Долина раздора
Шрифт:
«Нет, тут даже топор не поможет. Кувалду, чтобы крушить камень, а лучше стенобитную машину, - он попробовал зацепиться руками за трещины выкрошившегося раствора между кирпичами стены дома.
– Если я достану до того уступа, то может быть смогу залезть на второй этаж, а там…»
И тут из-за дома донесся оглушающий лязг. Не успев оборваться, грохот сменился скрипом, словно колоссальная калитка медленно закачалась на несмазанных петлях.
Выхватив пистолет, Александр бросил свое новое увлечение альпинизмом и добежал до края фасада дома.
На холме ожила потрепанная
«Эмм… я был не прав… гробовая тишина и вымерший двор были еще не самыми жуткими вещами», - встревожено подумал Александр.
Волосы на руках начали приподниматься. Поднеся пальцы к своим патлам, он почувствовал, как они тоже вздымаются над головой. Облака над усадьбой темнели на глазах. В воздухе буквально запахло электричеством. Крылья мельницы ускорились. Теперь вокруг ветряка мелькали настоящие круги из красных огней.
Внезапная вспышка на небе ослепила его. А долю секунды спустя раскатистый гром обрушился на окрестную землю, заглушив даже жуткий скрип мельницы. На сетчатке Александра отпечаталась извилистая слепяще-белая черта, соединившая на миг низкие свинцовые небеса и верхушку ветряка на холме.
Когда перед глазами перестала висеть блеснувшая молния, он всмотрелся в мельницу, ожидая увидеть занимающееся пламя. Старая и сухая, словно плетень, башня ветряка должна была вспыхнуть, как соломенный стог. Но невредимая мельница продолжала махать своими крыльями, нагоняя грозовые тучи.
Зато позади него хлопнули, закрывшись сами, створки стальных ворот, оставленные было нараспашку. А для пущей убедительности по засову и ручкам проскочила молния электрического разряда.
«А ведь никто не будет просто так захлопывать дверь с непрошенными гостями внутри».
Вторя его догадке от мельницы донеся лай спущенных с поводка псов.
В комнате особняка царил почти полный мрак. Мелкая пыль, вырвавшаяся из камина, никак не желала оседать, дрейфуя в воздушных потоках. Сквозь окна свет не пробивался тоже. Но Лакрош списал это на осевшую на стеклах сажу. Но света в комнате хватило бы для кота, значит, хватит и ему.
Лакрош ухватился и вырвал уже вторую доску из настила. Диван оказался встроен в пол. Цельный стальной корпус не поддавался даже сильным пальцам перерожденного гнома. Зато остальная часть комнаты не оказала столь яростного сопротивления при демонтаже.
Очередная доска трепетала и держалась до последнего. Гвозди нехотя вылезали из гнезд. Постепенно раскачав половицу, Лакрош, наконец, вырвал доску из пазов.
«Теперь уже можно не опасаться застрять в дыре, - вампир осторожно скинул вниз пару гвоздей. Ответный звон раздался почти мгновенно.
– Неглубоко».
Бывший гном присел на край дыры в полу, зацепился пальцами за край досок и спрыгнул вниз.
Темнота. Кирпичная стена отделяла Лакроша от другой части подвала.
– А! Обо мне вспомнили! Небось, из самой Парнавы пришлось возвращаться?
– проворчал скелет, скрученный стальными полосами под самым потолком.
– Не шумите, мсье Солон, - холодно процедил Лакрош.
Эта часть подвала была загромождена различным хламом, старыми трубами и корпусами безжизненных механизмов. Над ними, на потолке крепилась странная конструкция. Похоже, диван оказался частью какой-то механической ловушки. И теперь дюжина стальных полос спеленала костяка, подвесив его под потолком.
Лакрош окинул взглядом намертво сцепившиеся пластины и защелки механизма.
– У нас нет времени разбираться в устройстве этой ловушки, - бывший гном постучал по корпусу машины.
– И демонтировать вас намного легче, чем данную конструкцию.
– И так каждый раз, - вздохнул Сол.
– Ну, чего ждем-то? Ломайте меня полностью!
Лакрош подпрыгнул и, уцепившись одной рукой за механизм, повис под Солом. Через мгновение на плече скелета сцепились нечеловеческой хваткой крепкие пальцы, и руку костяка вырвало из сустава. На месте травмы вспыхнули и тут же пропали черные язычки пламени.
Сол на секунду задумался.
– Ой!
– на всякий случай произнес скелет.
Теперь выломанную руку уже можно было вытащить из-под металлических полос. Освободив из стальных зажимов безжизненно повисшую конечность костяка, Лакрош заново приставил ее к плечу. С минуту оба мертвяка напряженно ждали, затем вампир отпустил кость.
Сол сжал и разжал костяные фаланги высвобожденной конечности:
– Плохого не скажу. Встречал костоправов и похуже.
Тут с первого этажа особняка до них донеслись отголоски грома.
– Надеюсь, Алекс там не промокнет, пока будет нас дожидаться, - усмехнулся скелет.
– Это было бы чрезвычайно печально, - согласно кивнул гном, примериваясь ко второй руке костяка.
На пистолете не было никакого предохранителя. Два заряженных ствола и две попытки. Было о чем взмолиться богу стрелков, если таковой существовал в местном пантеоне.
И, возможно, на этот раз высшие силы услышали Александра. Из-за кустарника к нему выкатилось только два клубка из вздутых мышц, оскаленных зубов и горящих глаз. Пара вроде бы обыкновенных догов. Но обыкновенных где-то процентов на пятьдесят: по их телам змеились провода, в пасти щерились стальные зубы, а металлический корпус заменил череп за острым носом и торчащими ушами.
Александр нажал на спусковой крючок. Направленный в кинувшуюся псину ствол окутался искрами, и шарик пули вонзился в грудь механической бестии. Отпрыгнув в сторону, ногой Александр ударил по зубам второй собаки, и направил ствол на нее. Чтобы тут же прицельно выстрелить в голову псины. И какую-то пару секунд после появления оба дога рухнули на лужайку.
«Да я практически снайпер», - самодовольно усмехнулся Александр, опустив пистолет и чувствуя, как грохочет сердце и течет по венам выброшенный адреналин.