Дни мародёров
Шрифт:
Каке-то время Дамблдор смотрел на неё. На её расцарапанную физиономию.
— Накажу, мисс Малфой, — вынужденным тоном сказал он. — То, что мне известно о реальном положении вещей не означает, что я закрою глаза на драку. Со Слизерина будет снято пятьдесят баллов.
Роксана уронила плечи. Ну всё, теперь они её точно закопают.
— Драки, как и курение строго запрещены. Но в Слизерине уже не первый год процветает традиция игнорировать некоторые школьные запреты и мне эта традиция категорически не нравится. Кстати, насчет запретов, — тут он выразительно поправил очки и Роксана почувствовала
Ей стоило большого труда посмотреть старому директору в глаза, но она себе пересилила.
— Правда, профессор, — вздохнула она.
Дамблдор кивнул.
— Мне стоило бы вызвать сюда и мистера Блэка, чтобы провести с вами беседу, но я уверен, в Хогвартсе есть те, кто справится с этим даже лучше, чем я.
Роксана чуть не застонала.
Опять лекция у мадам Помфри?! Опять страшилки о беременности и волшебных заболеваниях?!
— Кроме того, за повторное нарушение одного из главных школьных правил я на две недели назначаю вам вечернюю отработку. Порознь. Зал Славы нуждается в хорошей полировке, так что и вам и мистеру Блэку будет чем занять руки и головы. Последние несколько лет Совет просто вопит о распущенности в Хогвартсе, — Дамблдор покачал седой головой. — Нам уже хватило истории с мисс Забини. А учитывая трагические события последних месяцев, нам итак приходит изрядное количество возмущенных писем, — и он бросил взгляд на гору бумаги справа от себя.
Роксана опустила взгляд.
Глаза Дамблдора вдруг добродушно сверкнули.
— К тому же, если бы я стал писать родителям своих учеников всякий раз, когда их обнаруживают за гобеленом или когда они насылают друг на друга прыщи или чесотку, во всем Хогвартсе закончились бы чернила и пергамент, — он аккуратно открыл коробочку со сладостями, снял с них папиросную бумагу, покрытую сахарной пудрой и аккуратно положил на стол. Развернул коробку и подвинул ближе к Роксане.
Роксана качнула головой и взяла рахат-лукум, с которого, согласно рекламе на упаковке, никогда не осыпался сахар.
— Вы добрее, чем директор Каркаров. Он бы просто отправил меня в карцер. А мадам Максим отстегала бы палочкой по рукам. Она всегда так делала, когда перед завтраком видела у кого-нибудь из учениц... что-нибудь такое. Жалко, что меня сразу не отправили в Хогвартс, профессор, — Роксана сунула угощение в рот целиком и сразу пожалела об этом, почувствовав себя жадным прожорливым хомяком. — А на письма моим родителям все равно наплевать, — невнятно проговорила она и перепуганно вскинула взгляд, почувствовав, что перегнула палку. — И-извините, сэр.
Дамблдор улыбнулся в ответ на её «похвалу», но почему-то сразу посерьезнел.
— Собственно, мы как раз подошли к причине, по которой я и хотел с вами поговорить, мисс Малфой. На прошлой неделе ваша мать прислала мне письмо, — в отличие от коробочки, оно нашлось сразу. Дамблдор протянул его Роксане. — Прошу вас.
Роксана перестала жевать и с опаской посмотрела на герб Малфоев на конверте, после чего осторожно взяла пергамент и развернула. В первые секунды у неё в голове пронеслась шальная мысль, что отец решил с ней примириться, но эта радужная иллюзия растаяла, как только она вчиталась.
—
— Да.
Роксана продолжила чтение.
Последний абзац заставил её вскочить на ноги.
Она в ужасе уставилась на директора.
— Я украла фамильные драгоценности?! Я?! Да как она... как... — у Роксаны перехватило дыхание.
— Я знаю, Роксана, — спокойно ответил Дамблдор. — Присядь.
Роксана плюхнулась на место и бросила письмо на стол, глядя на него как на гигантского таракана.
Она надеялась, что это ощущение подножки, удара в спину, пощечины ушло и больше никогда не вернется. Но нет, вот оно, подлое, шипит где-то в желудке, отравляет, как болячка, на которую, казалось бы, уже выработался иммунитет.
Значит, помимо всего прочего, они решили отобрать у неё ещё и Хогвартс! И к тому же обвинить в воровстве! Она сжала губы, изо всех сил пытаясь загнать слезы туда, откуда они появились, но это было невозможно.
Дамблдор смотрел на неё.
— Мне... — Роксана взяла себя в руки, сглотнула колючий ком в горле и подняла на директора глаза. — Мне пора собирать вещи?
Директор встал из-за стола и феникс в золоченой клетке у Роксаны за спиной негромко вскрикнул.
Роксана быстро вытерла нос.
— Знаете, мисс Малфой, я нахожусь на посту директора уже больше двадцати лет, — неторопливо проговорил Дамблдор. — Будучи преподавателем я повидал многое и люди вроде ваших родителей встречались мне довольно часто. Однако, — он сделал короткую паузу. — В какие бы времена мы не жили и как бы тяжело нам ни было, ничто на свете, а уж тем более кучка золота не заставит меня выставить за дверь ученика, которому больше некуда пойти.
Роксана порывисто оглянулась, схватившись за спинку кресла.
— Я знаю, о том, что произошло между вами и вашей семьей на каникулах. Я знаю, — успокаивающе кивнул Дамблдор.— И я не имею права судить вас или ваших близких, но... я всегда старался внушить своим ученикам, что Хогвартс — это не просто школа, в которой они проведут какое-то время. Хогвартс — это наследие. Одна большая семья. Семья, которая не привыкла бросать своих детей в трудную минуту, — и тут он развернул письмо. Роксана оглянулась на опустевшее место на столе и удивилась — когда он успел его взять?!
— За пару часов до вашего возвращения я ответил отказом на письмо ваших родителей. Я предвидел нечто подобное и несколько дней назад связался с мадам Максим. Мы с ней давно знакомы и по старой дружбе она согласилась нам помочь и походатайствовать перед Советом попечителей о том, что произошла ошибка и вы не были исключены из Шармбатона, что, соответственно, дало вам право прибыть Хогвартс в составе делегации студентов по обмену.
Лицо Роксаны просветлело.
— Также я намерен побеседовать с профессором Слизнортом и золото, возврата которого требует ваш отец, будет переслано вашей семье в течение нескольких дней, — Дамблдор недовольно поджал губы и Роксана поняла, о чем он думает — что пора бы прикрыть лавочку Слизнорта по обустройству спален в Слизерине.