Доносчик
Шрифт:
Джошуа потирал лоб.
— Я, конечно, сделаю все, что в моих силах, но мне не позволят с ним говорить. Таких, как я, к заключенным не пускают. Это один из камней преткновения для всякого газетного репортера. К сожалению, любое общение с заключенными нам воспрещается.
— Но, может быть, через вас можно передать ему маленькую весточку, — торопливо говорила Берил, — может, у него есть просьба ко мне?
Берил открыла сумочку и. достав пачку банкнот, уже собралась передать ему.
— О. зачем так много! — замахал руками Гаррис. —
— Да, и он даже был свидетелем. А вы знаете его?
— Я о нем слышал, — ответил Джошуа после некоторого молчания, — Но вы ничего не сказали ему относительно капитана Лесли?
— Я? — спросила она изумленно. — Нет, а почему вы решили? Разве он мог бы помочь ему?
— Будь я на вашем месте, мисс Стендман, — называя ее девичью фамилию, он понизил голос, — я бы ни с кем не стал говорить о капитане Лесли. Мне трудно сейчас объяснить вам — почему, но так как капитан вам нравится, я чувствую, что это — в общих интересах. Вы меня понимаете?
Берил молча наклонила голову.
— Ну, хорошо, я выполню вашу просьбу, — заключил Гаррис, — но советую избегать Тильмана…
…Не успел Гаррис покинуть дом Лоу Фридмана, как вернулся Тильман. Берил теперь смотрела на служащего Фрэнка Суттона другими глазами. В его темных глазах было что-то кошачье, во взгляде сквозило нечто неуловимое…
У Берил было достаточно времени, чтобы понаблюдать за ним.
Фрэнк еще не приехал. Мисс Треннит, вернувшаяся с портфелем, полным банкнот, расположилась в гостиной.
Берил терпеть не могла мисс Треннит, и ее забавляло наблюдать за постоянными ссорами между секретаршей Суттона и мистером Тильманом. При встречах они постоянно пререкались и, нужно отдать должное Тильману, вся агрессия исходила от Милли.
Сейчас Тильман сидел внизу, на галерее, и это раздражало Милли.
— Неужели вы не можете найти более подходящее место во всем доме? — спросила она у него.
— Я сидел бы и в гостиной, если бы вы ее не заняли, — отмахнулся от нее Тильман.
В следующий раз, когда она проходила по галерее, он поинтересовался.
— Еще не было звонка?
— Что вы хотите этим сказать? — зло огрызнулась Милли.
— Вы ведь ждете телефонного звонка, а его еще не было, — пояснил Тильман спокойно.
— Это вас не касается!
Берил слышала всю эту болтовню из библиотеки и была рада отвлечься. О своем положении и о своем замужестве ей вообще не хотелось думать.
В конце галереи стоял телефон, и при каждом звонке Тильман вскакивал, чтобы подойти, но секретарша выбегала первой, стараясь опередить его.
Позвонил Суттон, сообщивший, что он на пути в Уимблдон.
— Какая радость! — вызывающе пробормотал Тильман, вслед проходившей мимо Милли. Та нервно обернулась.
— Я не желаю с вами разговаривать! — бросила она сердито.
— И
— Вы потеряете свою должность! — яростно взвизгнула мисс Треннит.
Берил слышала, как Тильман рассмеялся.
— Это вовсе не такая уж прекрасная должность, как вы себе представляете. Я устал писать бесконечное количество отчетов о несуществующем экспорте!
Берил, услышав это, стала ждать ответной острой реплики со стороны Милли, но та ничего не ответила и только с шумом хлопнула дверью гостиной. Но через несколько минут мисс Стендман снова услышала разговор, происходивший между ними уже в более спокойных тонах.
— Почему вы заговорили о якобы несуществующем экспорте? — спрашивала Милли Тильмана.
— Все экспортные товары для меня не существуют, если я их не вижу. Пустые цифры мне ничего не говорят. Я, должно быть, ужасный материалист и должен своими глазами видеть тюки и ящики. В противном случае они для меня не существуют.
— Какой вы смешной…
Наконец вернулся Фрэнк Суттон.
— Хелло! Тильман, что вы здесь делаете?
— Я здесь на службе…
Фрэнк рассмеялся.
— Я в ближайшее время произведу вас в управляющие.
— Боже упаси! — вскричал Тильман голосом, где отчетливо слышалась надежда получить вожделенное место.
Суттон обернул все в шутку и, громко смеясь, вошел в комнату Берил.
— Я пережил ужасный день, мой друг.
Он сел рядом с ней и обнял ее за плечи.
— Ты и не можешь себе представить, что за ужасный хаос в конторе, — продолжал он. — К счастью, мисс Треннит прекрасно осведомлена обо всем и вполне может заменить меня. Да, и к тому же один из моих клиентов назначил мне свидание в клубе «Леопольд».
— В «Леопольде»? — удивленно спросил подошедший Фридман.
Фрэнк кивнул.
— О, Господи!
— Вы там бывали? — поинтересовался Суттон.
— Приходилось, — неохотно ответил Лоу. — Я знаю владельца, он старый солдат по имени Амерлей. Я его когда-то ссудил деньгами, но это было давно…
Фрэнк заинтересовался.
— Расскажите поподробней…
Лоу уклонился от прямого ответа.
— Я встретил его в Южной Африке после войны. Он, в сущности, хороший парень… Потом через два года я увидел его здесь. Он хотел купить этот клуб, но был тогда в ужасном положении. Билл верил, что за время войны он получит концессию обратно, и ошибся…
Но Фрэнк не успокаивался.
— Вы бывали там часто?
Лоу не приводили в восторг все эти расспросы.
— Это было, может, лет двадцать назад, когда я был там впервые. Если подняться на лифте, там есть уборная, ею можно было воспользоваться во время полицейского обхода, а он случался почти каждую неделю…
Берил была довольна, что разговор коснулся подобной темы. Она не могла думать ни о свадьбе, ни о свадебном путешествии.
— Да, нельзя сказать, что это — одно из приличных заведений, — констатировал дядя Лоу.