Добытчик
Шрифт:
Приход ужасной болезни. Хаос. Непонимание происходящих вокруг событий. Концентрационные лагеря для зараженных людей. Пересыльные пункты для вынужденных переселенцев. Армейские и полицейские кордоны. Чрезвычайное положение. Бегство "сильных мира сего", богачей и политиков, подальше от электората. Пожары. Техногенные катастрофы. Мародерка. Бесчинства солдат и бандитов. Полный развал государства и создание общин, чудом выживших людей. Все это имело место быть.
Прошло Черное Трехлетие. Вирус выдохся, не мутировал и самоликвидировался. Подгоняемые голодом люди стали выбираться из убежищ и укрытий. После чего на развалинах человеческих империй, в данном случае речь о Соединенных Штатах Америки, стали возникать островки цивилизации и
Одним из островков цивилизации стал город Спрингфилд, штат Массачусетс. Сначала это была тирания одного человека, некоего Джона Райта, который смог подчинить людей и заставил их работать ради общего выживания, а затем, после его свержения, образовалась республика. На вершине властной пирамиды, как водится, самые наглые, нахрапистые, волевые, умные и сильные. Трудяги вкалывают за паек и жалованье, военные ведут войны, а полиция оберегает руководителей и общественный порядок.
На данный момент в Спрингфилде и в поселениях вокруг него проживало свыше двухсот тысяч человек. Республиканцы постоянно расширялись и вышли к Атлантическому океану. Однако поставить постоянные форпосты на побережье пока не решались. Причина - Дети Океана, точнее, их потомки. Шесть лет назад республиканцы попытались отстроиться на руинах Бостона. Полгода вкалывали и вложили в развитие нового перспективного поселения немало ресурсов, а затем появился большой десантный корабль под прикрытием древнего эсминца, высадил десант, и бостонская община была уничтожена. Все ценное имущество мореходы погрузили на корабли, а людей, кого не убили, забрали в рабство.
Разумеется, Спрингфилд пытался договориться с агрессивными соседями и посылал к ним два посольства, одно морским путем на отремонтированном катере, другое по суше на лошадях. Ни одно назад не вернулось. Радиосообщения от послов были - они обнаружили мореходов и ближайшее их поселение, крепость на полуострове Флорида. А затем тишина, ни ответа, ни привета.
Республика Спрингфилд имела на подконтрольной территории немало ресурсов. Но не хватало топлива. Что-то добывалась на окраинах, однако, это мизер. Поэтому ГСМ у республиканцев всегда в дефиците и, тем не менее, они развивали промышленность, берегли технику и создали собственные военно-воздушные силы на основе дирижаблей. Именно они должны были встретить мореходов, которые рано или поздно снова объявятся. И дирижабли готовились к тому, чтобы их разбомбить. Да видно готовились воздухоплаватели плохо - встреча с нами яркое тому подтверждение. Наблюдатели сообщили им, что вдоль побережья следует одинокий фрегат, и командир воздушной эскадры из шести дирижаблей, решив, что это противник, и он обязательно одержит победу, решил нас атаковать. План у него был простой - обнаружить фрегат, ранним утром зайти на него с двух сторон и сбросить бомбы. Потери в пятьдесят процентов при этом считались нормой. Но не сложилось. Мы двигались быстрее, чем они рассчитывали, а тут еще туман, который помешал не только нам, но и местным воякам. В итоге мы уцелели, а воздушная эскадра была уничтожена. Первый контакт с аборигенами вылился в конфликт.
Кто мы и откуда, пленникам никто объяснять не собирался. Пока они сидели в корабельном карцере и что с ними делать дальше я еще не решил. Можно всех убить - сбросить за борт и концы в воду. Можно доставить в нашу колонию - наверняка, они вспомнят еще много интересного и их показания будут востребованы в Метрополии. А можно их отпустить - пусть расскажут своим лидерам, что не только Дети Океана имеют стальные корабли, и мы к ним никаких претензий не имеем. Но если это делать, то на обратном пути. Главная цель прежняя - получить сведения о вероятном противнике, о Детях Океана. Они все-таки уцелели, сохранили некоторые базы и имели мощное вооружение. Следовательно, могут представлять опасность для наших колоний.
И вот "Ветрогон" двинулся дальше, добрался до Флоридского пролива и я приказал высадить на берег
Тем временем я оделся и вооружился. Переступил через Лихого, который приоткрыл один глаз и шевельнул ушами, а затем вышел в коридор и замер.
Куда направиться? Для начала на камбуз, где всегда есть кипяток и чай.
Я спустился вниз, зашел на камбуз и обнаружил здесь трех молодых матросов. Они спокойно пили чай, и увидеть в столь поздний час командира не ожидали.
– Смирно!
– приподнимаясь со стула, негромко выдохнул один.
– Вольно!
– бросил я, прошел мимо моряков к титану с кипятком и на ходу подхватил большую чистую кружку.
Пока делал чай, матросы испарились. Наверное, в данный момент они находились на вахте, но вместо того, чтобы смотреть на ночной океан и дрожать от холода спрятались в тепле. Не порядок. Следовало бы влепить каждому по наряду и сдать их боцману, чтобы вправил мозги. Только чегой-то не охота. Сам такой был, когда в Четвертой гвардейской бригаде рядовым солдатом служил. При первой же возможности от нарядов и караулов уклонялся. Хотя, возможно, я не прав. Матросы могли только что смениться и находились на подвахте, как усиление для тех, кто находился на палубе.
Закинув в кружку пару ложек сахара, я хлопнул по карману куртки и проверил наличие папирос. Они были со мной и, стараясь не расплескать чай (волнение моря, несмотря на осень, небольшое, но качка есть), я вышел на корму.
Холодно. Стылый промозглый ветер в один момент пробрался под куртку, и кожа покрылась гусиными пупырышками. Ничего хорошего. Погода такая, что самое время спать. Но ночная прохлада меня взбодрила и я усмехнулся.
Под надстройкой в небольшом закутке лавочка. Я присел на нее, поставил рядом кружку с чаем, достал папиросы и закурил. Светомаскировку не нарушаю, снаружи меня не видно. Но вахтенный, который находился на корме, меня все-таки заметил, заглянул в курилку, разглядел, кто перед ним, и кивнул:
– Доброй ночи, командир.
– Ага, - отозвался я.
Моряк исчез, а я курил, пил чай и размышлял о наших планах.
Под шум бьющихся о борт корабля волн, время летело незаметно. За полчаса я скурил две папиросы и выпил чай. Только после этого покинул корму и прошелся по кораблю. Спустился в машинное отделение и проверил механиков, а затем поднялся на ходовой мостик. Скокова не было. Доклады от разведки дежурные - ведут поиск, уходят от берега, все спокойно, никого не видно и не слышно.
В общем, заняться было нечем, и я вернулся в каюту. Прогулка пошла на пользу, холодный океанский ветер унес пустые проблемы и беспокойные мысли. После чего, лишь на минуту прислонившись к подушке, я моментально провалился в крепкий спокойный сон...
Проснулся ровно в девять часов утра и связался с ГКП. Узнал, как дела у разведчиков. Пока никак - они еще в движении.
Нам оставалось ждать, и мы ждали. Я позавтракал и решил, что раз все тихо, можно запустить на ноутбуке какой-нибудь фильм. Но не тут-то было...
– ГКП вызывает Мечника, - в очередной раз прохрипела УКВ-радиостанция.
– На связи.
– Разведка обнаружила крепость и требует дополнительных инструкций.
– Сейчас поднимусь.
Спустя минуту я уже общался с разведчиками. Они, действительно, вышли на объект. И это была настоящая крепость: железобетонные стены и глубокие рвы, минные поля и колючая проволока, есть электричество, видна рабочая тарелка РЛС, полевые орудия и много солдат. Местные встревожены. В крепости тревога. Возможно, причина в том, что "Ветрогон" обнаружили. Разведка просила указаний.