Доносчик
Шрифт:
— Замолчите, — шепнул Лоу. — Что вы хотите ей сказать? Вы в своем уме?!
И не успел Фрэнк произнести слово, как Лоу вытолкнул его за порог и закрыл дверь. Берил осталась одна в комнате. Она удивленно смотрела им вслед. Что хотел сообщить ей Суттон и чего она не должна была знать? Она пожала плечами и обмакнула перо в чернила. Уже в шестой раз она собиралась писать Лесли, вероятно, в последний. Берил радовалась, что любимый человек опять на свободе. Теперь только она спокойно могла уехать…
Берил
Берил едва верила своим глазам… Вскочила и с тихим криком упала в объятия Джона Лесли. Он прижал ее лицо к своему и шептал ей что-то…
— О, мой милый, — шепнула она. — Они освободили тебя?
Он посмотрел на дверь.
— Да, меня освободили.
— Господи, я так волновалась! Я только что писала тебе письмо, я хотела передать его Гаррису для тебя…
Ее глаза остановились на дверях. Осторожно высвободясь из его объятий, она направилась к двери, и открыв ее, выглянула. Услышала стук биллиардных шаров, снова плотно закрыла дверь. К дверям была приделана маленькая задвижка. Подумав немного, девушка щелкнула ею.
— Мисс Треннит тоже здесь, — сказала Берил. — Ах, Джон, ты представить себе не можешь, как я счастлива!
— Счастлива, что я пришел? — спросил он.
Джон Лесли, обняв ее за плечи, долго и с тоской смотрел в ее глаза.
— Я должен все сказать тебе, Берил, — произнес он, — ты должна знать…
— Ах, нет, не говори, пожалуйста! — испуганно вскрикнула она.
— Я должен это сказать, — я уже говорил тебе раньше — я… я люблю тебя… И без борьбы не отдам тебя другому…
Она печально покачала головой.
— Да, да, Берил, — повторил он страстно. — Я сошел бы с ума, если бы не сказал тебе этого. Берил, все, что угодно, но за этого человека ты замуж выйти не можешь!
— Я уже вышла за него замуж, — глухо произнесла она, и у него опустились руки.
— Ты… Ты за него… замуж? — в ужасе повторил он. — Нет! Ты шутишь!
Она горестно покачала головой.
— Это должно было случиться… только завтра, но дядя Лоу хотел, чтобы как можно скорее… вот это и произошло сегодня утром, Джон…
Она видела, как в его взгляде сверкнула смертельная ненависть к сопернику. Когда он бросился к двери, она схватила его руку.
— Не делай этого, не делай этого!
— Я хочу свести счеты с Фрэнком Суттоном, — холодно и жестко произнес он.
— Нет, нет, Джон!
В отчаянии она обвила его шею руками.
— Ради Бога, оставь его! Это будет ужасно, и ты сделаешь меня несчастной. Разве ты не чувствуешь этого? Я только сейчас пробудилась к жизни… Только теперь я начинаю понимать, что случилось!
Она
— Я люблю тебя, это правда, — произнесла она чуть слышно, — но слишком поздно. Мы уезжаем…
Он в раздумьи покачал головой.
— Когда ты едешь?
— В десять часов две минуты со станции Кингс-Гросс, — произнесла она безучастно.
— Ты вышла замуж за этого негодяя, — задумчиво начал он. — Я бы пощадил его, если бы он этого не сделал!
Она прикрыла ему рот ладонью. За дверью послышались чьи-то шаги.
— Иди поскорей в сад… кто-то идет, прошу, прошу тебя — иди! — горячо зашептала она.
Она обняла и поцеловала его. Не успел он исчезнуть в окне, как она поспешила к двери, бесшумно открыла задвижку и снова села к письменному столу. Едва успела она занять свое место, как вошла Милли Треннит. Она несла большой портфель, на ней были шляпа и плащ. Увидев Берил, она растерялась.
— Ах, я не знала, что вы здесь, мисс… миссис Суттон…
— Вы хотели видеть мистера Суттона? — спросила Берил.
Милли кивнула.
— Я все утро пыталась с ним поговорить. Он всякий раз уходит в биллиардную, когда я подхожу к нему…
Она продолжала почти с отчаянием:
— Ах, если бы вы были так добры и попросили его, чтобы он со мной поговорил мисс… миссис Суттон.
— Да, я охотно это сделаю, — поднялась Берил.
…Милли Треннит слышала, как Берил позвала Фрэнка и, положив свой портфель на письменный стол, она заняла стул, на котором ранее сидела Берил. Машинально смотрела она на строки, написанные рукой Берил, потом глаза ее вспыхнули.
Фрэнк быстро вошел в комнату и плотно закрыл за собой дверь.
— Ты видел это? — она показала ему письмо.
Он взял письмо и стал читать.
— «…Мой милый Джон, я тебя больше никогда не увижу, но все-таки хотела бы тебе сказать, что я этого не забуду…» — Мой милый Джон? Это же касается Лесли!
— Не беспокойся, она его увидит все-таки, — желчно произнесла Милли. Атмосфера сгущалась. Фрэнк чувствовал это.
— Где деньги? — спросил он.
Она открыла портфель и вынула три пачки американских ассигнаций.
— Сто двадцать тысяч долларов, — сказала она. — Идя получать по чеку Фридмана, я чуть было не опоздала. Пришла за несколько минут до закрытия…
— А остальные деньги ты послала в Рим?
Она кивнула.
— Где меня будет ждать твоя машина? — спросила Милли, не глядя на него и поигрывая ключом от портфеля.
— Что? Ах, ты насчет автомобиля? Да, машина будет ждать тебя на углу улицы Ловер-Риджент. Ты ведь едешь пароходом в Гавр?
— Считаешь, я должна ехать одна? Ты разве не едешь со мной?