Дикая
Шрифт:
– Я… Я… За-дых… А-юсь… Кри-о… Капссс… У-ла…
Она неожиданно врезала мне пощечину такой мощности, что мои лёгкие сразу же отлипли от спины и сделали болезненный, хриплый вздох.
– Тише! – она встряхнула меня за загривок и продолжила говорить напряженным шепотом. – Он всё ещё где-то рядом! Я выглянула – он удалился, но всё же… Что с тобой?
– Слишко… Ом… Воздух-ха… Его… Ма-а-ло… Закрыто…
– Посттравматический шок? Удушье? Я в этом не разбираюсь! Эй… Слышишь меня? Успокойся… Успокойся-успокойся… – Она вдруг
– Мне… Мне лучше… – Я попыталась убрать её ладонь с моей головы, но она оторвала свои пальцы от поверхности моих волос прежде, чем я коснулась их.
– Выглядишь хреново. Бледная, как будто… Тебя Люминисцен обсосал и выплюнул, – она неожиданно хихикнула. Прежде я не слышала, как она хихикает. Наверное поэтому я сразу же хихикнула ей в ответ.
– Он ушёл?..
– Судя по всему, да… Но пока что не двигаемся с места. Ждём полчаса, дальше посмотрим.
– Уже почти ночь… Мы забежали слишком далеко, в противоположную сторону от выхода из Тёмного леса…
– Да знаю я, Отмороженная, знаю! – матёрая охотница нервно отвела взгляд в сторону.
– Мы не успеем выйти до темноты… Что-то не так с днём. Слишком быстро темнеет.
– Это древний дуб, – Дикая потрогала один из корней над своей головой. – Видела в нём дупло?
Три метра над землёй, размером с автомобиль, я не могла его не заметить.
– Ты чокнутая…
– А ты Отмороженная.
– Ты когда-нибудь уже проделывала это? Ночевала в Тёмном лесу?
– Нет.
– Не обнадёживающий ответ.
– В темноте можно наткнуться не только на Блуждающих и Люминисценов. Здесь водятся и стандартные хищники. А у нас нет способности видеть в темноте, если только ты свою не скрываешь, и стрел в колчанах не осталось. С днём действительно что-то не так – темнеет неестественно быстро. Возможно, приближается буря. Мы не успеем добраться и до родника, как нас накроет непроглядная темень. Ждём полчаса и проверяем дупло на наличие в нём обитателей.
– А если оно окажется занятым?
– Я разберусь.
Глава 24.
Дупло оказалось свободным, но странным: из-за гладкости трёх стен и дна, не оказавшегося полым и забитым прелой листвой, представляющим собой идеально ровную часть дуба, создавалось впечатление, будто оно образовалось в центре дерева искусственным путём. Забравшись в дупло вслед за Дикой, я с подозрением провела пальцами по его гладкому дну, посмотрела вверх и по бокам:
– Здесь могли бы поместиться четверо, – заметила я.
– Да, но мне приходится делить всё это пространство с тобой одной. Не повезло.
Я пропустила сарказм охотницы мимо ушей:
– Едва ли такую зачистку
Дикая вдруг подняла вверх указательный палец:
– Слышишь как шумит крона? Прямо над нашими головами. Ветер поднимается. Молись, чтобы не случилось бури с молниями. Эти огненные стрелы любят попадать в деревья наподобие этого. Больше меня ничего не беспокоит: искусственная зачистка поверхности, природная ли – мне по барабану, – с этими словами она вдруг вынула из капюшона своей кофты странный тёмный шарик на верёвочке, размером с мячик для настольного тенниса.
– Что это?
– Наше спокойствие. Камуфляжный, водонепроницаемый материал. Таким можно накрыть палатку, если у тебя есть палатка, или закрыться в дупле, если у тебя есть дупло.
Уже через пять минут, при помощи специальных креплений, мы, развернув шарик в полноценную пленку, закрыли этим материалом, который на поверку оказался полупрозрачным, всю открытую часть дупла, через которую забрались внутрь дерева. Расположившись подальше от небезопасного обрыва друг напротив друга, облокотившись о стены дупла и вытянув ноги в полный рост, мы затаились. Тем временем темнота разрасталась, а ветер продолжал усиливаться.
– Эта штука что же, не пропускает холода? – заметив, как натянулась пленка, но при этом не пропустила дуновение ветра, поинтересовалась я.
– Я оставила небольшую щель в самом верху, да и само дерево “дышит”, и пространство дупла внушительное, так что не задохнёмся.
– Не задохнёмся, говоришь… Помнишь, ты с такой же уверенностью утверждала, будто на меня не реагируют Люминисцены?
– Очевидно ведь, что причиной стала твоя кривобокая стрела, выпущенная твоими косыми руками.
– У тебя очень острый язык, – прищурилась я. – И при этом шалит функциональность стоп-крана.
– Советую принимать меня такой, какая я есть. Хуже не стану, а лучше уже некуда.
– Может наоборот? Лучше не станешь, а хуже уже просто некуда?
На это замечание Дикая фыркнула и усмехнулась, что возможно было рассмотреть в ещё не сгустившихся до состояния непроглядной темноты сумерках. Я усмехнулась ей в ответ.
Первые косые капли дождя врезались в натянутую ветром до предела плёнку. Из-за предвкушения беспокойной ночи умолкать не хотелось, поэтому я решила продолжить диалог:
– Ты упоминала о том, что знала о Блуждающих ещё до Паддока, но Люминисценов увидела впервые здесь. Отсюда возникает вопрос о происхождении их наименования.
– Я их назвала. Как назвала всё не имеющее здесь личного имени. Люминисцен от слова “иллюминация”. Внутри этих существ словно блестки отсвечивают – отсюда и ассоциация.
– Значит, остальные места в Паддоке тоже ты наименовала?
– Немудреные названия: Медпункт, Хранилище, Ферма, Мастерская, Ночлежка от “ночлег”, ну и Тёмный лес от того, каким он сам по себе является.