Дочь Гробовщика
Шрифт:
На меня нахлынула волна неизвестного до сих пор желания, телом и душой я захотела слиться с этим демоном, отдаться ему.
«Он понял, кто скрывается за моим мужским обликом. Демонов просто так не проведешь, они не только чувствуют, но и чуют стоящего перед ними человека».
Подтверждением моих мыслей стала широкая улыбка-оскал:
— Вот, теперь узнаешь?
— Асмодей — демон похоти.
— Он самый. Меня вежливо попросили проэкзаменовать тебя, но я вижу, ты едва стоишь на ногах. Не желаешь прилечь... и окунуться в вихрь страсти вместе
Печать на моей груди взорвалась жаром, стало невыносимо больно, и я застонала, упершись ладонями в колени, в голове поселился туман, я с трудом соображала.
— Прекрати... — я тяжело дышала.
— Хм, не выйдет у нас с тобой любовь. Ты насквозь пропитана первородной тьмой, она лишила тебя невинности, впитавшись в кости и плоть. Я же отдаю предпочтение девственным юношам и девам, с чистыми душами, дабы испить их свет, как лучшее вино, — помпезно сказал демон.
Я все-таки упала на землю, рядом лежала бесполезная коса.
Асмодей водил острыми ногтями по полупрозрачной стене пентаграммы, насылая чары, сводящие меня и мое тело с ума.
— Вместо постельной услады, мне встретилась глупышка, обрученная с тьмой. Когда-то, ты умерла, но тебя вернули обратно, однако первородную тьму из тебя все равно не вытравили. Ты — наполовину лич, моя девочка.
— Ах... — я сжалась в комок, постанывая и жадно глотая ртом воздух, экстаз медленно подбирался ко мне, как что-то мерзкое, склизкое, чего я не желала. На глазах выступили слезы.
— Я удивлен, как ты цепляешься за жизнь и человечность. Даже моя пытка удовольствием, другая на твоем месте давно бы кричала, молила ублажить ее, а ты сопротивляешься. Но ведь это так приятно... Ну же, сотри эту преграду с земли, и я подарю тебе блаженство, какого ты никогда и ни с кем не испытывала и не испытаешь, — увещевал он.
«Повтори In expulsis Asmodeus! Изгнание Асмодея», — я услышала в своей голове знакомый и такой приятный в этот миг голос.
— In expulsis Asmodeus, — выкрикнула я, начиная подергиваться.
— Глупая некромантка... — недовольно прошипел демон.
Сильный порыв теплого ветра пронесся между нами, погасив огонь в круге.
Дрожащими пальцами, я вытащила кинжал и прочертила на печати крест, тем самым нарушив границы и перекрыв ее действие.
Полежав на холодной земле и окончательно придя в себя, я встала на ноги, и подобрав косу, побрела дальше. Мысленно благодаря того единственного, кто во второй раз спас меня.
Я оказалась посреди знакомого леса. Вдалеке виднелась поляна с лавками, полыхал костер. «Где все остальные?» — однокурсников не было. «Видимо, их тоже отправили на испытания», — стоило сделать несколько шагов, как кусты затрещали и на меня, сбив с ног и припечатав к земле своей тяжелой тушей, налетел вендиго. Это существо я узнала по запаху.
Однажды в детстве, во время прогулки с отцом по лесу, у разрытой могилы мы увидели
Морда не то медведя, не то оленя с острыми окровавленными клыками. На голове рога, руки-когти и грудная клетка со слезающими с нее кусками плоти, подобно старой змеиной коже. Человеческие ноги неловко переступали, но это не помешало ему оказаться быстрым.
И сейчас, валяясь на земле, прижатая огромным тяжелым разлагающимся телом, я успела выставить перед нами шест, не позволяя отвратительной морде с клыками вцепиться мне в горло. На грудь из пасти капала зловонная кровь.
Превозмогая тошноту, я призвала тьму и слившись с ней, растворилась из-под противника. Монстр лежал на траве, озираясь по сторонам и вынюхивая меня.
Появившись вдалеке и приготовившись к атаке, кончики моих пальцев обагрились кровью. Подняв руки перед собой, к вендиго потянулись алые нити и хлестнули по нему, как плеть. Половину морды чудовища разорвало на куски, ее алые лоскуты упали на землю, он взревел и бросился ко мне.
Я скользнула за широкий ствол и, начертив в воздухе защитные руны, направила их на нападающего. Тейваз, Хагалаз и Ингуз слились в порыве ветра обретая форму молота и ударили по чудовищу, отбросив назад. Я не решилась использовать нечто более сильное, потому что не ведала, что ждет впереди. Мне нужно было беречь энергию.
Вендиго вновь поднялся с земли и, наклонив голову с массивными рогами, побежал на меня. Взмахнув рукой и раскручивая кровавую нить, как веревку с петлей, я приготовилась накинуть ее на шею монстра. «Всего одна попытка, как в детской игре, когда мы с братьями бросали железные кольца на деревянные кресты. Кто повесит больше колец, тот и выиграл. Здесь, я должна выиграть собственное спасение».
В ушах засвистело, а пущенная петля затянулась на горле вендиго. Шаг назад, и я неловко поскользнулась на траве, чувствуя, как меня отшвырнули на ствол дерева.
Острая боль пронзила спину и голову, по виску потекло что-то горячее, а перед глазами все плыло. Монстр зашипел и взмахнул передо мной смертоносными когтями, надеясь задеть горло, но вместо этого, я дернула за нити, и его кошмарная голова, подлетев вверх, с чавкающим звуком шлепнулась рядом. С глухим стуком тело вендиго упало на траву, оно трепыхалось, пока не замерло.
— Requiescant in pace, — перекрестилась я, глядя на валяющуюся у моих ног голову «Покойся с миром».
***
На лавках у огня сидели близнецы Некроманцер, тренер Вариус и ректор Аластор.
Пятикурсники устроились напротив, они пили энергетические эликсиры, чтобы не уснуть.
— Как думаешь, третьекурсники быстро справятся? — спросил парень с края лавки, попивая из чашки горячий чай. — Помнится, у нас на третьем курсе таких испытаний не было.
Его однокурсник пожал плечами, буравя взглядом огонь, пока, вздрогнув, не обернулся. На его плечо легла мужская рука и парни с ужасом взирали на фигуру в черном. Залитая кровью ткань, а под капюшоном было лицо скелета. Он или оно уверенно держит косу и от этого существа веет смрадом мертвой плоти.