Дни мародёров
Шрифт:
— Всё верно, — Макгонагалл стиснула руки. — Сейчас всем необходимо выспаться и успокоиться, а завтра я поручу мистеру Филчу еще раз как следует осмотреть замок. В самом деле, кто знает, где этот кот мог поймать эту... а где... — она оглянулась, увидев, что их небольшой кворум потерял участника. — Где Поттер?
Джеймс оглянулся, услышав свое имя. Он под шумок пробрался за ширму к Лили. Благодаря стараниям мадам Помфри, кровь удалось на время остановить, и его девушка уснула, но Джеймс все равно не уходил. Он сидел на коленях рядом с кроватью и как загипнотизированный смотрел на её лицо. Вид у него
— Пойдем, Сохатый, — Сириус взглянул на Лили и тяжело сглотнул, поспешно отведя взгляд. — Нам пора.
— Я никуда не пойду, — отрезал Джеймс.
— Поттер! Вот вы где, — Макгонагалл заглянула за ширму. Где-то рядом скрипнула дверь — это ушел профессор Джекилл. —Пойдемте, — она призывно протянула руку, другой придерживая полы халата. — Вам и мистеру Блэку давно пора быть в постелях, завтра непростой день.
— Я хотел бы остаться здесь, профессор.
— Это совершенно исключено! — возмущенно отрезала мадам Помфри.
— Вы сможете навестить мисс Эванс утром, — Макгонагалл все еще держала руку вытянутой.
Джеймс взглянул на неё и оглянулся на Лили. Ладошка, которую он сжимал, была совсем холодной. На него нахлынула странная паника — как будто она совсем умрет, если он уйдет. Совсем остынет.
— Сохатый... — негромко позвал Сириус. — Пойдем. Она будет здесь.
— Встаньте же, мистер Поттер, — в голосе Макгонагалл послышалась тревога. — Вы сейчас ничем не сможете ей помочь, Лили нужен сон и покой. И нам всем не помешает. А без вас эта толпа все равно не разойдется. Вы же не хотите, чтобы еще кто-то заболел?
Это подействовало. К тому же, чем раньше Макгонагалл его уведет, тем раньше он избавиться от неё и остальных, возьмет мантию, и....
Джеймс еще раз посмотрел на Лили и встал, позволив её руке выскользнуть из своей ладони.
Как он добрался до башни Гриффиндора, Джеймс не помнил. Шел и шел, а вместе с ним шел Бродяга и кажется кому-то что-то рассказывал. Джеймс не слышал, о чем они говорили. Перед глазами у него, словно выжженная на сетчатке, стояла больничная койка, а в ней лежала его Лили, слабая и беспомощная, с кругами под глазами. А в ушах снова и снова звучали слова Макгонагалл: «кто знает, где этот кот мог поймать эту мышь» ...
Очнулся он, когда кто-то усадил его на диван, а в руку сунул что-то стеклянное. Джеймс моргнул и озадаченно посмотрел на полупустую бутылку огневиски в своей руке.
— Нахрена? — ровным голосом спросил он. — Я не хочу.
— Пей, — Бродяга оглянулся, проверить, нет ли кого, и закурил. — Тебе сейчас это нужно.
Джеймс не двигался и тупо смотрел на бутылку. Бродяга мерил шагами комнату, Ремус облокачивался на спинку дивана и следил за Сириусом. Казалось, они ведут между собой диалог, который Бродяге ужасно не нравится. Питер молчал и нервничал. Все остальные ученики разошлись спать — до утра оставалось всего ничего...
— Это моя вина, — наконец сказал Джеймс, в упор глядя на этикетку. В горле почему-то возник колючий комок. Ремус сочувственно глянул на Джеймса, но едва тот договорил, что-то громко грохнуло — это Бродяга швырнул свой стакан в камин.
— Я тебе говорил, что так и будет? — отрывисто
Ремус опустил голову.
Джеймс не отреагировал никак.
— Сохатый, мы проверили каждую мелочь, мы контролировали все! — набросился на него Бродяга. Чем глубже Джеймс погружался в свое отчаяние, тем злее становился Сириус. Но его злость была такой же бесполезной, как горе Джеймса. — Никто не мог предположить, что этот гребанный кот пойдет охотиться именно в этот день и, какое совпадение, поймает проклятую мышь! А потом притащит её Эванс! Этого никто не смог бы предугадать!
Его голос эхом разлетелся по пустой комнате. Джеймс потер лицо и взлохматил волосы, опустив голову. Костяшки пальцев побелели — так он в себя вцепился.
— Вот в чем именно ты виноват, а?! — Сириус прекратил свои метания, остановился перед диваном и толкнул Джеймса в плечо. Это немного подействовало. Джеймс высунул голову из колодца самобичевания и поднял на друга яростный, блестящий взгляд. — В чем ты виноват, Сохатый?!
— Во всем! — заорал Джеймс, отбрасывая бутылку и вскакивая, чтобы оказаться вровень с Сириусом. — Я виноват, что не выбросил эту хренову мышь сам! Я виноват, что не закрыл дверь! — с каждым новым выкриком он толкал Сириуса в плечо. — Чертов кот поперся в Визжащую хижину за мной, а в Хогсмиде сейчас повсюду это гребанное проклятие! Я не должен был устраивать всю эту поебень с праздником и должен был запечатать все ходы, как и говорила Макгонагалл...
Ремус рывком поднял голову, Питер перепугался, а Бродяга, отступивший было от неадекватного Джеймса, резко вернулся.
—...если бы я сделал, что должен, с Лили все было бы в порядке!
— Что ты сейчас сказал? — Бродяга выглядел испуганным. — Повтори, что ты должен был сделать?!
— Ты слышал!
Сириус шагнул к нему.
— Макгонагалл просила тебя запечатать наши лазы? — тихо спросил Ремус и Сириус замер, бледный и страшный.
— Да, — выдохнул Джеймс, отводя взгляд от взбешенного Бродяги, переступил через гору праздничного мусора, схватил с дивана бутылку и зубами вытащил пробку.
— Сохатый, я... — Сириус усмехнулся. Судя по бешеному блеску в глазах, ему стоило большого труда держать себя в руках. — Я надеюсь, ты не сделал этого, верно? Потому что если сделал...
— Нет, — рыкнул Джеймс. — Можешь расслабиться. Я бы никогда так не поступил. Это ведь не только моя находка, верно? Вы бы мне этого не простили, верно? — издевательски воскликнул он, раскинув руки.
— Отлично, Сохатый, прекрасно! — протянул Сириус. — Давай, сделай нас всех виноватыми.
— А может так и есть? — спросил Ремус, вертя в руках серпантин. — Может мы тоже виноваты?
Бродяга круто обернулся, страдальчески поморщившись.
— Да, Лунатик, мы все в курсе, что ты никогда не против взвалить на себя какую-нибудь вину, но сейчас не тот случай! — он огляделся. — Послушайте, я, что, один не верю в такое охуительное совпадение? Проклятая мышь оказалась в замке, где мышей нет и попала в руки прямо к девушке того, кто способствовал закрытию слизеринского клуба? В её долбанный День Рождения! Если так, то наш Живоглот просто изощренный маньяк! Кстати, где наш маньяк? Кис-кис!