Донор
Шрифт:
— Почему я об этом ничего не знаю? — взревел Эйдан.
— Ты не общался со мной, если помнишь. Да и какое тебе дело было да Каллахена после ее смерти?
Замолчали все. Я смотрела в пол, потому что поднять глаза на Эйдана было невыносимо. Не знаю, что через минуту произошло со мной, но все в голове вдруг стало простым и ясным. Я медленно поднялась и абсолютно спокойно произнесла:
— Дэвин, я беременна. Назад пути нет. Если мне суждено умереть через год, так тому и быть. Я принимаю это, но не смиряюсь. Если вещество существует и Надин его получила перед смертью, она наверняка его спрятала.
Они не проронили ни слова. Даже когда через несколько минут Эйдан обнял меня и нежно погладил по волосам, никто не решался нарушить тишину.
Через час ребята уехали. Хельга и Наби оставались в центральном зале, а мы с Дэвином побрели в санчасть.
— Сафина, может тебе стоило бы немного отдохнуть?
— Нет, Дэвин. У меня есть определенные планы на ближайшее время. И, возможно, мне пригодится ваша помощь.
Глава 26
Дэвин не задавал вопросов. Он тихо прошел за мной в санчасть, а затем присел подле меня и пристально наблюдал за моими действиями. Ждать с моря погоды, пока мое сознание вновь не подбросит новых воспоминаний, я не собиралась. По сему, решила попробовать вникнуть в проблему сама, и начала, естественно, с карточек доноров, которые по-прежнему были в моем компьютере.
Прошло не менее часа, но ничего в голове по данному вопросу не родилось. Доноры как доноры. Мужчины, женщины, здоровые и не очень. Я продолжала методично листать карты, одну за другой, но все попытки найти хоть какие-то зацепки были абсолютно бесплодны. Меня прервал передатчик:
— Да! — спокойно ответила я.
Голос Евы звучал крайне возбужденно:
— У нас Энверо! Его трижды ранили в живот.
— Чем?
— Плазмой.
— Через сколько вас ждать?
— Минут двадцать. Что с ним делать?
— Он в сознании?
— Нет.
— Зажми раны рукой и следи за дыханием.
— Элби! Он был с Энверо и не вернулся. Эйдан пошел за ним.
Я поняла, что Ева едва держит себя в руках. Конечно, после таких новостей и мое сердце перестало биться, но я не имела права паниковать.
— Ева, ты должна успокоиться.
— Но Элби и Эйдан…
Я сорвалась на крик:
— Твоя задача — довести сюда Энверо живым! Так что закрой свой рот и делай то, что я говорю!
Мой возглас охладил ее эмоции, и она более спокойным тоном продолжила:
— Он дышит, но как-то редко, хватает воздух ртом и замолкает.
— С вами кто-нибудь еще есть?
— Брэйди ведет машину.
— Следи за дыханием Энверо — это все, что ты можешь для него сделать. Я встречу вас внизу.
Все остальное происходило словно в бреду. За считанные минуты я подготовила операционную, переоделась, выдала Дэвину костюм и показала необходимые инструменты. Мысли о том, что Эйдана я могу больше
Дэвин преследовал меня по пятам. И если идея сопровождать меня повсюду и казалась, поначалу, немного нелепой, в момент моего падения с лестницы я так уже не думала. Видение пришло внезапно, как и предыдущее, настигнув меня прямо посреди железных ступенек.
— Брайан, мне все это не нравится. Я подготовила опытные образцы. Пока этого вполне достаточно.
— Никто не зарывается, просто люди, с которыми я работаю, просят немного больше.
— Я отказываюсь делать больше, так и передай своим заказчикам.
— Ты не понимаешь, Надин. Этим людям не отказывают.
— Всем можно отказать. Или что, ты их боишься?
— Да, Надин, я их боюсь.
— Во что ты меня втянул, Брайан? Кто они?
— Это не твоего ума дела. Просто сделай, как я сказал, и помалкивай!
Вспышка. Я лежала, распластавшись посреди лестницы, а Дэвин придерживал меня за плечи.
— Сафина, все закончилось?
— Да!
— Поднимайся, деточка, нам нужно спешить.
Как во сне, я привстала на ватные ноги и побрела вниз.
Энверо привезли в очень тяжелом состоянии. Внутреннее кровотечение продолжалось, и он неизбежно погружался в шок. По своему опыту я знала, что шансов спасти этого мальчика у меня мало, да и времени практически не было. Но я, не задумываясь, вступила в схватку с судьбой.
Погрузив Энверо на носилки, Дэвин и Брэйди перетащили его в операционную.
В брюшной полости Энверо творилось что-то ужасное. Это была каша. Я собралась с мыслями и начала. Дело продвигалось крайне медленно, а головной боли от Евы и Дэвина было больше, чем помощи. Я не хотела ничего спрашивать об остальных, потому что жизнь Энверо зависела от моей собранности.
Я проделала большую часть работы, остановив кровотечение, ушив печень и удалив селезенку, когда сердце Энверо сдалось. Руки, лекарства, руки, и опять лекарства, однако попытки мои не влияли на прямую кардиомонитора. Я билась над его истерзанным телом, сознавая, что здесь лежит парень, у которого еще несколько часов назад вся жизнь была впереди. И теперь я стояла над ним и сдавливала его грудь в бессильных попытках вернуть его в этот мир. "Что еще? Сафина! Что еще?" Слезы застлали глаза. "Нельзя плакать! Нельзя!"
— Дэвин, дайте мне пилу! — приняла решение я.
— Сафина, может не стоит? — засомневался он.
— Пилу дайте! — заголосила я.
Дэвин молча протянул мне инструмент. И я раскроила моему мальчику грудь, добралась до его сердца и сжала его в своих руках. Электроды, разряды, разряды и…..маленький мышечный мешочек ответил на мой призыв.
— Сафина! Ты сделала это! — закричала Ева.
Она не осознавала то, что Дэвин и я прекрасно понимали: биение его сердца вовсе не гарантировало ему счастливый конец. Слишком много крови он потерял, слишком рано отказало сердце, слишком долго я не могла его "завезти", — все было "слишком". Я вернулась к тому, на чем остановилась, и продолжила работать над его животом.