Дни мародёров
Шрифт:
Кровь.
Лили рывком села, и люди, которые окружили ее, отхлынули в стороны. Лица подруг, устрашающе подсвеченные светом палочек, мелькнули перед ней, и их тут же залило большое чернильное пятно. Лили зажмурилась, встряхнула головой и начала неуклюже подниматься.
— Джеймс! — бормотала она, как не в себе. — Где Джеймс? Где он?!
Джеймс лежал на земле, освещенный тусклым светом пяти или семи палочек. Со всех сторон его окружали люди.
Он был без сознания и стремительно бледнел.
Сотрясаясь, как в лихорадке, Сириус пытался привести
У Лили всё поплыло перед глазами, ноги подкосились и она вцепилась в плечо Люпина, чтобы не упасть. Черт возьми, она же знает, знает эти чары, им рассказывали о них в прошлом году, это... это...
Джеймс вдруг захрипел, приходя в себя, забулькал кровью и выгнулся.
— Нет, Сохатый, я тебе не разрешаю, — заорал Сириус, снова взмахивая палочкой. Руки у него были в крови по локоть. — Ты же слышишь, слышишь меня?!
— Сириус, не надо! — крикнула Лили, перехватывая его руку.
— Эванс, уйди отсюда! — взревел Сириус. На Лили взглянули совершенно безумные глаза.
— Я знаю эти чары, ты не помогаешь ему, а делаешь хуже! — завопила Лили в ответ. — Прекрати махать палочкой, как идиот, и помоги мне, если хочешь, чтобы с ним все было хорошо!
Сириуса колотило от злости, но он нашел в себе силы обуздать эмоции.
— Переверни его, — приказала Лили и глубоко вздохнула.
Время отключить эмоции.
Сириус и Ремус вдвоем перевернули Джеймса. Несколько девочек в толпе всхлипнули, зажав рты ладонями: уродливый разрез на боку Джеймса раскрылся перед ними во всей своей красе, продемонстрировав ребро. Лили крепко сжала губы, спокойно ощупала края раны и закатала рукава, размазывая по рукам кровь.
— Свет, — коротко скомандовала она. Питер, чуть не выронив палочку, поскорее рассыпал в воздухе маленькие летающие огоньки.
— Ремус, держи его руки.
— Что ты будешь делать? — резко спросил Сириус. Лили взмахнула палочкой, и рана Джеймса открылась во всю ширину. — Эванс! — заорал Блэк, перекрывая даже вопль Джеймса.
Лили не ответила ему и принялась беззвучно бормотать какие-то странные певучие формулы.
— Эванс!
Лили нервно дернула головой, словно пыталась отогнать муху и закрыла глаза. Она помнила заклинание плохо, все время запиналась, чтобы вспомнить какую-то часть и вопли Сириуса ей сильно мешали.
— Ли..
— Бродяга, заткнись! — убийственно-тихо проговорил Ремус, глядя на Джеймса поверх сложенных будто в молитве рук. Лицо у Люпина было пепельно-серое.
— Оглуши его, Сириус, — пробормотала Лили, втиснув просьбу в секунду
Сириус яростно переглянулся с Люпином. Тот поднял палочку. Руки его так тряслись, что было страшно смотреть. Питер нервно топтался позади и громко сопел.
Воздух над бегущей из раны кровью сгустился и завибрировал, словно над открытым пламенем.
Джеймс застонал. Кажется, анестезирующие чары Сириуса оказались недостаточно сильными и уже не справлялись с болью. А без них у него бы не выдержало сердце.
Осторожно раскрыв над раной левую ладонь, Лили надавила ею на дрожащий воздух и сунула в него руку, словно в перчатку.
Джеймс дернулся и изогнулся, так что Ремус и Сириус вцепились в него.
— Что ты делаешь, Эванс? — пыхтел Сириус. Теперь у него и и лицо и шея были в крови, глаза горели бешенством, выглядел он жутко.
Лили шевельнула пальцами так, словно нажимала на клавиши пианино. Отрицательно качнула головой. Глаза ее при этом были закрыты, но она явно видела нечто такое, что остальные увидеть не могли.
Джеймс бился, Сириус и Ремус вдвоем едва удерживали его...
— Эванс, черт возьми!
Неожиданно Лили сжала ладонь в кулак. Как будто схватила муху.
А потом резко дернула этот кулак вверх.
Поттер вскинулся и заревел, как раненое животное. Проклятие, мучавшее его и не дававшее залечить его рану, вдруг вырвалось из нее, похожее на какое-то маленькое отвратительное существо с шевелящимися щупальцами. Все как один уставились на него, но едва оно оказалось на открытом воздухе — запищало и растаяло с жутковатым вздохом. Джеймс, белый как полотно, с бисеринками пота на лбу и верхней губе, покрытый пятнами грязи и крови, расслабился и обмяк в руках друзей. Очень осторожно они опустили его на землю.
— Эпискеи, — выдохнула под конец Лили и опустила палочку.
Повисла жуткая тишина.
Сириус, раздувая ноздри, смотрел на то место, где только что закрывалась и открывалась рваная дыра в фут величиной — теперь там был ровный розовый порез.
Прядь, спадавшая Блэку на глаза, мелко дрожала.
Все как один вглядывались в Джеймса, боясь, что он просто не справился с болью.
И тут ресницы Поттера дрогнули и он зажмурился.
Лили вымученно улыбнулась.
— Слава Богу, — пролепетала она, вытерев окровавленной рукой пот со лба и под дружный новый вскрик качнулась вперед.
Ремус перехватил её, иначе она шлепнулась бы прямо на Джеймса.
— Тише! — он осторожно вернул её в вертикальное положение. — Лили, ты меня слышишь?
— Его надо... надо... там кровевоспол... вопосл, — она отчаялась выговорить это и ткнула пальцем куда-то себе за плечо, видимо в сторону палатки с медикаментами.
— Я схожу! — крикнула Алиса непривычно высоким голосом, и сорвалась с места. Её вскрик словно прорвал пелену напряжения и все разом заговорили и засуетились. Кто-то бросился искать бинт, кто-то — воду, кто-то — собирать вещи, кто-то — устраивать ночлег, пара девчонок ревела, давая выход чувствам.