Дни мародёров
Шрифт:
В башне Гриффиндора Ремус захватил мазь и пошел к Валери. Он шел с абсолютной уверенностью, что увидит там доктора Джекилла или мадам Помфри, а еще с десяток волшебных зелий. В таком случае он просто притворился бы, что зашел проведать учительницу, оставил медальон на какой-нибудь полке и ушел.
Но все вышло не так.
Валери была в кабинете одна.
Когда Ремус постучался и вошел в кабинет, там было пусто, а потом Валери появилась из боковой комнаты. Она уже успела сменить порванную, запачканную мантию на один из своих любимых восточных
– Я… – Ремус здорово растерялся, потому что она не стала на него кричать или выставлять вон, как это бывало обычно. Просто остановилась и посмотрела на него. – Я принес вам, – он достал из сумки баночку с чудодейственной мазью и взглянул на руку Валери – крепко и умело перебинтованную. – Если вам еще… нужно.
Валери окинула его странным, долгим взглядом. Чуть-чуть прищурилась, увидев ссадины на его лице. Ремусу почему-то захотелось прикрыть их ладонью.
– Ты опоздал, – сказала она и пошла к своему столу.
Ремус сглотнул. В каком смысле опоздал? Джекилл уже был здесь? Ну конечно, был. У него ведь этой мази полным-полно, он её изобрел.
Не глядя на него, Валери села за стол, откинув просторный шелковый рукав, расписанный аистами. Подвинула к себе бумаги. Ремус тоскливо представил себе, как Джекилл перевязывает ей руку где-нибудь в лагере в лесах Азии, где они вместе вели охоту на Оками…
Мерлин, Ремус Люпин, какой же ты все– таки идиот.
Уходи отсюда. Уходи.
Ремус сжал медальон в кулаке и отступил к двери.
– Да… – бесцветным тоном сказал он. – Да, наверное. Простите.
Валери подняла голову.
– За что простить? – спросила она и Ремус снова оглянулся.
– Я должен был вам помочь. С птицей. И опоздал. Простите. Как ваша рука?
Валери опустила взгляд и прикрыла бинты рукавом. Странно, но она улыбалась.
– Могло быть хуже.
Ремус помедлил немного, но потом все же подошел к её столу.
– Я… просто хотел узнать, как вы. Вы… потеряли кое-что важное там, на поляне.
Валери переменилась в лице и подняла голову.
Ремус достал из кармана медальон и положил поверх её бумаг. Золото тепло сверкнуло в свете камина. Валери непонимающе взглянула на украшение, а потом посмотрела на Ремуса.
– Да. Спасибо, – довольно прохладно сказала она и растянула губы в улыбке. Хотела сразу же и опустить взгляд, но не смогла.
– Что у тебя с лицом? – спросила она дрогнувшим голосом.
Ремус машинально тронул ссадину и дернул уголком рта.
– Да это я… поскользнулся.
Пару секунд Валери смотрела на него, а потом сжала губы, сглотнула и снова опустила взгляд в бумаги, значительно вскинув брови.
– Мэри Макдональд очень хорошая девушка, – ровно проговорила она. – Тебе не должно быть стыдно, что ты за неё вступился. Это храбрый поступок.
Желудок Ремуса подскочил, сердце заколотилось как сумасшедшее, бросив кровь к лицу.
Не может быть…
– Да, она хорошая, но мы… мы друзья, – он очень хотел, чтобы Валери посмотрела на него, но она не поднимала взгляд. –
Валери вдруг сдвинула брови, словно что-то в бумагах её удивило, но тут же отложила их и посмотрела на Ремуса так, будто видела его впервые.
– Кажется, ты говорил другое, когда угодил в крыло с отравлением. Ты говорил, что жить без неё не можешь, разве нет? – она встала из-за стола. Как у неё получается даже вставать из-за стола так изящно и легко?
– Я шутил, – хрипло сказал Ремус, глядя, как она прячет свой медальон в шкатулку среди книг. – Я не имел в виду…
– И напрасно, – Валери отошла от полки, поправляя накидку. – Как я уже сказала, Мэри – славная девушка. И ты нравишься ей. Не нужно с ней шутить.
Ремус озадаченно смотрел Валери в глаза и ничего не понимал.
Нет, этого действительно не может быть. Или может?
– Вы что… вы меня… профессор Грей, вы меня ревнуете? – у него на губах вдруг сама-собой расползлась дурацкая улыбка.
На Валери же эти слова произвели совершенно обратный эффект. Она прерывисто вдохнула, так что обозначилась шея, глаза её распахнулись, а на щеках проступил румянец.
– Да что ты себе… ну-ка пошел вон отсюда, Люпин!
– Вы меня ревнуете! – громче сказал он и, счастливо улыбаясь, шагнул к ней, но Валери шарахнулась от него, как от огня. В эту минуту он ожидал от неё всего, чего угодно, только не того, что она вдруг выхватит палочку. Это подействовало – Ремус отшатнулся, и улыбка его погасла. Он недоуменно посмотрел на кончик палочки, упирающийся ему в грудь.
– Хватит! – прошептала Валери. Она выглядела уже не злой, как раньше, а затравленной, словно действительно боялась Ремуса. Или не Ремуса. – Не вынуждай меня идти к директору и требовать своей отставки, – её рука слегка дрожала, она говорила, стиснув зубы. – Это все зашло слишком далеко, Люпин. Хватит. Хватит меня преследовать, хватит меня мучать, – в глазах у неё задрожали слезы. – Я прошу тебя. Уйди. Иди к своим друзьям, иди к Мэри, к кому угодно. Только… уйди.
Последнее слово она произнесла одними губами. Он ошарашенно смотрел на неё и действительно не понимал. Он не понимал, не понимал, почему ей так нужно мучать, себя, его. Всё это глупо, не нужно! Смысл разлетался во все стороны. Аистами.
– К Мэри… – тупо повторил он, в упор глядя Валери в глаза. – Вы меня отправляете? – громче спросил он и почувствовал, что задыхается.
Валери опустила палочку.
– Ладно, – сказал он каким-то чужим голосом после долгой паузы и поджал губы. В горле засел комок. В голове странно шумело. Окинув Грей последним горящим взглядом, он отступил на шаг, потом еще на один, а потом решительно бросился к двери, рванул её на себя и…
Поленья в камине треснули, огонь фыркнул.
Ремус захлопнул дверь, рванул замок. Валери едва успела оглянуться, как он уже пересек кабинет и схватил её. А она схватила его в ответ.