Дикости
Шрифт:
А когда мы закончили с душем и надели плотные белые халаты, которые висели в ванной, я отправила сообщение, которое, как я надеялась, погасит мой долг перед Лакшми:
Я РАССКАЗАЛА ЕМУ. РЕШЕНИЕ ЗА НИМ.
Я надеялась, что этого будет достаточно и, когда наши телефоны одновременно затрезвонили, подумала, что она настолько зла от этого сообщения, что позвонила сразу мне и Этану. Но сигналы поступали не от Лакшми.
Я первой взяла свой телефон, посмотрела на экран и обнаружила сообщение от Люка: НАВАРРА 911. ОБЛАВА. ГОЛОВОРЕЗЫ МЭРА.
— Мерит, — произнес Этан, и я обернулась, увидев и в его руке телефон.
— Внутренний терроризм?
Он кивнул и позвонил Люку, который ответил с первого гудка.
— Мы с Линдси около Наварры, — сказал Люк, слышался завывающий ветер. Это был Чикаго, как никак. — Мы вне пределов видимости, но наблюдаем за происходящим. Джонах тоже привел несколько людей из Дома Грей.
Возможно не просто Дома Грей, подумала я, а членов КГ, следящих за ситуацией и готовых вмешаться в случае необходимости. Мне перепала еще не вся работа.
— Что произошло?
— Мы не совсем уверены. Мы немного узнали от Уилла. — Уилл был очень молодым капитаном охраны Дома Наварры. — Судя по всему, головорезы мэра заявились, чтобы допросить Моргана, а он отказался. Они окружили Дом и ворвались внутрь. Они все еще там. Все вампиры снаружи.
— Учитывая наше положение, и тот факт, что мы в бегах, я не могу винить Моргана за отказ от допроса. Как там Малик?
— В полной боевой готовности, — ответил Люк. — Мы вызвали всех временных сотрудников на дежурство, они охраняют периметр. Мы также предложили приют всем вампам Наввары, кому некуда пойти.
— Хорошо, — проговорил Этан. — Хорошо. Следите за ситуацией и будьте на связи с Джонахом. Предложите любую помощь, которую сможете оказать. Пока суть да дело, позвоните адвокатам. Мы возвращаемся домой.
В моей груди зародился страх. Этан повесил трубку и бросил ее на кровать.
— Ты хочешь вернуться при том, что можешь стать следующей жертвой Ковальчук?
— Лучше я, чем другие в моем доме, — ответил Этан. — Я не могу позволить больше ни одному вампиру принимать за меня удар. Я оставался в стороне слишком долго.
— Она ловит тебя на живца. Усугубляет ситуацию, чтобы заманить тебя обратно в Чикаго.
Этан начал одеваться, натягивая рубашку через голову, его волосы все еще были влажными и он заправил их за уши.
— Вполне возможно. — Он застегнул джинсы. — И я сделал так, как все просили. Оставался в стороне. Но теперь с этим покончено.
Не я была ответственна за решения Ковальчук, и все же чувствовала, что облажалась. Если бы Гарольд Мормонт тогда не добрался до Дома Кадоган, если бы я его убила, если бы ГС больше боялся Стража Дома, Этан бы был вне опасности.
— Мне жаль, — сказала я. — Я так сожалею об этом.
Этан посмотрел на меня, в его глазах была тревога.
— Ты думаешь, что это как-то связано с тобой, Страж?
— Предполагается, что я должна защищать тебя, защищать
Он шагнул ко мне, взял за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.
— Личные предрассудки этой женщины не твоя ответственность. Как и смерть Гарольда Мормонта от твоей руки ничего бы не изменила. За исключением того, что тюрьма грозила бы тебе, а не мне.
— Мой отец смог бы меня вытащить.
Глаза Этана похолодели.
— Возможно. Возможно, вытащил бы. Возможно, он бы подкупил Ковальчук, чтобы вытащить тебя. А если бы он это сделал? И при условии, что она на самом деле согласилась бы на это, он бы посчитал взятку кредитом и потребовал бы погашения долга, невзирая на трудности. Ты бы задолжала очень влиятельному человеку, Мерит. Ты знаешь, как это тягостно.
Он был прав, но от этого стало только хуже. Не было никакого рыцаря в сияющих доспехах, который мог бы спасти его, никакой уловки в политике Чикаго — а в ней было много уловок — которая бы не допустила его ареста. Мы уже использовали в свою пользу донос, благодаря тому, что детектив Джейкобс не слепо следовал приказу мэра, и отсрочка была лишь временной.
Я кивнула.
— Я знаю, что ты прав. Я просто хочу, чтобы все было по-другому.
Он прижался своим лбом к моему.
— Мы не можем изменить мир, Мерит. Мы делаем все возможное в нашем небольшом уголочке, и поступаем с честью. Мы возвышаемся над ситуацией и делаем все возможное.
Он поцеловал меня.
— Именно это мы делаем в данный момент. Прилагаем все усилия. Одевайся. Напиши Катчеру и убедись, что он в курсе происходящего. Отпишись Джонаху и сообщи, что мы возвращаемся. Я поговорю с Габриэлем. На это потребуется немного хитрости.
Я кивнула.
— Я соберу наши вещи.
Он посмотрел на меня, размышляя.
— Вообще-то, я думал, что ты пойдешь со мной. Как-никак, ты его котенок.
Я фыркнула. Я была ничейным котенком.
***
Мы нашли его на кухне с Таней и Коннором, который сидел на детском стульчике, по его личику была размазана ярко-оранжевая жижа. Он издал радостный булькающий звук, когда мы вошли.
— Вампиры, — сказал Гейб, предлагая Коннору еще одну ложечку оранжевой жижи. — Что вас привело?
— Вы голодны? — спросила Таня, указывая в сторону кухни. — Персонал спит, но мы могли бы вам что-нибудь найти.
— Все в порядке, спасибо. Вообще-то мы хотели поговорить с тобой об отъезде. Ситуация в Чикаго достигла критической точки — и, в любом случае, мы считаем, что карнавал направляется туда. Мы бы тоже хотели вернуться.
— Критической точки? — спросил Гейб.
— Мэр избила Скотта Грея. Сегодня они ворвались в Дом Наварры.
— Она ничем не брезгует, чтобы вернуть тебя.