Дочь молнии
Шрифт:
Габрия проснулась и резко села на кровать. Что-то было не так. Сердце ее стучало, а глаза с беспокойством озирали комнату. Все здесь было для нее незнакомым. Комната была просторной и светлой и обставлена была роскошно: дорогая мебель темного дерева, толстые пушистые ковры. Дальше окно было завешено тяжелой вышитой шторой. Столик около кровати был заставлен парфюмерными бутылочками, хрустальными флакончиками и золотыми коробочками с инкрустацией. Было ясно, что Габрия не в трелде.
Она глубоко
Она уже собиралась спрыгнуть с кровати, как вдруг в дверь вбежала маленькая девочка в сопровождении большой собаки.
Они увидели, что Габрия проснулась, и запрыгали вокруг кровати в немом восторге.
Габрия, облегченно засмеявшись, заключила их в объятия.
— Привет вам, дорогие! А где остальные?
Тредер залаял:
«Они едят. Они говорят, если Габрия проснулась, она тоже может прийти».
Габрия подумала, что приглашение поесть звучит как волшебная музыка. Она соскочила с кровати и огляделась с удивлением. Ее грязная, мокрая одежда исчезла, вместо нее на кресле лежало прекрасное вечернее платье, ее тело и волосы были кем-то заботливо вымыты.
Тэм, видя изумление Габрии, закружилась по комнате, демонстрируя ей свое новое голубое шелковое платье, затем подбежала к креслу, схватила платье, сшитое из тонкой красной шерсти, и поднесла его Габрии.
— Мне? — изумилась девушка. Ее рука погладила прекрасную мягкую шерсть. Такого фасона она никогда не видела: сверху оно плотно облегало тело, спадая от бедер широкими складками.
Обрадованная, она надела платье через голову, натянула шелковые чулки. Платье сидело на ней прекрасно. Когда она была готова, Тэм и Тредер повели ее через галерею комнат к главному залу.
В отличие от дворца мэра, имевшего отдельную столовую, большинство домов Пра-Деш использовали большую центральную комнату и как гостиную, и как приемную, и как место для торжественных обедов. Сейчас здесь за большим столом сидели Хан'ди, Этлон, Сайед, двое воинов, Сенги и несколько служащих Кадоа. По количеству тарелок на столе Габрия определила, что они обедают. Когда она вошла в зал, все вскочили. Она внутренне обрадовалась, заметив восхищенные улыбки Сайеда и Этлона.
Тэм и Тредер побежали через всю комнату к Сайеду, пока Хан'ди, подойдя к Габрии, проводил ее к столу:
— Габрия, я счастлив приветствовать вас в моем доме.
Габрия не удержалась:
— Могу я поблагодарить вас за это платье? Оно чудесно.
Хан'ди улыбнулся, оглядев ее с головы до ног. Он и не предполагал, до чего хороша может быть эта женщина.
— Мне пришлось выбросить твою одежду. Я просто заменил ее. Это меньшее, что я смог для тебя сделать.
Он усадил ее за стол, наполнил ее тарелку жареным мясом, сыром, фруктами, придвинул свежий хлеб. Сенги наполнил ее чашу светлым вином.
— Многое произошло за последние пару дней, — сказал Хан'ди.
— За пару дней? — воскликнула Габрия. — Я спала два дня?
— Полтора уж точно, —
Колдунья застыла, пораженная. Она и не предполагала, что заклинание так истощит ее силы.
— А что с дворцом?
Ответил Хан'ди:
— Огонь потух полностью. Левое крыло разрушено совершенно, в правом имеются разрушения в основном от дыма и воды, местами провалилась крыша. Мы планируем все перестроить.
Габрия уловила в его голосе скрытое возбуждение.
— Мы? — повторила она, недоумевая.
Этлон ответил за Хан'ди:
— Купеческими гильдиями и дворянством Пра-Деш Хан'ди Кадоа выбран мэром города.
Лицо Габрии расплылось в улыбке:
— Чудесно!
В каждом движении Хан'ди, в каждой черточке его лица сквозило удовлетворение.
— Мы собираемся реконструировать дворец, как только позволит экономика. Гвардия мэра распущена, ее сторонники в тюрьме. К счастью, огонь не тронул сокровищ. Мы уже послали делегации в другие государства, с мирными целями. И, — он нагнулся вперед, возбужденно хлопнув ладонями по столу, — мы нашли принца Калы в тюрьме, с ним ничего не сделали.
— Ему очень повезло, — заметила Габрия.
— Мэр, должно быть, побоялась убить его сразу же, поэтому держала взаперти.
Сенги горделиво добавил:
— И теперь принц воссядет на свой законный трон.
— И вражда возобновится, — хихикнул в чашку кто-то.
Габрия глотнула вина.
— А что с мэром?
— Энкор, придворный, и Пирс рассказали нам, что случилось. — Хан'ди с гримасой отвращения передернулся. — Ее останки мы нашли в тронном зале. Ее сбросили в колодец в камере пыток, вместе со всеми ее дьявольскими инструментами. Тюрьмы мы освободили и заперли.
— А Бреган? — спросила Габрия тихо.
Этлон опустил голову. Потеря друга ранила его в самое сердце. Он с трудом верил тому, что никогда больше не увидит старого воина.
— Его похоронят сегодня днем, похоронят с почестями, подобающими прославленному воину Хулинина.
Она кивнула и отвернулась, чтобы они не видели ее слез.
— Кто-нибудь нашел Бранта?
Воцарилось долгое молчание.
— Городская стража не узнала его вовремя, — сказал наконец Хан'ди, тяжело вздохнув. — Он украл лошадь и удрал из города. Видели, что он направился на север.
Колдунья откинулась на спинку стула, устремив неподвижный взгляд на стену. Брант покинул город, следовательно, ее обязательства по отношению к Хан'ди и Пра-Деш были выполнены. Конечно, каждый из них предпочел бы видеть его в цепях перед лицом сурового суда, но они сделали все, что могли. Значит, он исчез…
Габрия кусала губы. Первой ее мыслью было дать Бранту уйти. Она так устала от непрерывного путешествия, она хотела домой, она хотела уладить проблему с Этлоном и Сайедом, она, в конце концов, хотела присутствовать на совете вождей кланов этим летом — ей было важно убедить их отменить законы, запрещающие магию. Если ее там не будет, вожди могут просто не поднимать вопрос о колдовстве или проголосуют против.