Дни мародёров

-Joy-

— Ты боишься моего Лорда, — Беллатриса поднесла левую руку к лицу и фанатично прижалась губами к татуировке, проводя языком по выползающей из черепа змее. Нарцисса брезгливо приподняла верхнюю губу. — Боишься, что не понравишься ему, и он расторгнет ваш брак, сделав тебя предметом насмешек... — Белла была у неё за спиной. — Или наоборот, что ты, такая юная, прекрасная и нетронутая, понравишься ему, и он пожелает поставить на тебя Метку, — Белла описывала вокруг нее круги, прямо как змея, обвивающая кольца вокруг жертвы. — Но поверь мне, моя маленькая милая сестра, тебе нечего бояться. Это огромное наслаждение — чувствовать его магию у себя внутри... —

прошептала она, обдавая лицо девушки дыханием, и на секунду прикрыла ресницы. Когда же она открыла глаза, то увидела, что Нарцисса смотрит на нее с нескрываемым ужасом.

Белла замерла, как лиса, почуявшая кролика.

— А-а-а... да вот же оно! — театрально прошептала она, выкатывая глаза и растягивая губы в улыбке.

Нарцисса прерывисто вздохнула и покачала головой.

— Ты боишься вовсе не моего Лорда, а...

— Замолчи, Белла! — предостерегающе прошипела девушка.

— ...своего будущего мужа, во имя Мерлина! — Беллатриса захохотала и оглушительно захлопала в ладоши.

Нарцисса смежила веки.

— Уходи немедленно! Слышишь меня, Беллатриса? — Нарцисса взмахнула рукой, указывая на дверь. — Убирайся!

— Нет, моя дорогая, я же твоя старшая сестра, я должна тебя приготовить, — Белла крепко обняла сестру за талию. — Поверь мне, Цисси, супружеской жизни нечего бояться! Это всего лишь сделка. Ты же не думаешь, что Люциус когда-нибудь полюбит тебя? Или что ты полюбишь Люциуса?

— Белла, пожалуйста! — взмолилась девушка.

— О, не бойся, моя глупенькая Цисси. Вы будете жить совсем как чужие люди! Люциус, как и все мужчины, будет вечно занят, — Белла потрогала круглые молочные камушки, лежащие на тяжело вздымающейся ключице, и вздохнула, разглядывая белую гладкую шею. — Правда, тебе придется терпеть его в своей постели несколько раз в неделю, но это все ради будущего наследника, моя милая, которого ты будешь обязана произвести на свет в страшных мучениях, — что-то вдруг переменилось в лице сестры — Нарцисса увидела на лице Беллы знакомое выражение и внутренне запаниковала.

— Он не будет тебя ласкать, — обиженно проговорила Белла, утыкаясь ей в плечо острым подбородком. Руки, обтянутые черной сеткой, безвольно повисли, черные глаза потухли, тонкие кривые ножки, торчащие из-под пышной юбки, развернулись носками туфель друг к другу. — Скорее всего, он просто сразу залезет на тебя сверху и будет шарить по тебе своими руками. И дышать. Тебе будет страшно, и ты не сможешь пошевелиться и будешь только ждать, когда все закончится...

Нарцисса смежила веки. Злорадно улыбаясь, Белла обошла вокруг нее, как волчица, и подхватила с маленького столика бокал красного вина. — А потом, Цисси, милая... — она отпила, почмокала губами, оценивая букет. — Тебе придется сжать свои прелестные зубки и раздвинуть свои прелестные ножки, чтобы он в тебя... — Белла поднесла ладошку к губам, словно стены могли их слышать, и значительно покивала, выпучив глаза. — Влез.

— Замолчи, Белла... — прошептала Нарцисса. Палочка была далеко, но сейчас она готова была броситься на старшую сестру с кулаками. — Сию секунду замолчи!

— Тебе будет больно! Это чудовищная боль и никакого удовольствия. А он будет биться на тебе и в тебе, минуты три или четыре... а потом, когда все закончится, он сразу же уснет, а ты будешь лежать и мечтать о смерти. Хотя, может, он еще начнет целовать тебя... здесь! — Беллатриса вдруг больно ткнула оцепеневшую сестру в напряженную твердую шею. Нарцисса дернулась и Белла оглушительно захохотала. — И здесь! — она ткнула ее в плечо,

хихикая и подступая все ближе, в то время как Нарцисса пятилась от нее назад. — И здесь...и здесь, и здесь, и здесь, и здесь!!!

Белла прыгала вокруг нее, тыкая то в одно, то в другое место на теле, и пружинки черных кудрей неистово вились вокруг ее головы.

— Хватит! Замолчи!!! — наконец взвизгнула Нарцисса, рывком оборачиваясь к ней. Лицо ее было искажено яростью. На миг они стали очень похожи. Один из браслетов сорвался с ее руки и с треском упал на деревянный пол. Нарцисса порывисто опустилась на корточки, чтобы поднять его, покачнулась, не удержавшись на неудобных каблуках, и неловко плюхнулась на диванчик, прижав ко лбу запястья.

Дверная ручка скрипнула.

Нарцисса вскинула голову, Белла развернулась на каблуках, но в комнату вошла вовсе не Эдвин Малфой, как они опасались, а ее дочь.

К шестнадцати годам Роксана Малфой стала невероятно похожа на отца: вздернутый нос, небольшой грустный рот и бархатно-чёрные глаза, ярко выделяющиеся на бледном лице, подернутом типичной малофевской ленцой. От матери ей достался только миниатюрный рост и белые, как снег волосы, сейчас собранные на макушке в пушистый художественный беспорядок. Черное бархатное платье с пышной юбкой на сетке мягко мерцало, ловя приглушенный свет россыпью бриллиантовой пыли и открывало тоненькие, как у стрекозы, но не очень длинные ноги, обтянутые черными колготками в мелкую сетку. На костистом запястье по свадебной традиции белел пышный цветок, украшенный черной росой, на другой руке совершенно неуместным массивом чернел напульсник с металлическими заклепками. Движения ее были немного угловатыми и резкими, как у мальчика-подростка, но взгляд, прямой и бесстрашный, выдавал нрав, закалённый в подземельях Дурмстранга.

Роксана Малфой

— Что здесь происходит? — спросила Роксана, взглянула на сжавшуюся в комок невесту, и закрыла за собой дверь. Голос у нее был низкий и хрипловатый, совсем не сочетающийся с внешностью.

— Так-так-так, это кто у нас выполз из норы? — протянула Белла, подходя к девочке и поглаживая себя волшебной палочкой по подбородку.

— Я думала, что тебя сослали в море навечно, Рокси-докси, — она игриво коснулась пальцем кончика ее носа, и Роксана шлепнула Беллу по руке, точнее, хотела шлепнуть, по Белла молниеносно убрала свою когтистую лапу. — Где же ты теперь «учишься», малышка? В Португалии? В Чехословакии? Может быть, в Турции? Да-а? Ну где?

Роксана сузила глаза.

— В Шармбатоне, Белла, и тебе это прекрасно известно. Я приехала на свадьбу.

— Ну конечно! — Белла рывком открыла дверь, словно ненароком ударив Роксану по спине. — Как я могла забыть, Шармбатон, это где-то на задворках Франции. Неужели я могла подумать, что твои родители просто не знают, как бы просто избавиться от тебя поскорее?

— Пошла к черту, — рыкнула Роксана.

Белла грязно улыбнулась ей и, повиснув на двери, многозначительно взглянула на сестру.

— Не задерживайся, Цисси. Тебя все ждут.

Дверь закрылась.

Нарцисса смежила веки и, аккуратно закрыв лицо ладошками, горько и безутешно разрыдалась. Стирая слезы, Нарцисса увидела, что сотворила со своим макияжем, и зарыдала еще сильнее.

— Я не хочу-у! — простонала она, видимо, забыв, что не одна в комнате.

«Я не готова, не готова, не хочу, не хочу, заберите меня отсюда, ну пожалуйста!»

Роксана молча смотрела на ее терзания, теребя край платья.

Именно такая, какая нужна родителям...