Дни мародёров
Шрифт:
Поттер поднял вверх руку.
— Итак, на счет «три». Раз... — он развернулся и его метла встала на «дыбы», словно лошадь.
— Два...
Роксана украдкой взглянула на Блэка, но тот говорил о чем-то с тощим бледным парнишкой в шрамах как от драконьей оспы.
— Три!
Суть сдвигудара заключалась в том, что участники игры безо всякого смысла и порядка сбивались в небе в яростный рой и с жутким хрустом, треском и криками врезались друг в друга. Падающего судья подхватывал уже у самой земли в тот момент, когда игрок уже во всю верил, что вот-вот
И жутко, и весело.
Издалека, наверное, это выглядело так, будто высоко-высоко над землей дерутся какие-нибудь гигантские осы.
Роксане же казалось, что она угодила в суп из людей.
Игроки проносились мимо как ракеты — ее могло сдуть с метлы одним только ветром. Их вопли и треск метел оглушали. В первые секунды Роксана в ужасе вжималась в древко метлы и петляла между мальчиками, как заяц. Похоже, Блэк был прав! Черт возьми, она давно не играла с парнями и забыла, как они жестоки в спорте! Пару раз в нее врезался кто-то, да с такой силой, что Роксане чуть не вырвало запястья — так отчаянно она хваталась за метлу, чтобы не свалиться.
Когда один из ребят, рыжий тощий парень сорвался с метлы, все разом взревели. Он летел, кувыркаясь, вниз, как тряпичная кукла, а потом вдруг завис в воздухе и все услышали, как он страшно ругался и хохотал одновременно.
В этот же миг напряжение, сковавшее Роксану, лопнуло, и она поддалась игре, перейдя из защиты в наступление.
И все было бы хорошо — если бы не Блэк.
Он все время обманывал ее внимание и делал вид, что целится в кого-то другого, а в последний момент бросался на нее и несколько раз и в самом деле больно ушиб ее.
Остальные участники кричали, орали матом друг на друга в конце концов, он же преследовал ее молча, неотступно и с такой яростной настойчивостью, что Роксане стало по-настоящему страшно.
Сириус был зол.
Малфой ускользала от него, как мыло в воде.
Всякий раз, когда он был уверен, что сейчас врежется в это миниатюрное тельце, оно куда-то пропадало.
Вот и сейчас.
Малфой нырнула вниз, и он со всей дури врезался в Питера.
Хвост заорал так, словно ему оторвали обе ноги сразу и, барахтаясь, как морская звезда в шторм, полетел к земле.
Сириус чертыхнулся, завертел головой увидел, что его розововолосая мишень только что столкнулась с Фабианом, но каким-то чудом упал именно он. Поддался, наверное.
— Кончай играть с ней, Бродяга! — заорал пролетающий мимо Джеймс. — Сбрось ее, мы проигрываем!
Задохнувшись от возмущения, Сириус оглянулся ему вслед — Сохатый лавировал на метле, как на сноуборде, стоя на древке на полусогнутых ногах и раскинув в стороны обе руки.
Бенджи рванул в его сторону. Джеймс подпрыгнул. Две секунды жуткого полета в открытом воздухе (у Сириуса чуть сердце не остановилось), и вот Бенджи пролетел между Джеймсом и метлой, и тот снова приземлился на тоненькую полоску дерева и под откос нырнул вниз, нагоняя Фенвика. Можно было подумать, что он сам по себе летает, а метла просто так — довесок.
Сириус отвернулся, облегченно
Откуда она взялась, он так и не понял.
Малфой летела на него с обезумевшими от радости глазами. Сириус понял, что развернуться и уйти не сможет, уже внутренне приготовился к удару и...
Бенджи ворвался между ними, как торпеда, спасаясь от Джеймса.
Сириуса отбросило в сторону, и он потерял управление метлой.
Где-то наверху пронзительно взвизгнула Малфой. Сириус торжествующе крикнул и задрал голову, но тут что-то тяжело врезалось в него, плечо обожгло болью, и он сорвался с метлы.
http://maria-ch.tumblr.com/
====== У Хагрида в подполье ======
Когда срываешься с метлы, испытываешь примерно то же самое, что и когда случайно пропускаешь ступеньку на лестнице.
Только в сто, тысячу раз хуже.
Ветер трепал, швырял ее, как куклу, и бил в лицо. Рассудок исступленно вопил: «Там же земля, земля, земля!», но Роксана потерялась в гуле воздуха вокруг и уже не понимала, где эта земля, и где она сама...
Внезапно она больно ударилась обо что-то прямо в воздухе.
От удара панический вихрь в голове разорвался всполохами разноцветных огней. В ушах зазвенело.
Но не успела она понять, в кого именно врезалась, как вдруг этот человек застрял прямо в воздухе. Роксана инстинктивно схватилась за него, раздался тошнотворный хруст, их падение возобновилось и ускорилось.
«Это конец!»
Роксана зажмурилась...
И тут ее словно крюком кто-то подхватил за живот.
Небо дернуло тело вверх как игрушку йо-йо на веревочке, вызвав прилив страшной тошноты, а в следующий миг девочку и ее спутника ударило о землю — раз, другой, они прокатились по ней кубарем, так что Роксана вся превратилась в один большой ушиб, наконец, в последний раз её особенно крепко приложило всем телом сразу о твердую холодную почву, и падение завершилось.
Земля раскачивалась, как палуба корабля.
Роксане казалось, что если она откроет глаза — ее снова выбросит в воздух.
Голова кружилась, словно внутри гуляло торнадо.
Роксана вдохнула и приоткрыла ресницы.
Первое, что она увидела — это широко распахнутое небо. А потом она почувствовала тяжесть, тепло человеческого тела и в частности — шеи, к которой прижималась щекой.
Очень медленно она разжала руки, которыми цеплялась за его спину и плечи. Очень медленно человек поднял голову.
Серые глаза встретились с черными.
— Блэк...
Он мелко-мелко дрожал. Длинные темные волосы щекотали Роксане лицо, а дыхание, сбившееся, быстрое, билось об её лицо и шею.
Они прижимались друг к другу как любовники, сцепленные пережитым наслаждением и несколько совершенно бесконечных мгновений ошарашенно смотрели друг на друга, а потом выражение ужаса в глазах Блэка сменилось ненавистью.
— Дура... — прошептал он, прикрывая глаза, и скатился с нее на траву. В руке у него была палочка. Вот, значит, почему они остались живы.