Дикий лес

Мэлой Колин

— И что это решит? — спросила она, не впечатлившись. — Мои солдаты разорвут тебя на куски раньше, чем клинок скроется в ножнах. И твои люди, все эти твои оборванцы-подданные останутся без своего неустрашимого вождя. Кто их защитит?

Король сплюнул на доски и сказал:

— Неважно, скольких из моего народа ты убьешь или посадишь, тебе никогда не найти нас. Ты не знаешь эти леса так, как мы.

— Всему свое время, Брендан, — ответила она. — Всему свое время. Настанет день, и твой “народ” пожалеет, что не показался из своих нор и не присоединился ко мне. И тогда уже будет

все равно, в какой помойке он прячется сейчас.

Брендан начал терять терпение.

— Обнажи оружие, губернаторша, — сказал он холодно. — Уладим все прямо сейчас.

— Это не так просто, — невозмутимо ответила Александра. Приставив два пальца к губам, она издала громкий отчетливый свист, и внезапно дальняя сторона моста за ней заполнилась солдатами-койотами, каждый из которых нацелил на Брендана и Прю винтовку.

У Брендана отвисла челюсть. Прю крепко обхватила разбойника за пояс и зарылась лицом во влажную ткань его рубашки.

Александра выбрала этот миг для того, чтобы наконец вынуть клинок из ножен.

— Бросай оружие, — скомандовала она, неподвижно держа кончик меча перед лицом Брендана. Раздался стук металла о доски моста — сабля Брендана выскользнула у него из пальцев — и стая койотов, все еще пыхтя от погони, подобралась сзади и стащила обоих всадников с лошади.

— Короля бросьте в клетки! — крикнула губернаторша. Койоты одобрительно залаяли. — А девочку отведите ко мне.

Александра в последний раз взглянула на Прю, а потом убрала меч и, тронув вожжи своего коня, шагом направила его с моста обратно в лес.

Глава семнадцатая

В гостях у губернаторши

Кертиса разбудил какой-то грызущий звук. Он шел сверху, и мальчик приоткрыл глаз, чтобы попытаться рассмотреть источник. Несколько факелов в пещере снова горели, и Кертис смутно видел очертания соседних клеток.

Подняв глаза, он заметил крыса Септимуса, который деловито грыз трос, соединяющий клетку с корневой системой. Он уже выгрыз заметный кусок, оставалась едва половина. Кертис быстро взглянул на пол пещеры, — футах в шестидесяти внизу земля была усеяна острыми камнями и осколками костей — и быстро вскочил на ноги.

— Септимус! — прошипел он. — Что ты делаешь?

Крыс подскочил от удивления и прекратил свой труд.

— О! — сказал он. — Доброе утро, Кертис!

Кертис взволнованно повторил вопрос:

— Септимус, зачем ты грызешь мою веревку?

Тот посмотрел на веревку так, будто впервые об этом слышал.

— Ой, Кертис, — сказал он, — не знаю. Я это просто так иногда делаю, зубы почесать.

Мальчик был в ярости.

— Септимус, тут высоко, и если ты перегрызешь веревку, мне конец! — Он ткнул пальцем вниз, указывая на кости, усыпавшие пол. — Посмотри на эти кости!

Септимус взглянул вниз.

— О, — сказал он. — Понятно.

— Ну, так прекрати! — приказал Кертис.

— Думаю, они специально разбрасывают тут кости, чтобы выглядело страшнее, — спокойно сказал крыс.

—

Септимус! — воскликнул мальчик.

— Понял, — сказал крыс. — Ясно как день.

Он вскочил вверх по веревке, пробежал по отростку корня и прыгнул на крышу другой клетки, заставив ее закачаться. Разбойник в той клетке, Эймон, не спал и быстро прогнал его со своей веревки:

— Даже не думай об этом, крыса!

Септимус обиженно надулся и исчез в темноте среди корней.

Один из разбойников, Кертис не мог рассмотреть, который, бормотал во сне. Другой храпел. Поднявшись в сидячее положение, мальчик вытянул ноги на полу клетки. Поясница жутко болела. Если бы он вчера не вымотался так, то, наверное, вообще бы не уснул. Он потянулся, почувствовав при этом хр-р-руст в позвоночнике.

Внезапно шум из коридора потревожил относительный утренний покой; в пещеру вбежал солдат-койот и пинком разбудил надзирателя, который дремал, прислонившись спиной к стене. Они спешно обменялись несколькими словами, и надзиратель, с трудом поднявшись на задние ноги, последовал за солдатом наружу. Из туннеля слышались крики, а потом, к огромному удивлению Кертиса, в пещеру вошел небольшой отряд койотов, ведущих связанного человека. Кертис сразу узнал его, они встречались во время вчерашней битвы.

— Брендан! — в ужасе выкрикнул Эймон. — Мой король!

Брендан с непроницаемым выражением посмотрел вверх, на клетки. Его рыжая борода и шапка огненных волос были тусклыми от пота — словно перед тем, как угодить сюда, он занимался каким-то тяжким трудом.

Другие разбойники проснулись и прижались к решеткам своих клеток, неверяще глядя вниз, пока надзиратель механически бормотал новому узнику свою речь:

— С этой высоты не спрыгнуть. Оставь надежду. Оставь надежду.

Брендан смотрел в пустоту, его лицо ничего не выражало.

— ВЫ ЗАПЛАТИТЕ ЗА ЭТО! — заорал Ангус, отчаянно тряся свою клетку.

Эймон и Шеймас схватили свои миски и застучали ими по решеткам, создавая кошмарный шум.

Кормак просто сидел, скрестив ноги, на полу своей клетки, тихо бормоча себе под нос и наблюдая за происходящим.

— Мы проиграли, — послышалось Кертису.

Надзиратель попытался утихомирить пленников и перекричать их, но это было бесполезно. Разбойники продолжали свой оглушительный протест. Взяв прислоненную к стене лестницу, надзиратель с ворчанием приставил ее к решетке незанятой клетки. Короля разбойников освободили от пут и, пригрозив саблей, загнали вверх по лестнице в висячую камеру.

Остальные разбойники потрясенно и благоговейно замолкли, ключ повернулся в замке, и все вернулось на свои места: лестницу переставили обратно, на узников прикрикнули парой крепких выражений, и наконец надзиратель с солдатами вышли.

Какое-то время в пещере было тихо. Веревка над клеткой Брендана раскачивалась под весом нового жильца. Брендан сидел посередине, бессмысленно глядя перед собой. Наконец Шеймас осмелился заговорить.

— Король! — сказал он тихо. — Наш король! Как же ты…