёга в ответ кивнул, оклемавшись, встал, и вместе с мужчиной они направились к машине. Дверь рядом с Катей открылась. С улыбкой мужчина спросил: