Диктатор
Шрифт:
Это требование? Просьба?
В любом случае, она ещё не настолько растворилась в нём, потеряв свою индивидуальность, чтобы слепо ему подчиняться.
«И, надеюсь, не потеряю», - подумала Золотарёва про себя, закрывая за «гостями» дверь.
Милена ещё слишком хорошо помнила, чем закончился её единственный подобный опыт с мужем – он просто перестал считать её за человека.
*
– Что происходит? – пытался прийти в себя Кирилл, пока его тащили по коридору.
– Я не могу оставить тебя в квартире
– Логично, - согласился «соперник».
Президент изумлённо посмотрел на сына. Можно было по пальцам одной руки пересчитать количество раз, когда Кирилл с ним согласился. За всю жизнь.
Может, это случалось бы чаще, если бы он так его не ненавидел?
В глаза Владу бросилась броская вывеска аптеки.
– Макс, сходи купи что-нибудь от похмелья и отнеси Милене Сергеевне, - приказал он, умышленно назвав Мили по имени отчеству. Подчёркивая тем её негласный статус, который его охрана, возможно, уже и так поняла.
Макс, как всегда, беспрекословно подчинился, отправившись выполнять приказ. Позволив себе эмоции, лишь когда отвернулся от диктатора и удалился на достаточно безопасное расстояние.
Он слышал о том, что во времена монархии даже человек, выносивший горшок императора, стоял гораздо выше обычного дворянина. Он очень долго пытался себя этим утешить: и оказанным доверием и тем, что не горшок же он за ним выносит, но, бля*ь, у него ничего не получалось!
Макс Астахов – первоклассный спец, начальник службы безопасности президента, а объект гоняет его как собачонку по мелким личным поручениям.
Астахов окинул оценивающим взглядом новую пассию диктатора, когда передавал пакетик из аптеки.
Она произвела на него впечатление ещё в Праге – отважная девчонка. Катька нравилась ему больше, конечно, но и эта сойдёт, чтобы сгонять злость за вы*боны шефа. Макс испытывал удовлетворение, когда трахал его баб, хоть как-то теша тем своё эго.
В его обязанности входило следить за шлюхами диктатора. Чтобы они не трахались на стороне, пока не наскучат вседержителю.
Никто даже не подозревал, что единственный кто имел их и в хвост и в гриву, наравне с Царём – это Макс.
Вот только визжали они под ним громче и подставляли свои задницы охотнее.
Так он думал.
Бабы всегда перед ним млели.
– Я могу воспользоваться уборной? – спросил он у непримечательной провинциалки.
Начальник службы безопасности президента не знал никого, кто бы, увидев Золотарёву, не удивлялся тому, что именно она заняла важное место в жизни Царя.
Многим было интересно узнать, что же в ней такого…
Глава 25. Форсирование событий
Милена проснулась утром следующего дня и отправилась в душ.
Она едва успела вымыть
Мили опустила глаза и, завизжав от отвращения, выскочила из душевой кабины, поспешно закрыв воду и намотав на голое тело полотенце. Словно защищаясь от той мерзости, что продолжала поступать.
Золотарёва захлопнула кабину и побежала за телефоном.
*
Медведев разговаривал с премьер-министром Великобритании, когда по второй линии поступил звонок.
«Мили», - оповестил его дисплей.
– Джорд, прости, у меня важный входящий по другой линии, - перебил он главу иного государства.
– Перезвони, - оскорбился тот и сбросил вызов.
Влад усмехнулся.
Высокомерный англичанишка. Мнит себя едва ли не королевой Англии в те далёкие времена, когда от монархов зависела судьба миллионов. А на самом деле лишь пешка, стрекоза-однодневка, вынужденная подстраиваться под всех и каждого, чтобы иметь возможность быть переизбранным на второй срок и «прожить чуть дольше».
Вес и влияние Медведя на мировой политической арене гораздо выше. Гораздо.
Лорду Макинтошу придётся проглотить очередное оскорбление.
– Да, золотко, - ответил на звонок президент.
– Прости, - сбивчиво, панически заговорила Мили. – Надеюсь не отвлекаю… Я не знала, куда звонить… Не знаю, что делать… У меня ещё такого не случалось… Я вообще никого не знаю в столице, кроме тебя. И Кирилла, - добавила она, - но у меня нет его телефона…
– В чём проблема? – почти зарычал Влад.
Не хватало ещё, чтобы в случае проблемы она звонила сыну, а не ему.
– Не знаю… Наверное, что-то с канализацией… Я принимала душ, а вода стала прибывать. Грязная, вонючая… - Мили вновь передёрнуло от отвращения.
Он почти это почувствовал.
– Я пришлю кого-нибудь, - коротко сказал он. – Дыши и успокойся. От засора канализации ещё никто не умирал.
– А если эта мерзость затопит квартиру?
– Переедешь в другую, - улыбнулся Влад.
Если бы все «проблемы» так легко решались, - подумал он.
На душе почему-то потеплело. Он уже не помнил времени, когда решал обычные мужские вопросы, а не мировые.
Некоторые любовницы пытались втянуть его в нечто подобное. Он заставлял их пожалеть об этом, жёстко ставя на место.
С Мили было иначе. С ней всё было иначе. Ему было приятно, словно… Словно…
– Я хочу, чтобы ты переехала в Кремль, - произнёс он прежде, чем успел подумать.
– Что? – изумлённо переспросила она.
Чёрт подери, прям с языка сняла!
Медведь всегда ревностно относился к своему личному пространству, свободе и независимости. Брак со Светой не в счёт. Это была практически политическая сделка. До него неженатых президентов не существовало.