Дом
Шрифт:
Вместе с Доун.
Девочка была совершенно голая, но не обгоревшая, не мертвая, и шок увидеть ее живой и невредимой через считаные мгновения после того, как она на глазах у Лори горела в сарае, на миг вытеснил потрясение от происходящего.
Затем Лори все-таки увидела, что происходит на кухне.
– Да… – простонала ее мать, а Доун погрузила голову ей между ног, медленно водя ею из стороны в сторону.
Лори истошно закричала, отчаянно призывая на помощь хоть кого-нибудь, все равно кого.
Вдруг, пока мать продолжала стонать от наслаждения, девочка
– Мама! – закричала Лори.
Впервые с тех пор, как она увидела мать во дворе с канистрой солярки, та услышала ее, узнала, заметила ее присутствие. Она кричала от боли, стараясь оттолкнуть бодающуюся козу, но в глазах у нее была безнадежность, горечь и отчаяние, смешанные с мучительным сожалением, и их взгляд метался от Лори к двери. Поняв намек, Лори выбежала из дома.
Она не знала, куда идти. Пожар в сарае не разгорелся, как ожидала Лори, а утих сам собой, и это почему-то показалось ей зловещим. Не раздумывая, Лори бросилась бежать, прочь от сарая, прочь от дома. Ей хотелось найти мистера Биллингтона, но в то же время в глубине души она сознавала, что он каким-то образом замешан во всем этом, поэтому она не звала его по имени, вообще ничего не говорила, а просто бежала.
Уйти в лес было нельзя – Лори это понимала, – но оставаться рядом с домом ей было страшно, поэтому она пошла через заросли, растущие вдоль дорожки, по направлению к дороге. Мистер Биллингтон окликал ее по имени, где-то вдалеке, но она не останавливалась.
Ночь Лори провела в придорожной канаве, а на следующий день добралась до Пайн-Крик. Обессиленная, она кое-как дошла до полицейского участка и сбивчиво рассказала все, что произошло.
Разумеется, ей не поверили. Точнее, не поверили в ее рассказ целиком, но полиция обнаружила тела ее родителей – обгорелый труп отца, выпотрошенный труп матери, – после чего Лори несколько недель провела в детском приюте, до тех пор пока ее не забрали к себе родители Джоша.
Украдкой взглянув на брата, Лори уже в который раз порадовалась тому, что ее удочерили. То, что произошло с ее настоящими родителями, было ужасно, страшно, но несмотря на то, что это оставило глубокий эмоциональный шрам, Лори сознавала, что без них ей было лучше, ей было лучше вдали от того дома, вместе с Джошем и его родителями.
Вместе с их родителями.
Да. Это были ее родители. Не важно, кто дал ей жизнь, но вырастили, воспитали ее именно эти люди, и их любовь, их влияние, их жизненные ценности сформировали ее тем человеком, каким она сейчас была.
– С тобою все в порядке? – спросил Джош, озабоченно взглянув на нее.
Не доверяя своему голосу, Лори молча кивнула.
Брат поставил машину перед гаражом. Не сказав ни слова, она вышла, посмотрела направо на сарай, налево на дом. За столько лет здесь ничего не изменилось. Казалось,
Лори подумала про Доун. Зябко поежилась.
– С чего начнем? – спросил Джош, щурясь на ярком солнце. Он посмотрел на дом. – Проклятье! Это место по-прежнему такое же жуткое, каким я его запомнил.
– Можешь не говорить, – криво усмехнулась Лори.
Приблизившись к дому, она увидела в нужном ракурсе то, что было снято на фотографии.
– От этого дома исходит мощная энергия, – пробормотал Джош.
Лори его не слушала. У нее не было настроения предаваться метафизической болтовне, и хотя она не могла сказать точно, что надеялась здесь найти, что надеялась совершить, не вызывало сомнений одно: со всем этим нужно было покончить сегодня же.
У Лори не было никакого желания с наступлением темноты находиться рядом с этим домом.
Собравшись с духом, она направилась вперед, по хрустящему под ногами гравию. Словно на автопилоте, подошла к крыльцу. Взявшись за перила, оперлась на них, затем, скользя пальцами по деревянному поручню, поднялась на четыре ступеньки. Именно так она поднималась по этим ступеням в детстве, и хотя сейчас все ее движения были инстинктивными, Лори остро их чувствовала, встревоженная тем, что, хотя ее сознание на долгие годы забыло это место, тело ее, судя по всему, его помнило.
Джош не отставал от нее. Они постояли на крыльце, глядя на двор, на дорожку, на растущие неподалеку деревья. Все было ухоженным, в прекрасном состоянии, словно все эти годы о доме продолжали заботиться.
Мистер Биллингтон.
Нет. Это невозможно.
И все же при этой мысли у Лори по спине пробежал холодок, и какой бы храброй современной деловой женщиной она ни была, она порадовалась тому, что рядом Джош, который ее защитит. Мало ли что может случиться…
Повернувшись, Лори посмотрела на входную дверь. Темно-бурое дерево, маленькое зарешеченное окошко вверху. А что, если дверь заперта? Ни у Лори, ни у Джоша ключей не было.
Нет, дверь не заперта. Лори была в этом уверена.
Какое-то мгновение она колебалась. Ей хотелось войти в дом, но что она надеется там увидеть, найти, обнаружить? Неужели она действительно полагает, что ответы на вопросы, которые не дают ей покоя, можно будет найти в пустых помещениях этого дома? На самом деле заходить внутрь бессмысленно. Пожалуй, гораздо больше можно узнать, переговорив с соседями, встретившись с членами местного исторического общества.
В голове у Лори прозвенел тревожный звонок. Чутье, интуиция подсказывали ей не заходить в дом, однако именно это и подталкивало ее. Внутри что-то есть. Лори не знала, что это такое, не могла сказать, откуда ей известно о его существовании, но она чувствовала, что сможет узнать то, что должна узнать, только если войдет в свой старый дом.
Лори повернула ручку. Дверь действительно была не заперта.
– Заходим внутрь, – сказала Лори, обернувшись к Джошу.
Она шагнула в темную прихожую.