Дождь

Сан Аманда

– Ужасно! – сказала она, скривившись. – Зачем такое делать?

– Понятия не имею, - отозвалась я, глядя в зеркало. Цветы в волосах почти не испачкались, лицо мне платком вытер Томохиро. – Чернила отстирываются?

– Надеюсь. Бедная Юки. И ее прекрасная юката.

Я закружилась, когда Диана помогла снять оби, после чего она развязала ленты.

–

Ужасно, - ворчала Диана. – Надеюсь, они поймают этих хулиганов.

Когда это моя жизнь превратилась в сплошную ложь?

* * *

– Грин-сан, можно вас на минутку?

Я застыла. Сузуки-сенсей ждал, скрестив руки на груди, я начала вспоминать, что могла натворить. Первый день, как я вернулась в школу. Я ведь еще никуда не успела вляпаться.

– Я подожду в коридоре, - сказала Юки.

– Не надо, - отозвалась я. – Мне ведь еще на кендо, - Юки кивнула и выскользнула за дверь. Вот же везет. Я прошла по классу с дрожью.

– Сузуки-сенсей?

Он улыбнулся, но улыбка была деланной и такой же теплой, как февральское утро.

– Сядьте, пожалуйста, - я села за ближайшую парту, а он опустился на край своего стола.

– Мы рады, что вы вернулись, - сказал он. – Я слышал от директора Йошиномы, что вы собирались в Канаду.

– Я передумала, - ответила я.

– Вижу. И я рад, что вы остались с друзьями.

А я ожидала какое-то «но».

– Шикаши…

А вот и оно.

– Если вы хотите остаться в Японии, то нужно подумать о будущем. У вас есть еще два года до колледжа, но работать вам придется усерднее, чем остальным. Это не международная школа, Кэти. Вам нужно подтянуть знания кандзи, а еще словарный запас, как можно быстрее. Я не могу этого так оставить.

И как я этого не предугадала. Я думала, все останется прежним.

– Я справлюсь. Я хожу на дополнительные занятия.

– Как и многие ваши одноклассники, - сказал он. – Сможете ли вы сдать экзамены через два года? Хотя бы прочитать газету?

Мне было плохо.

– Пока не могу.

– Сколько кандзи вы знаете?

– Кхм, видимо, недостаточно?

– Подумайте

над этим, ладно? Я не хочу вас расстраивать. Вы умная, но много на себя берете. Я вам спуску давать не собираюсь, понятно?

– Понятно, - сказала я. – И буду стараться.

Он кивнул.

– Знаю. Но у вас еще есть время, чтобы перевестись в международную школу, если не будете справляться.

В такой школе было бы много говорящих по-английски. Но не будет ни Юки, ни Танаки, ни Томохиро. Я окажусь отрезанной от жизни. Очередное напоминание, что я не смогу стать родной здесь, хотя и хотела.

Просто нужно стараться.

– Я не хочу переводиться, - сказала я. – И я справлюсь.

– Хорошо. Гамбаримашо, нэ?

– Гамбаримас, - сказал я. «Я буду стараться».

Итак, мне нужно выяснить, что с чернилами, и не вылететь из школы. Ладно. Я справлюсь.

Сузуки-сенсей кивнул и махнул, чтобы я уходила. Я поспешила в раздевалку, надеясь, что мне не достанется за опоздание.

Я быстро переоделась в хакама и выглянула в зал, а они уже приступили к отработке ударов. Как только тренера отвернулись, я заняла свободное место в линии и присоединилась к ним. Я слушала, но не кричала. Мне было не до того. Я разглядывала стены и улыбалась, радуясь тому, что смогла проникнуть сюда. Радость быстро испарилась. Я потеряла хватку за лето, руки заболели после пятнадцати минут упражнений. После двадцати пяти я едва могла держаться за деревянный меч. Порез от темного лепестка сакуры болел, но я старалась не обращать на это внимания.

Когда мы едва держались на ногах, Ватанабэ и Накамура созвали нас и сказали сесть полукругом. Странно. В чем дело? Я украдкой взглянула на Томохиро, но тот смотрел в пол.

– Плохие новости, - сказал Ватанабэ-сенсей, я тут же напряглась. Плохо дело. – Может, вы уже слышали, Ишикава поранился летом, - он прочистил горло. – Его подстрелили.

Боже. По рядам учеников пробежался шепот. Томохиро смотрел в пол. Я не подумала о последствиях. Я не подумала о лжи, что будет окружать меня.

– Они не знают, кто это сделал, - сказал Ватанабэ, пытаясь говорить громче учеников. – Но полиция ищет. Ишикава почти ничего им не сказал, а потому они считают, что нападение не было случайным. Вчера полиция говорила с преподавателями.

– Он еще в больнице? – спросила одна из учениц.

Накамура-сенсей покачал головой.

– Ему уже лучше. Сейчас он дома. Его мать сказала, что через несколько недель он вернется в школу. Но пока все так развивается, нам придется наложить на него наказание.