До потери пульса

Серова Марина Сергеевна

– Догадываюсь. Слушай дальше. Поскольку Земцов не сумел полюбовно утрясти вопрос с арендаторами, хотя зять на него и напирал, за дело взялся некто неизвестный. И пошел он своим путем – решил вытравить из Дома быта все фирмы скопом, нагнав смертельный страх на их сотрудников. Сначала – прямо в своем кожаном кресле руководителя умер, якобы от инфаркта, директор турфирмы «Пять континентов», Сергей Частоколов. Через неделю отравился Анатолий Синичкин, лаборант «Бюро товарных экспертиз» – выпил воды из плохо вымытой лабораторной посуды. Еще через несколько дней Максим Дерябкин,

программист страховой компании «Полис-2000», схватился руками за оголенные провода… Андрей, это ничего, что ты ешь, а я о покойниках говорю?

– Нормально, я привык.

– Тогда я продолжаю. Трех несчастных случаев с летальным исходом оказалось недостаточно, чтобы справиться с задачей, и тогда доверенное лицо Лекомцева устроило новый инцидент. Ольга Корнилова, владелица швейного ателье «Ирис», застряла в лифте и чуть не задохнулась от дыма. Если бы женщина не позвонила своей подруге Наташе, владелице салона красоты, расположенного в цокольном этаже здания, и та моментально не бросилась бы ее спасать, появился бы еще один свежий труп. Затем, по иронии судьбы, Наталья Бережковская – та самая подруга – и сама чуть не расшиблась в лепешку, поскользнувшись на масле…

– На каком еще масле?! – Мельников на секунду оторвался от курицы.

– Ну, я точно не знаю, на каком, но вряд ли на оливковом. Оно дорогое! Ладно, Андрей, не цепляйся к мелочам. Главное, все обошлось, и в первый раз Бережковская не пострадала. Но примерно через неделю произошел еще один хорошо известный тебе несчастный случай в «Пальмире», принадлежащей именно Наталье Петровне.

– Мексиканский сериал какой-то, – усмехнулся Андрей.

– Почему же – мексиканский? Как раз-таки наш, российский! Раз в неделю в Доме быта происходила очередная «акция устрашения». Уж не знаю, что именно этот тайный помощник олигарха планировал организовать на этой неделе, но ему пришлось повременить, потому что в его «концепцию» весьма удачно вписался психически больной техник по ремонту швейных машин, сотрудник «Ириса».

– Да-да, я в курсе: он собирался взорвать здание новогодними петардами, проводки от них тянулись через все этажи, а некая гражданка Иванова Т. А. ему помешала. Я читал сводку за этот вторник. А еще я слышал, что Мазуров взял на себя ответственность за все недавние преступления.

– И вы завели на него уголовное дело? – спросила я.

– Нет, он же невменяемый, да и официально его дикие признания нигде не зафиксированы. Это мне ребята из группы быстрого реагирования рассказали. Я все ждал, когда же мне гражданка Иванова позвонит, чтобы поделиться подробностями…

– Дождался?

– Дождался. Она звонила, только все новые и новые вопросы задавала, а мне ничего не рассказывала.

– Она просто скромная. Кстати, как тебе курочка?

– Вкусная, – сказал Мельников, вытирая салфеткой рот. – А ты что же не присоединяешься ко мне? Говорила же, что голодная.

– Я не могу одновременно и есть, и говорить. В общем, слушай дальше. Я наконец выяснила, кто подстраивал все эти несчастные случаи. Оказывается, в модельном агентстве «Метагалактика», расположенном

в цокольном этаже Дома быта, работает родственник жены Лекомцева, Илья Кузьмин! Он фотограф, причем с очень большими амбициями. Мнит себя лучшим фотографом России!

– А на самом деле?

– Не знаю. Может, у него и есть талант, но и злодейства в его натуре тоже хватает. В общем, я уверена, что все эти преступления совершил именно он.

– Мотив? – по-деловому осведомился Мельников.

– Думаю, деньги. Получит Кузьмин от олигарха энную сумму за содействие в заключении сделки и откроет, к примеру, собственную фотостудию.

– Ну, допустим. А какие у тебя доказательства?

– Прямых нет, пока только косвенные, – сказала я и заметила, что Андрей сразу сник. – Ну послушай, если этот человек виновен, я заставлю его в этом признаться. Ты же меня знаешь! У меня уже есть план.

– Ну, хорошо, рассказывай, какой у тебя план…

Я ввела своего приятеля в курс дела. Мельников немного подумал и сказал:

– Сейчас я пробью твоего фотографа по нашей базе данных. Узнаем, что это за фрукт. Кузьминых, наверное, в Тарасове не намного меньше, чем Ивановых. Знаешь, как его отчество или хотя бы год рождения?

– Нет, отчества не знаю. Год рождения – приблизительно 1984–1986. Да, вот еще что: живет Илья, скорее всего, на улице Соборной, в доме номер три.

– Так… где-то я недавно этот адрес уже слышал. – Андрей задумался.

Пришлось ему напомнить:

– В этом доме живет один учитель, его школьники-хулиганы напугали, когда он в лифте ехал.

– Да-да, вспомнил. Я сам же тебе этот адрес и назвал! Ладно, сейчас пробьем Кузьмина.

Вскоре выяснилось, что фотограф из «Метагалактики» действительно живет в этом доме. А еще обнаружился один очень интересный факт его биографии. Когда Илье было семнадцать лет, он проходил по делу об ограблении антикварного магазина. Правда, один из его подельников, тогда уже совершеннолетний, взял всю вину на себя и отправился на три года на зону.

– Ну что ж, Таня, будем его брать!

Я достала из сумки телефон и позвонила Бережковской.

– Да, Татьяна Александровна, слушаю вас, – ответила моя клиентка.

– Здравствуйте, Наталья Петровна! Скажите, по выходным дням модельное агентство работает?

– По воскресеньям не работает, а в субботу – когда как. Сегодня, например, с утра никого не было, а сейчас народ подтягивается. Я видела, модели бегают туда-сюда по коридору, да и Кузьмин тоже здесь.

– Так вы сейчас в «Пальмире»? – обрадовалась я.

– Да, я всегда по субботам здесь. А что такое?

– Наталья Петровна, можно я к вам срочно на маникюр подъеду?

– Конечно. Жду.

Я отключила телефон и обратилась к Мельникову:

– Переносим операцию на завтра. В любом случае я тебе позвоню.

– Ой, Таня! – Мельников погрозил мне пальцем. – Ты заставляешь меня по воскресеньям работать! Не стыдно тебе?

– Это не я заставляю, ты сам себе такую работу выбрал. Я побежала!

– Давай. Жду твоего звонка.

* * *