Динка
Шрифт:
Вася снова свернул цигарку. Грузчики с интересом слушали уже знакомую историю. Динка, вцепившись в Ленькину руку, сидела ни жива ни мертва от страха. Ей чудился густой незнакомый лес и три страшных человека с такими же бородами, как у Ленькиного хозяина.
– Ну, пошли дальше... Спрятали деньги в дупле, а сами зашли под вечер, попросились в одном селе заночевать. Ну, пустили их. Заночевали они. А утром встают – одного нету.
– Это хозяина моего? – едва слышно спросил Ленька.
– Ну да... Нету и нету. Они назад, в лес. Ан и узелка с деньгами нету! Бросились догонять... Ну, где догонишь! Пришли в одно село, а Гордей этот... или как его... лошадь
– А что ж полиция-то, не искала их, что ли? – спросил один из грузчиков.
– Искала. Да где найдешь? Русь велика, мало ли бродяг по дорогам шатается. Да и паспорта они себе небось тоже спроворили другие. Ну, и ходили по городам: где работенку какую возьмут, где пограбят... А тут – видать, в Саратове – и выследили своего изменщика. Как раз он баржу разгружал... бочки-то эти. А они, может, подработать хотели, да узнали его и сокрылись до времени.
– А он-то их не узнал, что ли?
– Так они на глаза и не показались. Видят – он перед ними. Отошли, посоветовались. Спросили, конечно, кто такой, чья баржа – чтоб ошибки, значит, не было... – с увлечением рассказывал Вася.
– А ему и не в голове, что за ним следят, – перебил его староста. – Когда б такая думка была, живо скрылся бы.
– Ясно. Он бочки сгрузил – да в город, к купцу за расчетом, значит. А они на барже спрятались... Вот был бы ты, к примеру, так и тебя не пощадили бы, – обратился Вася к Леньке.
У Леньки пробежал по спине мороз, а Динка еще крепче вцепилась в его руку.
– Да-а... Ну, так и порешили они его. Пришел он поздно, один, навеселе, конечно. Уж дело к ночи. Лег спать в своей хибарке, а они тут как тут... Здравствуй и прощай! Сперва-то денег требовали, а как деньги отдал, так скрутили его по ногам да рукам и давай свой суд творить. Рот тряпкой забили... Ну и прикончили, конечно. И надо бы им уходить, а жадность одолела. Давай искать, не припрятаны ли еще где деньги. А на это время сторож на причал заявился. И другой с ним зашел. Глядят, на барже какие-то люди тыркаются... И что-то попритчилось им неладное, потому как видели, что хозяин один был, один и назад ехать собирался. Чуть свет отплыть должен был. Ну, закричали они. Собрался народ, грузчики как раз на берегу ночевали... Злодеи – бежать, а эти за ними. Ну, и крышка... – закончил свой рассказ Вася и, улыбнувшись, погладил по голове притихшую Динку. – Вишь, какие дела на свете творятся! Не вцепись ты тогда в бороду хозяина, пропал бы твой дружок Ленька!
– Да мало этого... Не закричи ты нас на помочь, одолел бы он вас обоих! – весело сказал молодой грузчик и засмеялся. – Вот те и «робя»!
– В товариществе сила! Она понимает! – подмигнул Вася и, поглядев на Леньку, вздохнул: – А тебе, может, и правда за баржу деньги хлопотать? Все же раз отчим, а других родных нет, так, может, и выдадут, а? – спросил он.
– И то правда. Деньги немалые... – подтвердили грузчики. Ленька передернулся, вспыхнул:
– Что я, на крови людской забогатеть хочу? Не нужны мне его деньги! Свои заработаю!
Грузчики с уважением посмотрели на него.
– Гордый какой... Ну, это хорошо, это значит – ты с совестью, парень! – сказал староста и тут же предложил: – Давай, робя, шапку по кругу!
– Нет-нет! – вскочил Ленька. – Не возьму я!
– И от нас не возьмешь? – прищурив глаза, с интересом спросил Вася.
– Не возьму! – решительно
– Вот, робя! Это по-моему! Так и живи, Ленька! Никому в ноги не кланяйся! А работу я тебе найду! Я капитана «Надежды» попрошу. Хороший человек! Уж если бы он тебя на свой пароход взял, то считай, что будешь у Христа за пазухой! – торжественно закончил Вася.
– Да, это бы да... Славный человек, большой справедливости человек... Вот приедет, всей артелью просить будем! – загудели вокруг грузчики.
– А когда он приедет? – с замиранием сердца спросил Ленька.
– Да недели через две вернется. Только сегодня отбыл... Ну, да ты, Ленька, не бойсь! Ежели что, приходи к нам! Хошь не хошь, а поддержка всякому человеку нужна, вот ты и приходи!
– С подружки своей пример бери! Она еще и знакомства с нами не имела, а уже кричала: «Робя! Робя!» – весело пошутил Вася.
Грузчики засмеялись, но у Динки сжалось сердце. Она уже видела, как пароход «Надежда» увозит ее Леньку куда-то далеко-далеко, в неизвестный рейс.
Глава 37
Ночь и день Леньки
Плохо спал в эту ночь Ленька. В памяти его вставали дни и годы, прожитые с хозяином. Теперь, после рассказа Васи, вся эта жизнь казалась ему еще страшней, чем раньше, многое становилось понятным... Гордей, очевидно, знал или подозревал, что обманутые им сообщники тщательно разыскивают его и что пощады ему от них не будет. Вот почему он, посылая Леньку на базар или в булочную, строго наказывал мальчику никому не говорить, где и с кем он проживает, и сам входил в город только поздно вечером и часто менял свое местожительство.
Вспомнил Ленька, как однажды, вернувшись поздно из города, хозяин велел ему не мешкая связывать узлы и, расплатившись с квартирной хозяйкой, в ту же ночь уехал с ним в один из приволжских городков, бросив на произвол судьбы стоявшую на ремонте баржу. Компании Гордей Лукич ни с кем не водил и водку пил только с купцовыми приказчиками или один, когда баржа отчаливала от берега... И, несмотря на то что среди речного простора ничто, казалось, не угрожало хозяину, он дико ругался и, пьяный, вымещал свою ненависть к людям на беззащитном мальчике.
«Кто ты мне есть? Лихой враг! Змееныш! Подойдет случай – и продашь! – глотая из бутылки водку, хрипел он. – Давно задушить тебя надо да выбросить за борт! – И, забывшись, страшно поводя синими белками глаз, направлялся он вдруг к Леньке, глухо бормоча: – Задушить, чтоб не выплыл... А то камень на шею – и в воду...»
Сколько раз ночью прятался от него Ленька то под старыми канатами, то под грузом, который они везли... Но, видимо, он был еще нужен Гордею и потому уцелел.
Лежа один на утесе, мальчик с ужасом вспоминал то страшное время; неотступно глядели на него из темноты бешеные, налитые темной злобой глаза хозяина, и морозный холодок пробегал по спине от рассказа Васи.
Подгоняемая ночным ветерком, шумела под утесом Волга, и казалось, что носится в просторах большой реки опустевшая баржа с окровавленным телом хозяина... Ленька садился у входа в пещеру и смотрел на усеянное звездами небо, нетерпеливо ожидая рассвета. Он уже не раз пожалел, что не остался ночевать под Динкиным забором, рядом с дачей, где жила Динкина мать и Динка. Ни о чем не думалось бы ему вблизи этих людей, хотя и сама Динка сильно напугалась после рассказа Васи.
Ленька вспомнил, как они шли с пристани, был еще белый день, а Динка бежала вперед и тащила его за собой.