Дискорама
Шрифт:
— М-м-м, это кто?
— Не знаю. Когда мы стояли недалеко от Пальмера, он приезжал к нам.
— А зачем, интересно? — поинтересовался Горский, сцепляя пальцы в замок.
— Он приезжал предупредить, что за мной началась персональная охота.
— Персональная охота? И ты выжил, солдат?
— Мне повезло, сэр. Арконы все время промахивались.
— А… за что же такое к вам особое внимание, Стентон? Может быть, арконы боятся, что вы можете рассказать нам что-то важное? Может быть, вы ценный свидетель?
— Вряд
— Из снайперской винтовки любой дурак стрелять может! — перебил его капитан Горский. Не то чтобы он действительно так думал, но его раздражало, что этот мальчишка мало того, что говорит не сбиваясь, так еще и не испытывает должного трепета перед представителем контрразведки. Что это? Солдатская глупость и недалекость или следствие качественной подготовки в разведшколе противника?
Джек замолчал. Он видел, что капитан не в своей тарелке, и предпочитал выждать, пока тот успокоится.
Капитан Горский сел, улыбнулся Джеку, как хорошему знакомому, и спросил:
— Ты вообще-то куришь?
— Нет, сэр. Даже не пробовал.
— Ну а какие-нибудь хобби у тебя есть? На рыбалку ходишь? У нас туг, между прочим, замечательные озера — в выходные рыбку половить самое то…
— Дома я ловил салит, сэр. Но не в выходные, а когда мясо заканчивалось.
— Это рыба такая?
— Вообще-то это ленточный червь, только очень большой, килограмм до восьми бывает и вот такой длины!
Джек развел руки, как заправский рыбак, показывая размеры добычи. Эта тема ему нравилась, и ему захотелось рассказать капитану, как правильно выводить сапигу и что лучше использовать в качестве приманки. Однако Горский вдруг сморщился и покачал головой:
— Нет, давай обойдемся без этих подробностей. Лучше поговорим про филателию. Ты марки собираешь?
— Я собираю курицу, сэр… — честно признался Джек, заставив капитана на минуту ошеломленно замолчать.
Он пытался расслабить собеседника, взять его, так сказать, тепленьким, резко сменив тему, однако тот оказался слишком хорошо подготовлен и атаковал первым. «Я собираю курицу…» Каково? Такой ход любого поставит в замешательство. И что это — «собираю курицу»? Слишком похоже на кодовую фразу или даже… Пароль!
Ух!.. Горский осторожно выдохнул и сел ровнее. Похоже, этот парень прощупывает его, подкидывая пароль, а значит, у них здесь целая сеть, члены которой узнают друг друга вот по таким заковыристым фразочкам, вроде «я собираю курицу» или «Герда распечатывает мышь». А еще хорошая фраза — «Фердинанд делает мебель только на заказ».
Будь Горский арконским шпионом, он обязательно бы использовал ее в качестве пароля.
— Я готов рассмотреть ваши предложения, Стентон… — произнес Горский, чувствуя, как его прошибает пот.
Если проникнуть
Горский уже представил себе, как генералы рвут друг у друга из рук его отчеты. Вот тут-то и станет ясно, кого мариновали в этой глуши, в то время как…
Дофантазировать Горскому не дали. Дверь в кубрик распахнулась, и на пороге появился Хольмер с его страшноватой улыбкой на раскрасневшемся лице.
— Извините, что прервал ваш разговор, коллега. Но не могли бы вы выйти на пару слов?
— Это важно? — спросил Горский, внимательно следя за лицом Хольмера, чтобы определить, является ли тот частью шпионской сети или его используют втемную.
— Да, коллега, это очень важно. Выйдем на минуточку…
65
Следуя за Хольмером, Горский вышел на крыльцо офицерского корпуса и огляделся. Отсюда открывался замечательный вид на холмы и низины, но, наверное, это место хорошо простреливалось.
Каково было спать в этих панельных домиках, зная, что один артналет — и все кончено? Видимо, они привыкли. Сначала боялись, а потом привыкли. Вон какая морда у этого Хольмера, сразу видно, что выпить не дурак.
Горский вздохнул. Он бы сейчас и сам чего-нибудь выпил.
— Ну что, коллега, как складывается беседа с капралом?
— С капралом? У меня в путевом листе написано «рядовой».
— Это давно было. После того как он совершил героический поступок, мы подали документы на новое звание, и вот сегодня их подписали в штабе батальона.
Хольмер достал из кармана свернутый вдвое документ и показал Горскому. Тот посмотрел, отметил дату и сказал:
— Однако вы оперативно работаете, капитан.
— Да нет, просто так сошлось. Документы давно подавали, а вот сейчас только завизировали. Вы же знаете, как у нас бывает.
— Нет, капитан, я не знаю, как там у вас бывает, — произнес Горский, внимательно следя за реакцией Холь-мера. — А в чем же заключается героизм этого вашего свежеиспеченного капрала?
— Героизм? Да, в общем-то, никакого героизма. Он нашел в себе силы сбежать из арконского госпиталя и угнал у них новенького «грея».
— И это у вас считается — очень круто?
— Ну не знаю, — пожал плечами Хольмер, глядя куда-то на холмы. — Представьте себе сумму вашего жалованья, а потом умножьте на пятьдесят. Вот вам и будет стоимость нового робота.
— И все-таки хотелось бы разобраться…
— А я за этим и пришел, коллега. Затем, чтобы у вас была возможность докопаться до истины. Вы робота водите?
— Ну… У нас была спецподготовка…
— «Грей» водили?
— Было дело.
— Вот и замечательно. Сейчас у вас появится возможность смоделировать побег капрала Стентона из вражеского плена.