Дочь Империи
Шрифт:
– Кейок, мы можем рассчитывать на наш союз с молодой королевой?
Не спуская глаз с отряда противника, военачальник так же тихо ответил:
– Госпожа, этим роем правит старая королева, а она состоит в союзе с Инродакой. Кто знает, как поведут себя ее воины, если опасность будет угрожать союзнику ее дочери?
– Крепко сжимая меч, он добавил: - За всю долгую историю Империи вряд ли когда-либо случалось подобное столкновение.
Пока он говорил, из парадной входной арки улья выступила внушительная сотня чо-джайнов - старых опытных воинов. Их панцири
– Правительница Акомы и ее люди - гости нашей государыни, а властитель Инродака - ее союзник. Ник-то не должен затевать ссору на территории роя. Если оба войска покинут это поле, дело кончится миром.
Инродака возмущенно вздернул подбородок:
– Но ваш рой состоит на службе у моего дома на протяжении трех поколений!
– Состоит в союзе, - поправил Лакс'л.
– Как сказала властительница Акомы, чо-джайны - не рабы людей. Уходите немедленно.
Как будто для пущей убедительности, другой отряд чо-джайнов, показавшийся из-за улья, занял позицию в тылу войска Инродаки и Экамчи. Такой же отряд разместился позади рядов Акомы.
Быстро осмотревшись, Инродака обнаружил еще две сотни приближающихся чо-джайнов с занесенными, как для атаки, боевыми клешнями. Его воинственный пыл явно пошел на убыль, да и правитель Экамчи, не желая искушать судьбу, поторопился отдать своему воинству приказ отступить. Мара заметила, что Инродаку такой поворот событий не слишком-то огорчил. С давних пор у него была репутация человека, который избегает конфликтов, и его злобные выпады, вероятно, следовало приписать не столько праведному негодованию, сколько необходимости показать, как он печется об интересах союзника.
Силы оставили властительницу Акомы. Бессонные ночи и постоянное напряжение исчерпали весь запас ее выдержки, и она позволила себе снова опуститься на подушки. Тем временем Лакс'л устремился к Кейоку:
– Военачальник, моя рота - сотня воинов - будет сопровождать вас до границы владений Инродаки.
Кейок подал знак, и мечи его солдат возвратились в ножны. Сам же он спросил:
– А ты будешь среди тех двадцати воинов, которые присоединятся к новому рою?
– Буду.
– На лице Лакс'ла появилось странное выражение... может быть, то была улыбка чо-джайна.
– Так как вы взяли на себя большие расходы, чтобы обеспечить безопасность ее дочери, наша государыня отдает вам лучших своих солдат. Здесь мой пост займет другой, а я стану военачальником нового улья.
– Затем, словно что-то вспомнив, он сказал: - По-моему, властительница Акомы завоевала то, что вы, цурани, назвали бы симпатией старой королевы.
Мара, которая, казалось, и пальцем пошевелить была не в состоянии, еще нашла в себе силы выразить признательность легким поклоном и спросила:
– Как же ты можешь нас сопровождать до границы? Разве ты не должен находиться
Военачальник чо-джайнов ответил отрицательным жестом:
– Молодая королева наиболее уязвима, пока растет, и в это время даже наше присутствие не сможет умерить агрессивности молодых воинов... впрочем, этого и не следует делать. Вот когда окажемся в нашем новом улье, мы обучим их всему, что необходимо знать хорошим воинам.
Отряды Инродаки и Экамчи перевалили за гребень хребта и скрылись из виду; тем временем Кейок готовил своих людей для длительного похода домой. Когда последний солдат занял свое место, Кейок вопросительно взглянул на свою хозяйку:
– Госпожа?..
Мара показала, что можно отправляться, но попросила Аракаси пойти рядом с носилками.
Аракаси приблизился; на вид он ничем не отличался от прочих солдат: такой же усталый и припорошенный дорожной пылью, но в его глазах горел победный огонь гордости за содеянное.
Мара была тронута.
Как только колонна тронулась с места, она сказала:
– Ты сделал больше, чем обещал, Аракаси. Ты не только дал драгоценный совет, но и обратил мудрость, данную тебе богами, на благо Акоме. Сколько потребуется времени, чтобы сеть твоих агентов заработала в полную силу?
Мастер тайного знания улыбнулся с искренней радостью и поклонился своей новой хозяйке.
– Примерно год, госпожа... если не возникнут непредвиденные затруднения.
– А если возникнут?
– Года два, два с половиной.
– Мастер тайного знания многозначительно помолчал, затем добавил: - Если тебе желательно, то и больше.
Мара огляделась вокруг, дабы удостовериться: ник-то из эскорта не находится достаточно близко, чтобы подслушать их беседу.
– Я хочу, чтобы ты ушел, когда мы остановимся для ночлега. Начинай поиски своих агентов. Вернись в Акому через год. Если тебе потребуется связаться со мной, то нашим паролем станут слова: "шелкопряды молодой государыни". Ты меня понял?
Аракаси едва заметно кивнул:
– Если я не вернусь вместе со всеми и не принесу клятву перед священным натами Акомы, я не обязан повиноваться приказаниям властительницы Акомы до тех пор, пока не буду готов сделать это.
– Затем он добавил со значением: - Или приказаниям властителя Акомы.
– Ты понял.
Мара закрыла глаза, чтобы справиться с сильным волнением. Боги милосердны: они послали ей человека достаточно чуткого, чтобы угадать ее намерения относительно будущего мужа.
Аракаси мягко пояснил:
– Наша клятва может прийтись не по вкусу Бантокапи, госпожа.
Мара кивнула, порадовавшись, что этот человек был ее союзником, а не врагом. Если бы Джингу из рода Минванаби смог привлечь на свою сторону прозорливца с талантами Аракаси... об этом даже подумать было страшно. Но впереди ожидали более злободневные заботы.
– Когда ты вернешься, мы посмотрим, как обстоят дела. Если все пойдет так, как я надеюсь, то мы сумеем продвинуться еще дальше в наших замыслах относительно Джингу из Минванаби.