Дни мародёров
Шрифт:
Петунья вжала голову в плечи.
Джеймс усмехнулся и стянул футболку.
— ...да что с этой дверью, в конце концов? — раздался недовольный голос в коридоре, а в следующий момент дверь с силой распахнулась, Петунья с визгом влетела в объятия Блэка, а в комнату ворвалась Лили с корзиной, полной грязной одежды.
Джеймс опустил руки с футболкой, инстинктивно расправляя плечи, чтобы она могла рассмотреть его как следует.
— Сириус! — сердито воскликнула Лили. Таким тоном говорят, когда застают любимого питомца за порчей
Сириус, мигом перепрыгнув из образа кота в образ побитого щенка, широко развел руки в стороны, и пленница пулей вылетела в коридор, бросив сестре полотенца и даже не оглянувшись.
— Что? — тонким голосом обиженной невинности спросил Сириус. Лили вместо ответа просто бросила ему полотенце в лицо и подошла к остальным.
Ремус, воспользовавшись заминкой Сириуса, первым ринулся в душ, Сириус попытался поймать его на ходу, но не преуспел, и ему снова чуть не отбили пальцы, на этот раз дверью.
— Держи, Питер, — ласково проговорила Лили, протягивая ему стопку, пока Сириус и Ремус сражались теперь за дверь ванной в коридоре. — Простите, мальчики, что вам пришлось толкаться здесь, внизу просто сумасшедший дом, но спать вы сможете в гостиной, это уже точно.
Говоря все это, она, казалось, находилась в параллельной Вселенной. Джеймс думал, что в такой момент, когда он наконец оказался в ее доме, тем более в ее комнате, на секундочку, почти голый (ну и раненый), она даст ему понять... хоть что-нибудь, но в тот самый момент, когда он подошел к ней за своим полотенцем, она даже не подняла на него взгляд.
— Все в порядке? — тихо, чтобы не услышал Питер, спросил он.
— Да, все хорошо, — убедительно ответила Лили, коротко взглянув в точку у него над левым ухом, а потом просто подхватила заклинанием корзину, в которую мальчики уже побросали свои вещи, и вышла.
— Слушай эм-м, Эванс, я это...
Сириус перехватил Лили на лестнице, проиграв сражение за душ.
Не то чтобы ему очень хотелось говорить на эту тему, но он понимал, что если проносит это в себе еще хотя бы час, его порвет на куски. Он уперся руками в перила, чтобы она не сбежала, и приготовился вывернуть себя наизнанку. Лили остановилась, озадаченно глядя на него и подворачивая рукава своей рубашки. Корзина парила у нее за спиной, как НЛО.
— Я... я хотел перед тобой извиниться, — Сириус страдальчески поморщился. Лили изумилась так, словно он только что объявил, будто решил профессионально заняться балетом. — Я не должен был на тебя кричать там, в лагере... и я... короче, я не считаю, что ты виновата, окей? Не должен был захлебываться там соплями, как баба, а пойти и надрать задницу этому Пожирателю, так что...
«Привет, идиот, она тоже баба!»
Судя по тому, как Лили подняла брови, она подумала о том же.
Сириус осекся.
— В общем, извини, — наконец сказал он. — Я чувствую себя дерьмом.
Надо быть Блэком, чтобы понимать, каких огромных душевных затрат ему
Лили, до этого смотревшая на него с подозрением, вдруг усмехнулась, словно он сказал забавную шутку, и спустилась вниз на пару ступенек.
— Блэк, ты дурак? Да я ни капельки на тебя не обиделась!
Сириус выпучил глаза.
— Я могла бы обидеться, если бы ты сказал это, потому что так думаешь, — она остановилась перед ним, сложив руки на груди, прямо как мама, которая объявляет сыну, что домашний арест закончен. — Но ты сказал это, потому что переживал за Джеймса. Я знаю, что ты не со зла, так что это не считается.
Сириус захлопнул рот.
— Теперь я чувствую себя еще большим дерьмом, — пробормотал он, и Лили улыбнулась.
— Ну, если ты хочешь искупить вину...
— Хочу! — мгновенно вскинулся Сириус.
Лили повелительно вытянула руку в сторону кухни.
— Тогда марш помогать моей маме!
— Да, мэм! — Сириус вытянулся в струнку и скатился с лестницы. Как только он исчез, улыбка на лице Лили погасла. Она постояла пару секунд, в задумчивости глядя на то место, где он только что стоял, потом глубоко вздохнула и отправилась звать девочек на ужин.
====== Начало войны ======
Лили сидела на кухне в одиночестве и крутила ручку на приемнике.
«... поступили сведения о том, что на севере Лондона сотрудниками мракоборческого отдела были схвачены...»
«... люди Того-Кого-Нельзя-Называть...»
«... час назад совершили облаву на Косой переулок...»
Все уже давно легли спать. Свет во всем доме был потушен, и спокойный полумрак наполнялся дыханием спящих в нем людей. Лили, промаявшись без сна неизвестно сколько времени, решила спуститься на кухню и выпить чего-нибудь горячего. В детстве это всегда помогало.
Приемник похрипывал. Сообщение Волан-де-Морта о начале войны против магглов повторилось уже как минимум пять раз.
Лили казалось, что вместе с ней сейчас не спал весь волшебный мир.
«... министр магии Миллисент Бэгнольд отказалась пойти на мирное урегулирование, и с этой минуты Британия находится в состоянии войны с волшебником, именовавшим себя Темным Лордом...»
Война.
Что это значит? Это ведь просто слово. Диктор бросил его в динамик так легко и просто, как будто это был прогноз погоды на завтра.
Лили много раз слышала о войне от мамы и папы.
В ту войну они были совсем маленькими, плохо помнили сами события и жили в эвакуации, рассказывали только о том, как среди ночи вдруг раздавался гул сирены, сотрясалась от бомбежки земля, и ревели в небе самолеты. О том, как мало еды было в эвакуации, и каждый день приходили списки с имени погибших...